Страница 11 из 55
Сначала я вновь почувствовала руки и ноги, а затем уже ощутила нечто мягкое и тёплое под ногами. Нечто совсем не похожее на землю.
«Песок!» - догадалась я, ощущая, как голые пятки утопают в мелких песчинках. Вероятно, в пылу драки я потеряла свои туфли.
Туман рассеялся и я, приоткрыв рот, заворожено уставилась на бескрайние пески золотисто-розового цвета. Это было изумительно! Каждая песчинка переливалась под лучами яркого огненного светила в небе, словно самая настоящая брильянтовая пыль. Кроваво-красное солнце прямо за самым горизонтом лишь подчёркивало всю эту неземную красоту. На самом деле, со словом «пустыня» у меня всегда была лишь одна ассоциация - пустота и полное отсутствие жизни. То, что я видела перед собой сейчас, нельзя было назвать никак иначе, кроме как волшебством.
— Нравится? - совсем рядом, за моей спиной, послышался голос с бархатистыми нотками.
Я резко обернулась, встречая взгляд загадочных фиолетовых глаз, которые как ни странно, очень органично смотрелись в этой «розовой пустыне».
— Это моя Родина, – в голосе джинна проскользнула хорошо слышимая гордость. — Нет ничего лучше бескрайнего песка, - мужчина окинул взглядом хозяина сложные
песчаные нагорья. — Пески обманчивы. Может показаться, что кроме них ничего здесь больше нет, – неожиданно добавил джинн, — но знала бы ты, сколько на этих территориях находится замкнутых озёр, речных долин…
Я свела брови, не веря речам джинна. Ну, какие озёра?! Какие речные долины?! Да мы помрем здесь от засухи. Смертельная красота…
— Мне не интересно, - бросила я со всей небрежностью и безразличием, на какие только была способна. — Так что, свои рассказы можешь оставить для кого-нибудь другого, джинн.
Мужественный подбородок, покрытый легкой темной щетиной, напрягся.
«Что, не нравится? Получи!» - ехидничала я про себя, наблюдая, как в глазах могущественного владыки песков зарождается темно-фиолетовый ураган.
— Ты очень дерзкая, Габриэль, – констатировал факт мужчина. — На моей родине не принято, чтобы женщина так себя вела. Молчаливость и покорность - вот главное достоинство женщин Джинн Тауна.
Я нагло хмыкнула в ответ и с прежним ехидством пропела прямо в его до мурашек красивое лицо:
— Мне плевать. Скучно! – нарочито зевнула, прикрывая пухлые розовые губы ладонью. — С кем я буду находиться всю дорогу? Надеюсь, кто бы это ни был, он будет более интересным собеседником, - я с наслаждением наблюдала, как от моего почти ничем не прикрытого оскорбления смуглое лицо джинна пошло красными пятнами.
Самовлюбленный индюк! Небось, думает, что вся Солнечная система крутится вокруг него…
— Веди себя подобающе, Габриэль! Как положено невесте правителя.
Я опешила, не до конца понимая смысл брошенных джинном слов. Был ли виной гнев, исказивший черты его лица, либо мой мозг отказывался воспринимать эту вопиющую ложь – этого я не знала.
— Невесту?! – воскликнула, наконец, хватаясь ладонью за горло. На короткое мгновение показалось, что меня душит невидимая рука.
Раздраженный моей реакцией Хиро Аль-Фалих сложил руки на массивной груди.
— Тебе что-то не нравится, Сирена? – обманчиво мягким голосом произнёс джинн.
На его обнаженных предплечьях обозначились мускулы, подчеркивая варварскую красоту замысловатых узоров черных татуировок, говоря о том, что мужчина не так спокоен, как хочет это показать.
— Все! Все не нравится! – порывисто заявила я, топая босой ногой по теплому розовому песку. — Никакая я тебе не невеста.
Мускул на щеке джинна дрогнул после моего выкрика. С запоздалым пониманием увидела, что все это время за нашей перепалкой наблюдали воины. Они тихо переговаривались, что-то бурно обсуждая. Я прекрасно понимала, что одно дело дерзить один на один, но вот когда есть свидетели – это уже совсем другое… Дело плохо.
Последовала непродолжительная пауза, после которой Хиро Аль-Фалих голосом резким как плеть, произнёс:
— Не хочешь быть моей невестой… - джинн замер, обводя меня диким горячим взглядом, что почти расплавлял мои кости, превращая их в желе. — Значит, будешь моей рабыней! - и улыбнулся холодной улыбкой, которая совершенно не затронула фиолетовых глаз.
Кажется, я все же задела самолюбие этого бугая. Наблюдая за тем, как джинн, развернувшись и, больше не говоря мне ни слова, направился к откуда ни возьмись появившемуся странному существу, я запоздало подумала о том, что перегнула палку. Эта живность, если ее так можно было назвать, поразительно напоминала верблюда, но имела вместо шкуры плотную глянцевую синюю чешую. Гадость какая! Хиро аль-Фалих похлопал существо по шее и неожиданно бросил на меня резкий пронзительный взгляд, будто изучая. Вначале фиолетовые глаза прошлись по длинным стройным ногам, затем по округлым бедрам, скрытым от внимательного взгляда тонкой белой тканью, взгляд задержался на груди и метнулся вверх, беря в плен в свои комические глаза.
— Ты раньше ездила на лошади?
Я невольно застонала, уже догадываясь, к чему ведёт вопрос.
— Я не сяду на это уродство! – выпалила, морща нос, не в силах представить, что холодная синяя чешуя прикоснется ко мне. — Лучше пешком пойду.
Джинн усмехнулся, высоко приподнимая густую чёрную бровь.
— Сейчас ранее утро. К обеду пески нагреются до такой температуры, что идти будет невозможно, - чуть помолчав, он веско добавил. – Даже для меня.
Я бросила взгляд на ноги чешуйчатого существа, отмечая, какие толстые подковы прибиты к его копытам.
— Хорошо! Я поеду на этой образине, – поджала губы из чистого упрямства. Заметив, что Хиро хочет сказать что-то еще, быстро затараторила, не давая ему такой возможности: — Но только не с тобой.
А вот теперь, кажется, он разозлился. Белые острые клыки выглянули из-за твёрдых красиво очерченных губ.
— Я бы не советовал испытывать мое терпение… Габриэль, - его широкие плечи напряглись, обрисовывая каждую мышцу, и невольно впечатляя физической мощью мужчины.
Он что, качается с утра до ночи? Плебей…
Джинн сделал шаг ко мне, заставляя лихорадочно облизнуть губы. Я уже почти чувствовала, как грубые мозолистые ладони прикасаются к моей чувствительной коже, но…
— Хозяин!
Я обернулась.
К нам спешил мужчина. Он так торопился, что даже упал, но тут же ловко вскочил на ноги. От незадачливого воина (если он был им) в разные стороны полетели крупицы розового песка. Постоянно поправляя съезжающую на широкий лоб черную чалму, он даже запыхался.
Глаза Хиро сверкнули, когда джинн явно низшего сословия поравнялся с нами.
— Что случилось, Байолет?
Горячие пальцы обхватили меня за талию, притягивая ближе. Он тут же спрятал меня за свою широкую спину.
Мужчина, тяжело отдуваясь, снял чалму с головы и провел пятерней по мокрым от пота тёмным волосам.
— Господин! Сюда направляется, Шайен.
Хиро Аль-Фалих выдохнул сквозь плотно сжатые зубы:
— Проклятие! Любопытный, выродок.
Я с интересом наблюдала, как гневно съехались к переносице широкие брови джинна. Тронув его рукой за предплечье, обратила внимание мужчины на себя.
Хиро неохотно повернулся, окидывая взглядом чёрное облако моих длинных струящихся волос. Фиолетовые глаза впились в мои - серые.
— Кто этот Шайен? – настойчиво спросила я у него, даже не дрогнув под взглядом могущественного джинна.
А все потому, что… я чувствовала свою власть. Именно так! Я понимала, что нравлюсь джинну. Это подтверждали его чёрные зрачки, которые становились больше при взгляде на меня. Каждая сирена знает - это знак того, что жертва очарованно внешностью той, кто перед ним. А это, несомненно, власть!
Только вот загвоздка: Хиро Аль-Фалих - джинн, повелитель всех джиннов. Кто знает, что у него на уме?
— Шайен? – переспросил Хиро, играя желваками. — Шайтан*.