Страница 103 из 183
– Это особый случай! – махнул рукой король. – Герцогу были нужны толмачи, а мы обучали языку только ревнителей. Так вот, этот парень за один только вечер узнал массу интересного. А всё почему?
– И почему же? – спросил канцлер.
– Потому что прекрасно знал язык и этот вечер провёл в лагере Аликсана. Конечно, там знали, кто он, и не распускали языков. Он не узнал никаких военных секретов, но услышал, что вместе с сандорцами воюет один из сыновей сенатора Лорана со своей дружиной. И причина таких странных действий – это нежные чувства, испытываемые им к находившейся в лагере жене Аликсана. Правда, сказавший это тут же добавил, что, как и многие, сам в неё влюблён, а патриций не давал своим поведением никаких поводов для обид.
– Странные нравы, – сказал канцлер. – Император воюет с Сандором, а сынок сенатора воюет на стороне Сандора, пусть даже не против своих. У нас за такое всю семью пустили бы под нож.
– Наш друг передал, что этого сынка сенатора думают направить в Сандор представителем императора. В правящих кругах империи пробудился интерес к соседям. Не исключено, что с ними начнут развивать отношения с целью вовлечь в военный союз. Тебе объяснять, против кого он может быть направлен?
– И что вы думаете делать?
– Почему только думаю? Уже делаю. У ревнителей создана служба, куда передали всех, знающих язык королевств и наиболее интересных пленных. Это и источник знаний о жизни за проливом, и возможные агенты. Пленники, если подойти с умом, могут не только ворочать вёсла на галерах или раздвигать ноги в весёлых домах.
– Вы хотите засылать за пролив наших людей? А цели? Оружие?
– Их оружие – это только одна из целей, причём не самая главная. Наши люди должны будут сделать всё возможное для того, чтобы вбить клин между империей и королевствами. Нельзя допустить их союза! Есть и ещё задача. Королевств четыре, и между ними должны быть противоречия, на которых можно сыграть. А если таких противоречий нет, их можно создать. Люди всегда остаются людьми, а золота у нас достаточно. И сам Сандор – это не монолитное государство, а земли четырёх герцогов, одного из которых назвали королём. Вряд ли ему по душе такая куцая власть. Пока шла война, все старались действовать сообща, понимая, чем грозит раздор. Но приходит мир, и единство начинает рассыпаться. А если оно не рассыпется само, этому можно способствовать. То, что у них будут шляться жители империи, нам на руку. Когда много чужих, нет такого подозрения, и нашим людям будет легче. Я всё-таки опасаюсь отправлять пленных. Пусть пока учат ревнителей, а там посмотрим.
– Что будем делать с герцогом?
– Пока ничего. Пусть занимается армией и устраняет выявленные слабые места. Я с ним говорил и уверен, что он во многом прав. Да и не так велика его вина. Оружие мы наделали, а опытных полководцев не было. Опыт, который приобрели наши генералы, – это большая ценность, и его обязательно нужно использовать.
– Я хотел серьёзно поговорить! – сказал сыну герцог Лантар. – В последнее время я почувствовал, что начал слабеть. Я переложил на тебя многие из своих обязанностей, а сейчас хочу совсем уйти от дел, оставив их тебе. Лазони не возражает, если место канцлера займёшь ты, но я не советую.
– Почему, отец?
– Буду с тобой откровенен. Пост канцлера влиятелен и почётен в нормальном королевстве.
– А у нас оно ненормальное? И кто в этом виноват?
– Виноват Аликсан. Будучи самым сильным, он упорно прячется за чужие спины, отдавая корону другим, лишь бы не носить её самому.
– Странная позиция. Я неплохо его знаю, и он мне нравится. Сильный и умный человек. Откуда тогда эта блажь?
– Ум здесь ни при чём, это всё воспитание. Он не хочет терять личную свободу, становясь королём, не замечая, что уже давно её потерял, став герцогом. Иногда очень умные люди совершают странные и нелогичные поступки, этот случай из таких. Пока это не страшно, поскольку Лазони и Аликсан подыгрывают друг другу. Аликсан всячески демонстрирует поддержку королю, а Лазони делает вид, что не замечает своей зависимости. Вот только так ли умны и выдержаны будут те, кто рано или поздно придут им на смену? А принц более самолюбив, чем его отец. Сейчас он ничего не решает, но Герт не вечен, и найдутся люди у трона, которым захочется половить рыбку в мутной воде. Запомни, сын, всегда и во всём держись Серга. Он силён, но с каждым годом будет становиться ещё сильнее! Сейчас я скажу то, о чём не стоит распространяться другим. Аликсан не с другого материка, он из другого мира, который намного опередил наш в самых разных вещах. И во многом его успехи объясняются знаниями, которых нет ни у кого. Он вообще удивительный человек. В нём нет жажды власти и ни капли заносчивости, он очень добр, хоть и старается это скрывать, чтобы не сели на шею. Знаешь, почему на него вешались женщины, в том числе и твоя дочь? Они очень чуткие создания, и уж не знаю каким чувством улавливали исходящую от него доброту. Мужчины нашего мира совсем другие. Я не считаю себя злым, но никогда не стану делать добро, которое потом может выйти мне боком! А он делал и, что самое удивительное, ни от одного из спасённых врагов не увидел зла. И мне это непонятно. Настали нелёгкие времена. Проснулись от спячки государства за проливом. Мы выиграли войны благодаря Аликсану, но это ещё не конец, а только начало! Аликсан умён и прекрасно понимает, насколько уязвимы все его начинания. Пока они завязаны только на него, поэтому он окружает себя людьми, способными защитить его близких и продолжить начатые дела, если с ним вдруг что-то случится. Вспомни Рошти. Аликсан приехал к нему, сознавая грозящую опасность. У него были рычаги давления на короля, но у Рошти или у принца могли не выдержать нервы.
– И что бы было?
– Мы жили бы в королевстве, в котором правит королева Лани Аликсан, а наследнику Ива пришлось бы искать себе другую невесту. Генералы Серга наплевали бы на законы, потому что они его друзья и единомышленники, и воля герцога для них превыше всего остального. А сила уже тогда была на его стороне. Я думаю, что рано или поздно Сергу придётся взять в свои руки всё королевство, а может быть, и весь союз.
Глава 34
– После выступления в Сенате только о вас и говорят! – сказал Северу сенатор Лорий Дортел, встретивший юношу на первом этаже дворца главы Сената Ладия и прицепившийся как репей. – И этот бал Ладий затеял из-за вас! Наверное, на нём собрались все девицы на выданье, так что будьте осторожны. А вот и сам хозяин!
– Рад, что вы откликнулись на наше приглашение и пришли! – сказал Северу подошедший Ладий. – Лорий, по-моему, вас кто-то искал. Идёмте, Север, я вас познакомлю с женой и дочерью.
Он завладел рукой юноши и повлёк его ко входу в парадный зал, оставив позади недовольного Лория. В зале их встретила музыка, в которую вплетались негромкие голоса двух сотен мужчин и женщин из лучших семейств столицы. Кое-где по полированному мраморному полу уже двигались в танце пары, но остальные пока только общались, отойдя к стенам, возле которых стояли высокие столики с фруктами, сладостями и напитками. Ладий подвёл юношу к двум женщинам, которые о чём-то беседовали, лакомясь крупными ягодами винограда.
– Леди, позвольте познакомить вас с нашим гостем! – сказал Ладий. – Север, это моя жена Лорна, а эта дама приходится мне сестрой. Зана, куда вы подевали Лиару?
– Мы никуда её не девали, – ответила вместо сестры жена. – Она сама куда-то подевалась со своей новой подружкой. Кажется, они убежали вон туда. Видишь, где собралось много девушек? Но лучше оставь нам Севера и сходи туда сам, а то для одного героя там слишком много девиц. Боюсь, что если он туда пойдёт, то сегодня мы его больше не увидим!
Оставив юношу отвечать на вопросы женщин, Ладий ушёл в указанном направлении и вскоре вернулся вместе с двумя молоденькими девушками. Одна из них была настоящей красавицей, вторая не представляла собой ничего особенного. У неё была хорошая фигура, но в семьях патрициев, сотни лет выбиравших себе самых красивых женщин, это давно стало нормой. Единственное, что притягивало взгляд, – это большие серые глаза, задумчивые и печальные. Её можно было бы назвать привлекательной, но впечатление портили широкие отцовские брови.