Страница 144 из 203
– Ты забыла добавить, что я ещё люблю играть на дейре, – улыбнулась Альда. – Кстати, мне удалось сделать что-то вроде инструмента, о котором говорил твой брат. Струн не семь, а только шесть, но звучит замечательно!
– Пойдём, покажешь! – загорелась Лани.
– Я не взяла его с собой, – огорчила её Альда. – Смерть отца, потом здесь у меня были не очень приятные дела. Извини, но мне было не до инструмента. Привезу в следующий раз.
Разговаривали долго. Альда говорила о жизни в баронстве, о соседях и о многом другом, за исключением подвалов, а Лани по её просьбе рассказала то, что посчитала нужным, о брате. Потом Альда спохватилась, что не отдала в глажку платья, поэтому простилась с девочкой и пошла к себе заниматься гардеробом.
Герцога и его офицеров на обеде не было.
– Он предупреждал, что пообедает в лагерях, – сказала Лани, когда вместе с Альдой вышла из трапезного зала. – Иначе трудно выкроить много времени на вечер. Ты сейчас куда? Может, пойдём ко мне?
– Извини, но у меня до вечера от болтовни отвалится язык! – улыбнулась девушка. – А вечером он может понадобиться, так что я лучше немного отдохну. Всё-таки дорога сильно утомляет. Вроде отдохнула за ночь, а сейчас чувствую, что этого отдыха мало. Главное, не заснуть, потому что после дневного сна чувствую себя разбитой.
– Я пришлю служанку, – пообещала Лани, – а потом прибегу сама.
Альда чуть было не заснула, но сначала этому помешала прачка, принёсшая два выглаженных платья, а потом – присланная Лани служанка, с помощью которой девушка надела платье и уложила волосы в красивую причёску. Едва они с этим закончили, как появилась Лани.
– Какая ты красивая! – восхищённо сказала девочка, обходя вокруг Альды. – Брат будет сражён!
– Перестань, – сказала Альда, – а то никуда не пойду. Лучше помоги подобрать серьги под это платье. И себе выбери, что понравится.
– Тебе пойдут эти, – выбрала Лани, – а я возьму эту пару. Одевай их и пошли быстрее!
– А ужин?
– Обойдёмся без него. В гостиной на столиках много фруктов, сладостей и сдобных булок. Или тебе обязательно на ночь глядя есть мясо? Брат говорит, что это вредно. Не копайся, кроме нас, все уже на месте!
В гостиной к их приходу собрались десять мужчин и три дамы.
– Вот и последние пожаловали! – встретил их герцог. – Я знаю, что у вас принято зимой устраивать балы. К сожалению, сначала борьба с мятежниками, а потом война помешали мне заниматься своим двором и всем, что нужно для развлечений. Да и неприлично веселиться, когда гибнут люди. Но я уверен, что война долго не продлится, и всё ещё у нас с вами будет. А пока развлечёмся проще. Поскольку не все здесь знают друг друга, я вас сам представлю, а потом мы попросим нашу гостью баронессу Альду Буше рассказать о том, как она с отцом и их другом шевалье Газлом нашла кучу золота и останки короля-основателя и его свиты. А мы в свою очередь расскажем тем, кого не было в походе, о том, как он проходил. Если кому-то неинтересен разговор, можете отойти и поговорить о своём. Ужина сегодня не будет, поэтому употребляйте то, что в вазах. А слуги сейчас принесут горячий чай.
Альда уже многократно рассказывала самым разным людям о своих приключениях, поэтому для неё не составило труда рассказать о находке, призвав на помощь свою фантазию, чтобы соединить два приключения в одно. Рассказывала она живо с красочными отступлениями, и слушатели, как наяву, видели громаду замка дикого барона, из которой стража тычками выгоняла купленных рабов, чтобы развеселить доброй охотой хозяина и его гостей.
– Терпение богов истощилось, – продолжала она рассказывать замершим слушателям, – и они послали в тот край чуму. Те, кто не успел уйти, умерли в своих домах. Погибло и всё население замка дикого барона, который с тех пор назвали чумным. Мы ехали до него два дня...
Альда продолжала рассказ, и перед слушателями вставали наполовину обвалившиеся стены и башни, которые не пощадило время, завывал ветер, швырявший в лицо снег, и раскрывалась запертая сотни лет назад комната, где скелет матери до сих пор обнимает то, что осталось от её ребёнка. Потом рассказ пошёл о подвале, об останках прикованного в камере узника и о вскрытом захоронении короля-основателя и его свиты.
– Скелет того, кто вскрыл стену, так и остался лежать, обнимая один из сундуков с золотом. Мы взяли себе лишь то золото, которое не имело отношения к плате империи за помощь в войне, а остальное, в том числе останки, именное оружие и регалии были вывезены людьми барона Лишнея. Всё, кроме останков, находится здесь, а их, чтобы предохранить от разрушения, временно укрыли в подвале замка Ксавье.
– Спасибо за замечательный рассказ, – поблагодарил герцог. – Я думаю, что о вашем новом подвиге завтра узнает вся армия. Хочу только внести уточнение. Останки лежат в подвале замка Буше. Я уже подписал указ о передаче бывшего баронства Ксавье в вашу собственность. Господа, баронесса усыновила Алекса Ксавье, поэтому он продолжает оставаться наследником имения.
После бурного выражения восторга молодыми офицерами Серг сказал:
– Давайте теперь и мы с вами похвастаемся проделанной работой. Пусть о походе расскажет наш генерал, а мы будем дополнять по ходу рассказа. Если кто-нибудь из вас захочет сказать, поднимите руку, и Севорж даст возможность высказаться. Начинайте, Ланс. Рассказ будет долгим, поэтому пейте чай и закусывайте тем, что есть на столах.
– Когда мы только начали обсуждать будущий поход, – начал Ланс, – герцог сказал...
– Нам понадобится база, Ланс, – сказал Сергей. – Рассредоточить армию по деревням неудобно и опасно. Мы не сможем быстро её собрать. Поэтому нужен нетронутый противником город где-нибудь на полпути от нашей границы до мест, где стоят гарнизоны сотхемцев. Там оставим резервы и оттуда будем направлять в рейды боевые отряды. И туда же свезём трофеи и пригоним пленных.
– Ты хочешь брать пленных? – спросил Ланс.
Посторонних при разговоре не было, поэтому они обращались друг к другу на ты.
– Посмотрим, – ответил Сергей. – Специально этим заниматься не будем, но если начнут сдаваться в плен, под охраной вывезем в Зельск.
– Значит, ты уже выбрал базу. Не объяснишь, почему именно Зельск?
– А у нас небольшой выбор, – ответил Сергей. – В Парнаде очень мало нетронутых сотхемцами городов, а находящихся в удобном месте – только два.
– От кого узнал?
– От беженцев, – ответил Сергей. – Кстати, ворота Зельска для них не открыли.
– А чем лучше Зельск? – поинтересовался Ланс.
– Я разве говорил, что он чем-то лучше? Для меня оба города равноценны, поэтому просто бросил монету.
– Хороший способ. Как поведём войска?
– Мы это уже обсуждали. Сначала выйду я, а потом ты приведёшь остальных. Мы скупили всю парусину, которую предложил на продажу север, но всё равно палаток не хватает. Поэтому сначала разместим в городе мой отряд, а потом переправим вам уже ненужные палатки. Переход займёт не меньше трёх дней, скорее, четыре, а ночевать зимой под открытым небом, да ещё столько дней подряд...
– Значит, оставляем в новом городе две тысячи солдат?
– Да, с учётом гарнизона столицы, их должно хватить. И полторы тысячи новобранцев, которых сейчас гоняют, к весне уже можно использовать. А мы обойдёмся четырьмя тысячами бойцов. Я обоснуюсь в городе и разошлю людей по округе скупать у крестьян продовольствие и корм для лошадей. До твоего прихода не буду предпринимать активных действий, а потом пошлём отряды конных разведчиков. Надо узнать, как отреагировали сотхемцы на наш осенний рейд.
– А если магистрат Зельска не откроет ворота?
– Я думаю, что найду на них управу.
Севорж как в воду глядел. Когда отряд Сергея подошёл к Зельску, ворота оказались запертыми, а на стенах виднелись солдаты городского гарнизона и ополченцы.
– Извините, ваша светлость, но магистрат решил в город никого не пускать! – сказал Сергею вызванный на переговоры начальник городского гарнизона.