Страница 10 из 13
– Ты звонила Вадиму?
– Да, но он недоступен, – Глория ответила уже менее сухо, но до сих пор не подняла взгляд на Яну.
Она смотрела на телефон и ждала, когда он включится. Как назло, заряд не поступал в телефон, так как провод был перебит и его надо было держать под специальным углом.
– Да что ж с тобой будешь делать, включайся же ты!
– Может, с моего телефона позвонить?
Глория подняла взгляд и посмотрела на Яну. Она хотела узнать, как часто Вадим созванивается с Яной и созваниваются ли они вообще. Вадим и Яна были знакомы еще до того, как Глория познакомилась с ними. Яна спрашивала совет у Глории, как ей лучше заарканить Вадима, и рассказывала, что Вадим относится к ней как к другу, а она боится признаться ему в любви. Глория посоветовала рискнуть и признаться ему в своих чувствах, но Яна сомневалась и решила подождать, когда Вадим сам сделает первый шаг. И Вадим сделал первый шаг и пригласил на свидание, но только не ее, а Глорию. Глория призналась Яне, что тоже любит Вадима, и добавила, что если Яна будет против их свидания, то она не пойдет на него и вообще не будет отвечать на какие-либо приглашения Вадима. Яна сказала, чтобы Глория приняла приглашение, не из-за того, что была рада за подругу, а из-за того, что в этот день Яну уже пригласил другой мужчина, и он был из состоятельной семьи. Яна всегда мечтала выйти за состоятельного мужчину и больше не работать.
– Что насчет моего телефона? Ты будешь звонить Вадиму?
Глория вернулась в реальность и кивнула, дав понять, что да, она позвонит. Она взяла телефон Яны и начала набирать номер Вадима. На каком-то подсознательном уровне Глория не специально, а может, и специально посмотрела, когда в последний раз они созванивались. Глория не хотела признаваться самой себе в этом поступке. Список был пуст. Или они больше не созванивались, или Яна удаляет информацию об этом.
В телефоне послышались гудки. Наконец-то хотя бы есть гудки! Это лучше, чем недоступный абонент. Глория мысленно начала представлять, как она начнет разговор: «Ты где был, скотина?». Нет, я выше этого, я начну спокойно: «Дорогой, вы где?» Да, так лучше всего. Глории не хотелось начинать скандал, пока она не увидит Андрея. Гудки продолжались, но никто не отвечал. Через некоторое время гудки прекратились, и звонок завершился. Глория подняла голову и встретила вопросительный взгляд Яны.
– Гудки шли, но Вадим не взял трубку. Яна, где они?
– Я не знаю.
Яна раздумывала, сказать ли Глории, что Вадим утром заезжал к ней в магазин, или нет. Если сказать, то как она объяснит, для чего он приезжал? Парк и ее магазин – в разных частях города и совсем не по пути.
Глория и Яна стояли на кухне и без остановки звонили Вадиму в надежде, что они все-таки дозвонятся до него, пока не зазвонил телефон Глории. Глория схватила свой телефон, думая, что ей звонит Вадим, но это был незнакомый номер телефона. Она подумала, что, может, Вадим потерял телефон и взял у прохожего.
– Алло, Вадим, это ты?
Глава 8. «Андрей». Авария
Очнувшись, я увидел, что папина голова лежала на руле, а его руки просто висели на плечах, как у куклы на веревочках. Я хотел потянуться к папе, но не смог. Сильная боль в груди с левой стороны не дала мне шевельнуться, и мне стало тяжело дышать. Я посмотрел в окно и увидел толпу людей. Они открыли дверь с моей стороны, и один мужчина хотел вытащить меня из машины, но тут подлетела девушка и сказала, что меня нельзя трогать – возможно, у меня внутренние переломы, и переноска меня может привести к моментальной смерти. Они спорили между собой. Мужчина говорил, что нас надо вытаскивать из машины, так как она может взорваться. Девушка сказала, что он много смотрит боевиков. Мужчина посмотрел на девушку, хотел что-то добавить, но уступил ей в споре.
Я увидел, как папина голова зашевелилась, и он начал издавать непонятные звуки. Наверное, у него тоже болела грудь, как у меня, потому что я тоже не мог набрать достаточно воздуха в грудь, чтобы позвать папу. Папа повернулся в мою сторону.
– Андрей, ты как? Где-нибудь болит?
Я не мог произнести ни одного слова, и я показал на грудь с левой стороны.
– Сынок, подожди, я сейчас. Только не двигайся и не пытайся встать.
Папа вылез из машины и обошел ее сзади. Подойдя ко мне, он принялся трогать меня пальцами и спрашивать, где именно болит. Мне уже стало полегче, и я тихо сказал, что больно только в груди.
– Вызовите скорую! Пожалуйста, кто-нибудь, вызовите скорую! – папа держал меня за голову и кричал стоящим людям.
Кто-то из толпы сказал, что уже вызвали скорую и она скоро приедет. Папа гладил мою голову и старался шутить.
– Ну что, испугался?
– Нет.
Я хотел быть храбрым и поэтому сказал, что не испугался, но на самом деле у меня от страха сейчас сердце выпрыгивало из груди.
Зазвучала сирена, и папа сказал, что это скорая помощь. К нам подбежал мужчина с оранжевым чемоданчиком. Папа сразу же отошел от меня. Мужчина так же, как и папа, стал ощупывать меня и спрашивать, где болит. Тут же подошел еще один мужчина в такой же одежде, как у мужчины, что пришел первым, только у этого вместо чемоданчика была какая-та штука, похожая на кроватку. Они положили меня на эту кроватку и понесли в машину, которая мигала разными огнями. Папа направился следом за нами.
Пока меня несли, я увидел, что передний бампер машины был смят, капот открылся и немного загнулся посередине, рядом на тротуаре лежал фонарный столб. Мужчина с оранжевым чемоданчиком расстегнул мне рубашку, и я увидел большой синяк в той области, где было больно. Он осмотрел меня со всех сторон и обратил внимание, что у меня также запеклась кровь у правого уха.
– Возможно, тебя будет тошнить, – сказал мне мужчина, что осматривал меня. – Скорее всего, у тебя сотрясение головы.
– Да не скорее всего, а точно сотрясение, – поправил он сам себя.
Зазвучала еще одна сирена, и к месту аварии подъехала полицейская машина. Из нее не спеша вышли двое полицейских. Один направился к багажнику своей машины, достал какие-то оранжевые конусы и стал устанавливать их вокруг нашей машины. Второй полицейский направился к нам.
– Добрый день! Лейтенант полиции Смирнов Аркадий Витальевич, – представился нам подошедший полицейский. – Вы собственник транспортного средства, что попало в дорожно-транспортное происшествие?
– А этот разговор можно перенести? У меня сын сейчас… – папа не знал, как объяснить, что со мной, и просто показал на меня рукой.
– Я все понимаю. Но я обязан действовать по протоколу и задам всего несколько вопросов. Это не отнимет у вас много времени.
– Хорошо. Да, я собственник.
– Можно ваши документы?
– Они дома, я их случайно забыл.
– Как можно к вам обращаться? – С недовольным лицом спросил полицейский.
– Соколов Вадим Геннадьевич. – Тихо промямлил папа, а полицейский что-то записал в свой блокнот.
– Вадим Геннадьевич, расскажите, как все произошло.
– Я спокойно ехал домой с сыном, мы ехали на праздник-сюрприз. Моя жена хотела устроить сыну сюрприз, ну, знаете, как в фильмах…
– Можно по делу? Только то, что относится к аварии, – перебив, спросил полицейский у папы.
– Да, авария. Значит, еду я спокойно, все в рамках скоростного режима. Я не превышал ни на километр, я всегда езжу по правилам и стараюсь не нарушать их. Можете посмотреть в базе, у меня максимум один-два штрафа за превышение, а в остальном все хорошо. Один раз в прошлом году попал в аварию, но там суд признал, что в аварии была виновата вторая сторона.
– Я повторяю, рассказывайте только то, что относится к данной аварии, – голос полицейского стал строже.
– Так, значит, едем мы спокойно, и тут откуда ни возьмись появилась девочка. Я, естественно, руль вправо, а там столб, ну и вот, – папа показал рукой на нашу машину.
– Все? – полицейский перестал писать и оторвал взгляд от документа.
– Да, все. А что тут еще может быть?