Страница 9 из 19
Я много раз пересмотрела этот фильм сама, без мамы. Всё смотрела и смотрела, никак наглядеться не могла! Я гордилась этими драгоценными моментами своей жизни и чувствовала себя абсолютно счастливой.
Вечерами, лёжа в кровати, я думала, что всё-таки раньше я была противной девчонкой, но это потому, что меня таковой считали – мне внушили, что я вредина. А ещё мне говорили: «Ты должна быть аккуратной (терпеливой, послушной…), ты же девочка!» А почему я должна? Что такое «ты же девочка»? Почему девочка должна быть такой, как ей говорят? Кто это решает? Мне хотелось, чтобы меня просто обняли и сказали: «Когда ты аккуратная, ты красивая: волосы не растрепаны, платье чистое – не девочка, а загляденье!» Именно так делала моя мама, именно поэтому я сама захотела быть аккуратной, но об этом чуть позже. «Принеси! Подай! Вытри! Нельзя!» – раньше со мной разговаривали только командами. Ну как тут было не вредничать?
Как же хорошо, что теперь в моей жизни есть мамочка, она хвалит меня каждый день и просто так. Значит, она любит меня не потому, что я сделала что-то хорошее, а ПРОСТО ОНА ЛЮБИТ МЕНЯ! Без всяких условий! Невероятно приятно чувствовать себя любимой!
P. S. Секрет маминого трюка с монтированием видеофильма о нас я разгадала, только когда повзрослела. Мама лучше всех знала, сколько любви я недополучила за годы жизни в детдоме, понимала, откуда шли эти сомнения в себе и страх, что меня не любят (я же вредина и поэтому не заслуживаю любви!). Каждый день мамочка рассказывала мне, какая я красивая и как много у меня хороших качеств, тем самым знакомя меня с самой собой и укрепляя мою уверенность в себе. Фильм же ярко продемонстрировал мне моё счастье и мамину любовь: Алиса в красивом платье, Алиса с новой сумочкой, Алиса уплетает блинчики, а мама стоит у плиты и печёт новые, Алиса в объятиях мамы, Алиса в зоопарке, с воздушным шариком в руке, Алиса на аттракционах, Алиса с подружками… и так далее и тому подобное. В каждом кадре я улыбаюсь, хохочу или подставляю маме щёку для поцелуя – моё счастливое лицо запечатлелось у меня в памяти на всю жизнь.
Страх, мешающий жить, или История о том, как я потерялась
Каждый вечер, перед сном, мама расчёсывала мне волосы, а я при этом мечтала вслух. Мечтала о том, что теперь так будет всегда: моя настоящая мамочка рядом, она любит меня. И, если вдруг я сделаю что-то не так, мамочка всё равно никуда не пропадёт и не разлюбит (ведь она даже не ругала меня за сорванную штору!).
Волосы у меня хорошо отросли за то время, что я прожила в новом доме с мамочкой. Тонкие крысиные хвостики остались в далёком прошлом, теперь у меня длинные и волнистые блестящие локоны, поэтому мама обычно расчёсывала меня долго. А я смотрела на её отражение в зеркале, любовалась ею и думала о том, как сильно я её люблю. Единственное, чего я боялась – что мама может нечаянно потерять меня где-нибудь или забыть. Когда мы с ней куда-нибудь ходили, я всегда старалась держать её за руку или незаметно хваталась сзади за её одежду.
Помню, как в первые дни нашей с ней жизни мы пошли в продуктовый магазин. Там мама отошла от меня всего на шаг, чтобы внимательно рассмотреть выложенные на витрине сорта сыра. В это время откуда-то налетела толпа покупателей, со всех сторон меня обступили высокие взрослые, и я потеряла маму из виду. Я так испугалась, что сразу заорала во всё горло. Люди сначала шарахнулись от меня, но потом, наоборот, кинулись ко мне и стали наперебой спрашивать: «Ты потерялась? Как тебя зовут? Как зовут твою маму?» Однако, когда кто-то из них пытался взять меня за руку или дотронуться до меня, я начинала царапаться и лягаться: ведь я боялась, что, пока мамы нет, меня украдут или снова сдадут в детский дом. Хорошо, что мамочка быстро прибежала и, присев рядом со мной, крепко-крепко обняла меня.
– Ненормальная! – услышала я чей-то громкий голос у себя за спиной. – Истеричный ребёнок, ей к врачу надо! – говорили люди со всех сторон.
Но мама не разжимала объятий, продолжая целовать меня в макушку, в виски, в щеки, в затылок, в ладошки… Так она защищала меня своей любовью от внешнего мира. При этом шептала мне на ушко: «Тихо, тихо, девочка моя! Всё хорошо. Мама рядом. Я никогда не потеряю тебя, даже не думай об этом! Всё хорошо и будет только хорошо!»
Мы спешно покинули магазин, так ничего и не купив. Я буквально висела на маме, боясь хоть на секунду разжать руку и отпустить её. Дома, когда мы стали накрывать на стол, мама вдруг рассмеялась:
– Ничего ж себе, сходили в магазин – к обеду поставить на стол нечего! Хорошо, что у нас есть макароны и хлеб. А завтра купим остальное. Так, а куда улыбка исчезла? – спросила мама, бросив на меня внимательный взгляд.
– Скажи, почему люди в магазине обступили меня? Они специально закрыли меня от тебя? Украсть хотели?
– Нет, что ты! Они просто не знали, что разделили нас с тобой.
– А почему тогда они хватали меня за руки и хотели куда-то отвести? – продолжала допытываться я.
И тогда мама объяснила, что люди хотели мне помочь: отвести к охране, чтобы там объявили по громкой связи магазина о том, что потерялась девочка, – и таким образом облегчить нам поиски друг друга.
– А если бы ты уже ушла из магазина, чтобы искать меня на улице, что тогда? – переживала я.
– Тогда ты бы назвала наш адрес, и кто-нибудь из взрослых привёл бы тебя домой, где я бы уже ждала тебя. Или тебя привели бы в полицию и там по фамилии узнали бы наш адрес и номер телефона – позвонили бы мне, и я бы сама пришла за тобой.
Мама рассказала мне про компьютеры и базу данных, которая хранится в полиции. Я тогда не понимала всех этих премудростей, усвоила одно – о каждом человеке есть информация и его можно разыскать. От этого мне сразу стало легче.
Тот случай в магазине меня так напугал, что я выучила свой адрес и номер телефона наизусть. Все хвалили меня за то, что я очень умная и серьёзная девочка. Вообще взрослые часто говорили, что я очень серьёзная для своих лет. Они просто не знали, что серьёзность моя была вызвана страхом потерять мамочку. Однако мама прочувствовала этот мой страх и, конечно, не ругала меня за истерику в магазине. Наоборот, она сделала всё, чтобы убедить меня в безопасности окружающего мира, в добрых намерениях других людей и в своей любви. А чтобы укрепить мою уверенность в себе, предложила мне разыграть сценку с куклами. Мама говорила за маленькую куколку (это была дочка, которая потерялась), а я озвучивала куклу побольше (это была продавец в супермаркете). Мама делала вид, что её кукле очень страшно: кукла плакала и звала маму, а я, как взрослая, расспрашивала ее: имя, фамилию, номер телефона и домашний адрес. Потом моя кукла позвонила в полицию (понарошку, конечно) и сообщила все необходимые сведения о потерявшейся девочке. Вскоре за ней примчались папа и мама.
Мне очень понравилась эта игра. Она помогла мне почувствовать себя сильной. Теперь я понимала, что и как происходит, если ребёнок потерялся, и успокоилась. Потом мы с мамой поменялись ролями: я стала потерявшимся ребёнком, а мама – полицейским, который помогал девочке найти дом. В игре мне предстояло подойти к полицейскому и сказать, что я потерялась, попросить помощи. Мы разыграли эту сценку и даже повторили её несколько раз. При этом я убедилась, что фамилию, адрес и номер телефона помню наизусть – на этом с моим страхом потеряться было покончено.
Полезные привычки, или Как я сама захотела стать аккуратной
С тех самых пор, как я переселилась из детского дома к маме, я перестала быть сопливой. Сопли исчезли сами собой, я даже забыла об их существовании, а вспомнила, только когда простыла и у меня начался сильный насморк. Вместе с насморком ко мне вернулась моя прежняя привычка – вытирать сопли рукавом. Мама накупила мне одноразовых салфеток, но я забывала о них.