Страница 102 из 117
По приказу Государя взвод его личной охраны вытянулся в шеренгу во внутреннем дворе морского ведомства. Все рослые бравые парни, офицеры, закончившие с отличием самые престижные военные училища, прошедшие дополнительное обучение по отработке специальных навыков, необходимых для охраны VIP персон. Без тени сарказма, на самом деле лучшие из лучших.
Встав перед строем, я обратился к гвардейцам, громким голосом, чтобы потом не говорили, что не расслышали:
— Господа офицеры, для выполнения особо важного задания требуются добровольцы. Если вас не смущает перспектива зарезать ножом спящего врага или по моему приказу со покойной душой пустить пулю в голову ребенка, женщины, возможно беременной … Шаг вперед!
Ожидаемо никто из воинов даже не дернулся. Ну как же, гвардия, белая кость, а тут предлагают что-то уж больно несусветное. Повернувшись к Его Императорскому Величеству, я лишь развел руками, мол и без объяснений все понятно.
Царь-батюшка посмотрел на меня с нескрываемым интересом и задал вполне ожидаемый вопрос:
— А те ваши бойцы на все что вы только что озвучили, способны?
— Так точно, Ваше Величество, и ребенка пристрелят, и бабу беременную, и толпу гражданских из пулемета накроют, но только по моему прямому указанию. Ибо приказ командира для них не пустой звук, сначала выполни, потом задумайся о его правомерности и целесообразности. Кстати, именно так в уставах и прописано. Их чистоплюйство, — я кивнул головой в сторону бойцов личной охраны Государя, — может стоить жизни охраняемому лицу. Упаси Господь, к вам подойдет мальчишка с пистолетом, беременная баба или старик…
Я не закончил мысль, но царь, не дурак, пусть додумает всё своей высоколобой башкой и как следует накрутит хвосты лицам, ответственным за безопасность его и его семьи. А то, ишь ты, чище Непорочной Девы Марии хотят остаться, вояки гребанные.
Засим мы расстались.
Прежде чем направиться на аэродром, отправил послание нарочным на адрес Марии Витальевны Беляевой. Так мол и так, дела служебные заставляют отложить нашу встречу на неопределенный срок. Сто пицот миллионов раз извиняюсь, по возвращении из командировки готов компенсировать всеми доступными способами. Люблю, целую!!!
Разумеется, «сто пицот» в послании не было, Не поймет Машенька, ибо не знакома с сетевым сленгом иной реальности, а было там по-французски: «Mille pardon, ma chère Masha[2]».
[1] В иной реальности Владивосток
[2] Тысяча извинений, моя дорогая Маша