Страница 9 из 19
Бандиты просыпались и удивлённо таращили глаза на зычно горланившего батюшку с наганами в руках. Добрым его лик не выглядел, да и пение сильно омрачало душу. Казалось, будто несколько лишних пудов веса, навалившись на плечи, сгибали спину грешников. Только улёгшись животом на пол, они испытывали некоторое облегчение. В этой позе и застали пленников прибежавшие на звук молебна солдаты.
– И верно, всю банду мордой в пол положил, – удивился дословному исполнению обещания батюшки Алексея вошедший первым в караулку усатый ветеран. – А ведь и пяти минут ещё не прошло.
– Эт вы сами поторопились, не дали молитву до конца допеть, – шутливо пожурил торопыг батюшка.
– Командир, ждём дальнейших приказаний! – вытянулся по стойке смирно старый служака.
– Открывайте склад, вооружайте роту, – передал револьверы в руки ветерана Алексей. – А я пойду с пленными паханами потолкую. Нужно точную дислокацию расквартирования основных сил противника определить.
За порогом караулки Алексей столкнулся с довольно улыбавшимся Андрюхой, похожим на лису, забравшуюся в курятник.
– Я двери конторы взломал, замки всех амбаров теперь наши, – потрясая в воздухе кольцом с ключами, похвастал добычей хищник. – Атаман, дозволь по разбойничьим закромам пошарить, может, полезных для путешествия вещиц раздобыть удастся.
– Лишним барахлом грузить фургон не позволю, – пресёк мародёрство командир.
– Так я только погляжу, приценюсь и лишь с особого дозволения нужную в походе вещь прихвачу, – плаксиво заканючил завхоз.
– Когда это ты со мной по таким вещам советовался? – уличил жадного жулика скромный инок.
– Так тебе же, батюшка, не до мирских дел, – надул губы бессовестный приватизатор – Лишь я один для пользы отряда стараюсь. Без моего догляда ходили бы голодными оборванцами. Да и по техническому направлению у меня в кармане длинный список заказов от Лосано припасён. Где я дефицитные материалы добуду? В обычных магазинах таких штуковин не сыскать.
– Ладно уж, пошарь по закромам, – отмахнулся от нытика атаман. – Составь перечень, чего взять с собой предлагаешь. Обсудим утречком.
Алексей поторопился к заброшенному пакгаузу. В сохранившейся после пожара кирпичной коробке сидели у стеночки связанные по рукам главари банды. Кое-где сохранились обугленные потолочные балки, грозившие в любой момент обрушиться на голову.
– Как успехи? – подошёл Алексей к главному дознавателю.
– Матерятся блатари, – зло зашипел в сторону несговорчивых пленных Васька Брагин. – Тебя, батюшка, нехорошими словами поносят.
– А ты их, Христа ради, покаяться попроси, душу грешную облегчить перед смертью, – ласковым голосом посоветовал суровый инок.
– Временное правительство смертную казнь упразднило, – подал голос дородный бритоголовый детина. – И в Бога твоего мы не веруем. Нет его.
– Земные правители не властны над божьим промыслом, – чинно перекрестился благообразный инок. – А искренним молитвам Господь милостивый внимает.
– Чтоб ты сдох, святоша! – дерзко выкрикнул главарь банды и издевательски заржал. – Ну, и где исполнение желания?
– Подойди ко мне ближе, порождение порока, – ласково поманил разбойника пальчиком странный инок. – С моего места небо лучше видно. Может, Господь тебя разглядит и просьбу твою нечестивую исполнит.
– А я и на блатной фене могу Богу послание прокричать, – криво ухмыльнувшись, встал с корточек главарь и вразвалочку приковылял на указанное место подле глупого инока. – Только сдаётся мне, что туговат на ухо твой Бог-еврей.
– Не язык обращения главное, а от кого просьба исходит, – улыбнулся в ответ скромный инок и, сжав в кулак нательный крест, запрокинул голову к звёздному небу: – Покарай, Господи, нечестивца, неверующего в силу божественную.
– Ну и где кара небесная? – победно заржал уголовный авторитет.
В следующее мгновение внезапно налетел мощный порыв ветра. Обгоревшие балки закачались, а самая непрочная с громким хрустом переломилась и упала на пол. По пути увесистый обломок брёвнышка зацепил бритую голову пахана, свернув жилистую шею набок.
Безжизненное тело поломанной куклой упало подле ног святого батюшки, которого даже облачко осыпавшегося пепла облетело стороной.
– Зря богохульствовал, грешник, – с напускной грустью вздохнул обласканный божьей милостью православный инок и строго взглянул на притихших уголовничков. – Кто ещё желает терпение Господа испытать?
Ответом была гробовая тишина. Никто не посмел поднять глаза на грозного адвоката Бога.
– Ну, тогда по очереди подходите каяться. Василий, разверни-ка карту города, пусть грешники могильными крестами обозначат, где этой ночью местная братва хорониться будет. Коли подельники добровольно сдадутся, то поутру всех блатных судить будем по законам Временного правительства.
– А коли не сдадутся? – заинтересовался альтернативой Василий.
– Спалим осиные гнёзда к чёртовой матери! – недипломатично выразился благочестивый инок. – Один из пленённых блатных авторитетов проведёт к каждой воровской малине отряд карателей. Если кто вздумает подличать, то разрешаю карать божьим судом по законам военного времени.
– Это как? – удивился необычному приговору Василий.
– Как Бог вразумит, так контру и кончай на месте преступления, – доходчиво разъяснил добрый батюшка.
Однако, судя по сразу проявившемуся энтузиазму проводников, блатные предпочитали для себя и сотоварищей применение гражданского уголовного кодекса.
Потом, когда старшины взводов распределяли цели по карте и сверяли время по изъятым у паханов карманным часам, Василий решился осторожно уточнить у сурового батюшки порядок действий при штурме бандитских притонов.
– Неужто и впрямь дома́ сжигать будем?
Алексей охотно пояснил:
– Вначале окружаете здание, блокируете окна и запасные выходы.
– Ну, двери-то подопрём досками, а окна как закрыть? – прервал командира дотошный Васька.
– Разведите костры под окнами. Возьмите со склада канистры с керосином, горючий же хлам для растопки на месте сыщете. Так и дом сразу не подпалите, и жути на у́рок нагоните. А после громкого увещевания окруженцев паханами дайте из пулемёта пару очередей по фасаду и фундаменту здания, для острастки. Можете для большего шумового эффекта швырнуть гранату на крышу. Думаю, в уголовной среде вы отчаянных смертников не встретите – сдадутся при первых выстрелах. Я с этой гнилой публикой в тюрьме и на каторге сталкивался – жидкие на расправу. Но ежели попадётся упёртый отморозок, то церемониться не стоит. Это мне чужую кровь проливать грех, а солдатам воинским уставом положено – бейте супостата наповал.
– Будет исполнено, батюшка, – рассмеявшись, взял под козырёк служака-Василий.
Сам Алексей в ночной рейд не пошёл, дабы внутреннего беса кровью не искушать. Задумчиво сидел на разбитой крыше выгоревшего пакгауза и наблюдал, как уже перед самым рассветом, одновременно в разных частях города запылали алые зарницы. Послышался стрекот пулемётных очередей и редкие хлопки гранат. Шум стих быстро. Сын Ведьмы напряг колдовское зрение и отследил вереницы человеческих фигур, движущиеся к станции. Кажись, дельце-то выгорело.
Краем зрения Алексей заметил и одинокого путника, натужно катящего доверху гружёную тележку. Направлялся добытчик прямо к автопоезду.
– Андрюха, я же сказал лишнего барахла в фургон не таскать, – неожиданно вынырнул из тени грозный батюшка.
– Так я не в фургон, я рядом складирую, – отважно загородил спиной ценную тележку завхоз. – Всё равно ведь весь товар теперь наш. Вот я и решил самое нужное под рукой держать.
– Это почему теперь всё наше? – не уловил сути политического момента Алексей.
– Город в наших руках, значит, и захваченными ценностями мы можем распоряжаться по своему усмотрению.
– Мы здесь всего лишь проездом, – напомнил Алексей.
– Так ведь солдаты тебя завтра решили выбрать градоначальником, – выдал секрет Андрюха. – А я стану городским казначеем.