Страница 82 из 183
Приехал он минут через десять бледный как смерть.
– Что случилось, Март? – встревожился Север.
– Нет больше деревни! – сглотнув, ответил шевалье. – Все крестьяне убиты, не пощадили даже маленьких детей! Тела распухли и ужасно воняют, меня прямо там вывернуло. Мух целые тучи! Это хорошо, что ветер дует от нас, а то и сюда донесло бы вонь. Наверное, нашей армии здесь не было, иначе их похоронили бы. Вы готовьте обед и ешьте, а я не буду.
– Схожу посмотрю, – сказал один из дружинников Севера, когда лодер пересказал всем содержание разговора. Он вынул из мешка ткань, которую брали с собой для перевязки ран, смочил водой в озере и пошёл в том направлении, откуда приехал шевалье. Дружинник отсутствовал дольше, и посещение мёртвой деревни никак на нём не сказалось.
– Неприятное место, – сказал он, моя руки в озере, – но я видел и похуже. Некоторые зарублены, но на большинстве нет ран. Убивали иглами, которые потом извлекали из тел. В одном игла осталась, но я не стал брать эту дрянь. Это яд, лодер. Иглы лёгкие, поэтому далеко ими стрелять не будут. Главное – не подпускать близко стрелков, а бить их стрелами издали. А почему не готовят обед?
– Сейчас приготовят, – сказал Север. – Когда была бойня?
– Дней десять назад.
Приготовили обед, и все, кроме Марта, поели, после чего двинулись дальше, обойдя деревню. Шли осторожно, стараясь избегать открытых мест. Вторично на неубранные тела натолкнулись на следующий день и опять перед обедом. На этот раз это было десятка три трупов солдат в незнакомой форме грязно-зелёного цвета.
– Такого цвета были плащи, когда мы воевали на севере, – сказал кто-то из дружины. – В лесу он прекрасно маскирует. Смотрите, всех убили болтами, но почему-то не извлекли их из тел.
– Это не ваши? – спросил Марта Север.
– Нет, – ответил шевалье. – У солдат герцога форма другого цвета и нашивки на рукавах, а у бойцов Барни вообще нет формы. И на форму Сотхема не похоже, насмотрелись мы на их солдат. Странно, что не забрали болты и не зарыли тела. А оружия у них нет. Ладно, пошли дальше. Главное, что наши здесь были, значит, идём правильно.
Своих встретили только к вечеру следующего дня. Хорошо, что два отряда заметили друг друга издали, внезапная встреча, скорее всего, закончилась бы дракой.
– Это наши! – радостно сказал шевалье. – Постойте здесь, я сам с ними поговорю, а то вас могут не подпустить.
Март поднял коня в галоп и поскакал к находившемуся на другом конце большой поляны кавалерийскому отряду, в котором было под сотню бойцов. Минут через пять он вернулся обратно.
– Бумага сыграла свою роль, и нас не будут убивать прямо здесь! – весело сказал шевалье. – Но и большого доверия к нам у них нет, поэтому двигаться будем отдельно и нам не позволят сильно приближаться. Мне сказали, что до темноты должны добраться до армии, и там с нами будут разбираться командиры.
– Разбираться будем с утра! – сказал Северу полковник, к полку которого их привели. – На ночь сдайте оружие или уматывайте куда хотите, только подальше отсюда. Вы должны меня понять. Я не могу оставить в расположении полка, да ещё на ночь, столько подозрительных и вооружённых до зубов людей. Мало ли что написано в этой бумаге! Утром вам вернут оружие и проводят в ставку. Пусть там разбираются те, кому положено. Вам выделят место для ночлега и накормят ужином. Учтите, что будут присматривать, так что нельзя уходить от места ночёвки.
Дружинники без спора сдали оружие и выразили одобрение строгостью порядков.
– Я на их месте вообще посадил бы нас под замок, – высказался один из следопытов. – Хотя и эти могли посадить, если бы было куда.
Ночь прошла спокойно, а утром их накормили, вернули оружие и вывели на просёлочную дорогу.
– Вас будет сопровождать небольшой отряд, – сказал Марту провожавший их офицер, – иначе даже близко не подпустят к ставке. Хорошо, что вы первыми встретили наших ребят. Если бы проскочили мимо нашего полка в сторону ставки, вас перебила бы её охрана, а потом стали бы разбираться. А может быть, зарыли бы без разбирательств. Обстановка сложная, так что приготовьтесь к тому, что и там у вас заберут оружие, а то и посадят до разбирательства под замок.
Под замок их не посадили, но оружие забрали и приставили охрану. И не такую, как у полковника, а десяток крепких парней, на которых ветераны Севера посматривали с уважением и опаской. Первого в большую палатку вызвали Марта. Шевалье вернулся растерянным, но у Севера не получилось с ним поговорить, потому что его самого увели для допроса.
– Ба, кого я вижу! – с улыбкой сказал ему генерал Парман. – Север Лоран собственной персоной! Видимо, мы в прошлый раз взяли с вашего отца мало денег!
– Не раскатывайте губу, генерал! – вернул ему улыбку Север. – На этот раз отец ничего не заплатит. Он так и сказал, поэтому на мне вы больше не заработаете. И император не даст ни динария, так как я покинул государственную службу.
– Тогда зачем вы здесь? – спросил Альбер.
– У вас в руках наша подорожная, в ней всё сказано. Я больше не имею отношения к вашей войне с империей и считаю её ошибкой. Нам нужно не воевать, а заключать военный союз! В Сандоре я путешествую как частное лицо. Хотел посетить Ордаг и кое с кем повидаться, а у вас перекрыт тракт. Пришлось пробираться лесом, обходя заросли. Обходили, пока не попали в Парнаду. Там узнали и о новой войне, и о том, что герцогиня Альда, которую я хотел увидеть, находится с войсками в Сотхеме. Вот я и решил совместить приятное с полезным. Приятное – это встреча с герцогиней, а полезное – это война с давним врагом империи. В моей дружине одни ветераны, многие из которых долго воевали в лесах севера. Каждый из них стоит трёх обычных солдат, и все, кто пришёл со мной, готовы воевать. Тех, кто не захотел, я давно отправил обратно. Я думаю после войны поселиться в вашем королевстве, так что моё участие в ней вдвойне обосновано.
– Ну вы и наглец, квестор! – восхитился Альбер. – Кто же вам такое позволит?
– Во-первых, я уже давно не квестор, а частное лицо. Патриций империи по вашему рангу соответствует графскому титулу. А во-вторых, почему бы и нет? Где и какими документами ограничено передвижение дворян империи по вашему королевству и их право на земельную собственность? Для купцов с обеих сторон введены ограничения, которые давно надо было убрать, а по всем прочим нет вообще ничего.
– И я тоже могу приехать в империю и купить там имение? – с насмешкой спросил Альбер.
– Можете, – подтвердил Север, – только вначале получите гражданство. По закону иностранцы могут владеть недвижимостью только в портах. Но если есть деньги, гражданство не проблема. А у вас нет даже понятия гражданства. Разве в Сандоре не живут дворяне из других королевств?
– Живут, – согласился Альбер. – Только если они покупают имения, то должны принести клятву верности графу, в графстве которого расположена покупка, или герцогу, если это его земли.
– А я и не отказываюсь. Могу хоть сейчас принести такую клятву герцогине Альде Аликсан. Или обязательно ждать самого герцога?
– Для такого решения должны быть серьёзные основания, – сказал Альбер. – Вы работали на императора, подготавливая всё для войны, которую сейчас называете ошибкой, а потом, посидев в наших подвалах, прониклись к нам всем любовью и... – он немного помолчал. – Так, кажется, я понял. Любовью вы прониклись, но не ко всем, а конкретно к одной особе! Я прав?
– Это не ваше дело! – покраснев, ответил Север.
– Понятно, – вздохнул Альбер, с сожалением глядя на юношу. – Вы, Север, не первый в числе тех, кто поддался чарам герцогини. Только ей не нужен никто из вас, кроме мужа.
– Ну и пусть! – ответил Север. – Я думал спасти её, когда легионы дойдут до Ордага, и помочь устроиться в новом мире. Остальное неважно.
– Уцелевшие легионеры бредут сейчас под конвоем к побережью, – сказал Альбер. – Там их, как и вас в прошлый раз, обменяют на золото. А здесь герцогиню очень надёжно охраняют.