Страница 5 из 17
– Что? – вскинув брови, переспросила Аллира, не до конца понимая произнесенное.
– Я создала это платье, – пояснила Дельфина Конте. – Как и то, в котором вы ужинали вчера, а также то, что украшало вас на последнем празднике Благоденствия.
Очевидно, что донна Кастос была удивлена услышанным, так что девушка продолжила:
– Наша семья специализируется на предметах красоты. Ювелирное дело отслеживается строго и курируется многочисленными инстанциями, так что все специалисты под надзором. Еще моя мама увлеклась дизайном одежды, хотя изначально хотела иного. Она стала первой женщиной, закончившей Ювелирную Академию, но работать по специальности ей не позволили. Это не женская работа, и вообще даме из благородной семьи не пристало заниматься подобным. Вы меня поймете, донна Аллира, говорят, вы сами ведете бизнес после мужа.
– Это не совсем так, – затаив дыхание, отозвалась она, чувствуя, что слышит больше, чем ей произносят.
– И все же, – парировала Дельфина, посмотрев смущенно в сторону. – Вы самостоятельно решаете свою судьбу и распоряжаетесь капиталом. Моей маме не позволили заниматься ювелирным делом, и тогда она стала создавать наряды. Отрасль отца имела все необходимые ресурсы и ниша считается чисто женской, но до мамы мода Камильсаны имела хаотичный характер, женщины одевались – каждая на свой вкус. Она совершила революцию и показала, что и платье может стать драгоценным камнем. Говорят, в тот год блеск нарядов мадонны Кавалькарос затмил все аргументы оппонентов на съезде Планет-Ювелиров. Её муж-посол без особых хлопот выторговал крупные контракты и условия для Фарогоса, вернувшись с победой. Каждая благородная дама хотела заиметь себе шикарное платье от салона «донны Томасины», который создала моя мама для прикрытия.
Вздох, который прервал повествование, был мягким и овеянным тоской.
– Она не могла открыто работать, демонстрируя свое имя, – хмыкнула Дельфина. – Спустя много циклов после маминой кончины я заняла ее место. Мне понадобилось много времени, чтобы достичь того, что имею на данный момент и все бы так и продолжалось, но отец решил, что бренная жизнь более не для него.
– Все ваши наработки…
– Да, – печально подтвердила девушка. – Все производство, поставщики, мастера – все это переходит к клану Аламарас. И если я не выйду замуж за наследника дона Эстебана – просто останусь без своей работы. Всего, на что потратила не один цикл, и того, что создавала еще моя мама.
– Можно же что-то сделать? – нахмурившись, уточнила Аллира.
– Меня просто не пустят в собственный кабинет, – горько призналась Дельфина. – Я не числюсь там официально и вообще скрываю принадлежность к делу. Для всей Камильсаны – я просто дочь дона Конте и его печально известной супруги.
Заметив недоумение собеседницы, девушка мягко пояснила:
– Моя мама имела несчастье влюбиться и влюбиться взаимно, уже будучи замужем. На адюльтер никто бы не обратил внимание, да только она хотела уйти от мужа и жить с любимым. А это значит пойти против устоев общества. Ты можешь спать с кем хочешь, но ужинать должна при свечах в семейной гостиной и исключительно с супругом.
– У неё хотя бы была возможность быть с любимым, – мягко вставила Аллира. – Моя мама всю жизнь любит другого, но ей не позволено видеться с ним, даже издали.
– У каждого свое мерило, – кивнула Дельфина. – Мадонна Конте имела мятежный характер и не знала полумер. Она родила меня и покончила с собой.
– Я соболезную, – тихо произнесла Аллира, сочувствуя ей.
– Спасибо, но я не знала её, – пожала плечами девушка. – Только по рассказам няньки, да слуг.
– Поэтому дон Конте?..
– Не считает меня своей дочерью? – горько уточнила Дельфина. – Не сильно заботится о моем будущем? Считает виновной в закате семьи Конте мою мать? Определенно – да, но он хотя бы дает мне шанс устроить свою судьбу в новом клане и рядом со своей мастерской. За одно это – я благодарна ему. Теперь понимаете, что у меня нет особого выбора – выходить или нет за Зана Аламараса. Если я хочу продолжить дело всей своей жизни, – а я очень этого хочу – выбора у меня нет.
– Но вы не жаждете назвать его мужем? – понимающе закивала Аллира.
– Принцесса Альда может стать приличной костью в горле, – хмыкнула девушка. – Узнай она, что именно мои творения так нравятся ей, – будет катастрофа. Я потеряю важную и очень влиятельную клиентку, которая настроит всех против. И это не говоря уж о самом факте работы, да еще и репутации жениха. Вчера еще вскрылся тот факт, что Зан Аламарас – беспардонная скотина, и это окрасило мое будущее в новые мрачные тона.
– О, – иронично высказалась Аллира. – А я считала свою жизнь бурлящим вулканом.
Мягко фыркнув, Дельфина тяжело вздохнула, явно задумавшись над своей долей.
– Кстати, я пришла сюда не просто так, донна Конте, – вдруг вспомнила девушка цель визита, поднимаясь с подоконника. – На празднике вы как-то неодобрительно хмурились на цветок. Вам не понравилось?
– Можете называть меня Дельфи, – пожала плечами донна Конте, вскакивая на ноги. – А про цветок – мне понравилось. Так сильно, что хочу украсить ими несколько платьев. Сделаю коллекцию новых нарядов. На празднике я детально рассматривала это чудо, чтобы воспроизвести в точности.
– Тогда вам определённо понравится, Дельфи, – мягко улыбнулась она. – И вы, зовите меня просто Аллирой.
Когда они достигли домашнего атриума, восторг сложно было описать. Пару часов назад девушка сама едва не плакала от обилия красоты вокруг. Теперь пришла пора Дельфины изумленно озираться по сторонам, охватывая взглядом это великолепие красок и форм.
– Это так прекрасно, – прошептала девушка. – Невообразимо прекрасно.
– Как мне рассказал Тэрон, – поделилась Аллира. – Дон Эстебан планирует показывать горожанам по одному сорту растений. Так что то, что они владеют такой красотой, – пока секрет.
Словно завороженная, Дельфина бродила между десятков ваз, жадно впитывая в себя образы цветов. Лишь спустя полчаса девушки уселись на мягкие кресла, куда не менее ошеломленная Мора принесла им прохладительные напитки.
– Хочу зарисовать их все, но боюсь, что времени не хватит, – печально улыбнулась Дельфи.
– Об этом не волнуйтесь, – доверительно произнесла Аллира. – Этот райский уголок переберется с нами в Камильсану. Таким образом, у вас будет повод прийти ко мне в гости.
– Вы счастливица, донна Аллира, – мягко ответила девушка. – Даже один цветок – дорогое удовольствие на Фарогосе, а вы получили целый сад.
– В семье Аламарас нет недостатка в подобной красоте, – лаконично отозвалась Аллира, окидывая взглядом настоящую поляну из цветов. – Думаю, и вас ожидают подобные дары.
– Даже сложно представить, что мне надо отдать взамен, – скептически ответила Дельфи.
Оставшееся время девушки провели в атриуме, наслаждаясь цветами и их ароматами. Донна Конте попросила принести свой рабочий планшет и усиленно рисовала каждое растение, тихо восклицая от восторга. Аллира, чтобы не мешать творческому процессу, читала инфоблоки о работе, которые захватила из столицы. Дон Кваттроки прислал первый отчет, и между ними завязалась бойкая переписка. Несмотря на занятость, Дельфина вдруг удивила девушку просьбой.
– Донна Аллира, не могли бы вы показать мне кое-что, – осторожно произнесла она.
– Что именно вас интересует? – поинтересовалась Аллира, отрываясь от документов.
– Мне очень интересно взглянуть на ваш гардероб, – с лукавой улыбкой призналась Дельфи. – Я никогда не была за пределами Фарогоса и подозреваю, что мода в иных мирах отличается от нашей. Мне, как законодателю местных нарядов, очень интересно, что носят на Заракине.
– Что ж, а вот и еще один повод заглянуть на виллу Кастос, – закивала Аллира.
Лишь к ужину они покинули цветочное царство и присоединились к мужчинам за столом.
Зан продолжал транслировать всем дурное настроение. Дон Эстебан и дон Валентино благосклонно и покровительственно взирали на молодежь, а Тэрон проявлял недовольство тем, что целый день Аллира пропадала с Дельфиной.