Страница 143 из 203
– Платья помялись, – с досадой сказала Альда. – Буду похожа на пугало.
– Мне бы быть таким пугалом! – вздохнула Леора, подошла к подруге и обняла. – Мне очень жаль, что больше нет твоего отца. Я сама потеряла всех близких и знаю, что ты должна чувствовать.
– Спасибо! – Альда сама обняла Леору, потом отстранилась. – Давай я всё-таки оденусь, пока ещё кто-нибудь не пришёл. Вчера у меня на душе были два камня: гибель отца и судьба Алекса. Второй камень снял герцог, а первый снимет только время.
– А что тебе сказал Серг?
– Он сделал предложение, которое я с удовольствием приму.
– Тебе? Счастливая! А как же принцесса?
– Ты неправильно поняла, – смутилась Альда. – Помоги зашнуровать платье. Предложение касалось Алекса. Я его усыновляю, а баронство передаётся моему роду. Слушай, я забыла гребень! Что же делать?
– Давай зайдём ко мне, я расчешу своим, – предложила Леора. – Только шевелись быстрее, а то опоздаем.
Они не опоздали, но прибежали в трапезную самыми последними. Все уже сидели на своих местах, но пока не ели.
– Здравствуйте, Джок! – поздоровалась Альда с Лишнеем. – Чего ждут?
– Здравствуй! – улыбнулся барон. – Не чего, а кого. Вас мы ждём, вернее, тебя. Герцог уже хотел посылать Дорна узнать, в чём причина задержки.
– Я ещё не видела здесь столько людей, – сказала Альда, оглядев трапезный зал. – И много незнакомых лиц.
– Это те офицеры герцога, с которыми он сдружился в походе, – объяснил Джок. – Накладывай мясо. Сегодня оленина, которую ты любишь. Как себя чувствуешь после вчерашнего?
– Если вы о теле, то я уже отдохнула, а если о душе... Наверное, я ещё до конца и не осознала, что отца больше нет.
– Если я смогу хоть в чём-то его заменить, только скажи! А горе пройдёт только со временем, при утрате близких слова и слёзы помогают мало.
– Спасибо за сочувствие! – поблагодарила девушка. – Не знаю, что бы я делала без Алекса и всех вас. Наверное, просто сломалась бы.
– Люди с твоим характером не ломаются, – покачал головой Джок. – Ожесточиться могла. Давай есть, поговорить можно потом.
После окончания завтрака, когда стали покидать трапезную, Альду у выхода перехватил герцог.
– Вы сегодня пришли самой последней, поэтому я даже не поздоровался, – сказал он, придержав её за руку. – Мы только два дня как вернулись с войны, поэтому у меня сейчас много дел, но вечером хочу собрать у себя друзей. Немного расслабимся, вспомним поход и просто пообщаемся. Приходите, Альда, буду вас ждать. Когда соберёмся, я пришлю за вами сестру.
Она кивнула и быстро вышла из трапезного зала. Здесь уже поджидала Лани.
– Привет! – поздоровалась она с Альдой. – Пошли ко мне поболтаем, а то вчера меня вытурили, да ещё брат набил шишку.
– Я вчера так устала, что было не до разговоров. Они это увидели и вскоре тоже ушли, так я даже не помню, как заснула. Может, пойдём не к тебе, а ко мне?
– Если ты боишься, что наш разговор услышит брат, как в тот раз, то зря. Он сейчас уйдёт до обеда. Они столько всего привезли с этой войны, что теперь будут декаду разбирать. Это не я придумала, он сам так сказал.
– Хорошо, пойдём к тебе. Не хочешь пригласить Леору?
– Сейчас я хочу побыть только с тобой, а Леора, как и ты, приглашена на вечер, так что успеете наговориться.
Они пришли в гостиную Лани и сели рядышком на диван.
– А что привезли с войны? – спросила Альда. – Оружие?
– Оружия привезли столько, что не знают, куда его девать, – ответила Лани. – Доспехов тоже много, но их раздали нашим солдатам. Помнишь, мы говорили о том, как можно заработать на войне?
– Конечно, помню.
– Вот, Серг, и заработал. Помимо оружия и доспехов, привёз целый обоз серебра, пригнал тысячу лошадей и несколько тысяч пленных. Я у него спросила, на фига нам пленные, так знаешь, что он ответил?
– Наверное,сделал тебе выговор за «на фига», – улыбнулась Альда, знавшая все словечки своей молодой подруги.
– Я не так к нему обратилась! Он сказал, что ему надоело убивать людей! Представляешь? Я ещё спросила, куда мы их денем, а он сказал, что после войны продадим Мехалу. А пока, чтобы не даром ели хлеб, будут работать в каменоломнях. Для строек и дорог нужно много камня. Работа тяжёлая, как раз для пленных. Пусть, говорит, ломают и тешут камень и заодно думают, стоит ли к нам соваться.
– А как наши сходили? Много потеряли людей?
– Вроде нет, но я мало знаю о походе. Брату некогда, Севоржу – тоже, поэтому они от меня отмахиваются. Но Серг сказал, что сегодня вечером расскажет.
– А где будут эти посиделки? У герцога?
– Не-а, у него не хватит места для всех приглашённых, поэтому устроимся в большой гостиной. Только уберём из неё кресла и поставим стулья.
– А кого пригласили?
– Всех ближних людей брата и несколько его офицеров, а из женщин нас с тобой, Леору, Беллу и жену Севоржа. Ладно, ты лучше скажи, где теперь будешь жить?
– В имении, конечно, где же ещё?
– А почему не в столице? Многие дворяне живут в городах, а в своих имениях не появляются годами. Что у вас там хорошего, чтобы гробить жизнь в глухомани? Ты же говорила, что у вас от золота нельзя закрыть денежный ящик. Если не хотите жить у нас, сними в городе дом. Тогда можно видеться каждый день.
– У нас там дама сердца! – улыбнулась Альда. – Алекс без неё никуда не уедет, а у меня уже есть друзья. Хотя сейчас надо какое-то время пожить в другом месте, потому что в замке всё напоминает об отце.
– У тебя везде друзья, – вздохнула девочка, – а у меня никого нет, кроме тебя и брата, а он почти всё время занят.
– А Леора?
– Мы с ней слишком разные, чтобы дружить. Мне кажется, что Леора возилась со мной только из-за брата, а теперь поняла, что у неё не получится с ним любви. Ей приспичило вить гнездо и денег для этого достаточно, задержка только за мужем. Видела, сколько офицеров было на завтраке? Не все из благородных, но брат сказал, что это дело времени. Те, кто заслужил, получат дворянство. Так что скоро распрощаемся с Леорой. Даже если она станет жить в новом городе или в столице, во дворце будет редкой гостьей. Ей видеться с моим братом – одно расстройство, а возиться с девчонкой замужней женщине... И Белла выйдет замуж, как только ей исполнится пятнадцать, вот мне и остаётся целыми днями бренчать на дейре или скакать одной в комнате для занятий борьбой, да ещё книги. Ты для чего в прошлый раз привозила Галу? Чтобы лишний раз меня подразнить? Замечательная девушка и прекрасная подруга, которой ты похвасталась и увезла обратно в своё баронство! А обо мне ты подумала? Я... – Горло у девочки перехватило, и она заплакала. – Я каждое твоё письмо храню, я сколько раз просила Джока к вам отпустить! Появилась Глера, так и ту спрятали в вашем баронстве!
– Лани, дорогая, не плачь! – Альда обняла девочку и прижала к себе.
Открылась входная дверь и в гостиную вошёл герцог.
– Вы странно действуете на сестру, – сказал он Альде. – Стоит вам обняться, как для её слёз нужно подставлять тазик.
– Собрался уходить, так иди! – рассердилась Лани. – Я сказала Альде, что тебя уже нет, а ты нам мешаешь!
– Я собирался уходить, но ты так ревёшь, что слышно в коридоре. Если есть нужда и желание поплакать, идите в спальню. Там уж точно никто не помешает.
– Правда, идём в спальню, – предложила Лани и добавила для брата: – Я туда не пошла из-за тебя, потому что тебе через дверь всё слышно.
– Хорошо, когда есть кто-то, кому можно поплакаться, – сказал герцог и ушёл.
– Я не поняла последних слов. У твоего брата было такое выражение лица...
– Завидует он, – шмыгнула носом Лани. – Неужели не видно? Мужчины всё держат в себе, оттого и умирают раньше нас. Знаешь, как он любил свою Лару? А когда её убили, приехал как неживой. Я у него вообще не видела ни одной слезинки.
– А какой была эта Лара?
– Очень красивая, такая же маленькая, как и ты, но совершенно пустая женщина. Она занималась только своей внешностью, ну и с братом в постели понятно чем, да не по одному разу за день. Но любила она его по-настоящему, а мужчины это чувствуют. Не знаю, чем она зацепила брата, кроме своей любви, но у него в ней был смысл жизни, как в тех книгах, над которыми он сейчас смеётся. Ты во всех отношениях лучше её: и красивее, и моложе, и умеешь драться, и уже есть ребёнок.