Страница 3 из 6
Ребята знали свое дело: били ногами по голове и животу. Один, видимо, решил, что ноги — недостаточно хорошее оружие, потому как вытащил из кармана здоровый блестящий кастет. Я, конечно, не смогла смотреть на эту картину и быстро подбежала к дерущимся. Похлопав одного из парней по плечу, я отступила на шаг и, сделав идиотское лицо, спросила:
— Что он вам сделал, ребята? Отнял леденцы?
— Вали отсюда! — таким вот неласковым был ответ. — А то ща как…
Договорить он не успел. У меня всегда была хорошая реакция, и мой боковой в скулу справа заставил его замолчать. Я не люблю, когда мне угрожают. Однако, хоть громила и замолчал, я знала, что произошло это скорей от изумления, чем от моего удара. С тем же успехом я могла бы ударить телеграфный столб. В это время его приятель, прочухав, что что-то не так, оставил в покое парня и тоже двинулся ко мне. Легко ускользнув от парня с кастетом, я резко ударила второго носком туфли в печень. Немного жестоко, но что же делать — их ведь двое. Кастет просвистел в воздухе и прошел там, где секунду назад находилась я. Сделав обманное движение правой, я нанесла гоблину точный прямой удар левой прямо в центр физиономии.
Еле слышный хруст и хлынувшая кровь явно указывали на то, что нос у парня сломан. Он схватился руками за лицо и, взревев, помчался на меня, как взбесившийся бык. В последний момент я легким движением отскочила в сторону от этого разъярившегося куска мяса и резко выставила вбок ногу. Парень наскочил на нее с такой силой, что я чуть не повалилась на землю. Бандит с кастетом лежал в отключке, но ведь он сам виноват — нечего налетать со скоростью самосвала пахом на чужие ноги. Зато второй уже пытался подняться, и ему бы это удалось, не получи он удар каблуком дамской туфли в висок.
Осмотрев костоломов и убедившись, что они оба живы, я подошла к избитому ими парню.
Поработали ребята на славу. Он был весь в крови. После быстрого осмотра выяснилось, что у него подбит глаз, выбито два зуба и сломано несколько ребер. И еще парень был смертельно пьян.
Я минут пятнадцать пыталась его поднять, но он только тупо мычал и вставать не хотел. Поняв тщетность своих попыток, я поймала такси и попросила шофера помочь мне затащить парня в машину. Устроившись на заднем сиденье и немного успокоившись, я принялась разглядывать парня. Он был высоким, почти под два метра, и довольно симпатичным, хотя определить это наверняка было трудно из-за крови и знатного фингала под глазом.
По дороге парень начал потихоньку приходить в себя, а когда я впихнула его в свою квартиру, почти уже совсем очухался. Сняв с него куртку и рубашку, я умыла его и усадила в кресло. Сама же устроилась на стуле прямо напротив него. На правом боку был огромный кровоподтек. «Ребра три — не меньше», — подумала я и отправилась за бинтом.
Затянув потуже его грудь, я всучила ему кружку с крепким кофе. Когда кружка опустела, парень окончательно пришел в себя.
— Где я? — спросил он и добавил довольно крепкое словцо, схватившись за правый бок.
— Мог бы быть в морге, — немного раздраженно ответила я. — Кто ты такой? За что эти два придурка вздумали тебя отпинать?
— Моя фамилия Соколовский, — сказал он и, потирая помятый бок, добавил: — Слава Соколовский.
— Ну ладно, Слава. Ложись-ка ты спать, утром все расскажешь.
Он лег на диван и сразу заснул. Я тоже отправилась спать. Оставлять его у себя я не боялась — воровать у меня нечего, но рядом с кроватью я все-таки положила милицейскую дубинку. Утром за завтраком я узнала, что Слава Соколовский недавно закончил Рязанское воздушно-десантное училище и, вернувшись в родной город, решил отпраздновать это событие в ресторане. Изрядно надравшись, Слава повздорил с какими-то парнями, они полезли в драку, ну а результат ее я видела сама.
Так я познакомилась со Славкой, который оказался отличным парнем. После этого случая мы не перестали общаться, у нас даже завязался недолгий, но бурный роман. Однако со временем наши отношения плавно перешли в другую стадию. Мы продолжали оставаться лучшими друзьями, время от времени, к общему удовольствию, вспоминая о старом. Вот почему, когда он позвонил и пригласил меня в ресторан, я так обрадовалась.
Ровно через полчаса в дверь позвонили. На пороге стоял Слава, как всегда подтянутый, в строгом вечернем костюме. Мы спустились к подъезду, и он, усадив меня в свою машину, лихо рванул с места.
В ресторане народу было немного, и мы сели за самый дальний столик. Слава сделал заказ и откинулся на стуле.
— Ну, Танечка, как дела? Рассказывай, сто лет тебя не видел!
— Да какие там дела, все то же самое. Вон ты уже полковник, большая шишка, а у меня все по-старому.
Принесли заказ. Мы сидели, пили вино и разговаривали ни о чем. Вечер был замечательный, мы ужинали и танцевали. А потом снова ели и снова танцевали. Вышли мы из ресторана уже далеко за полночь.
— Ну, что? Куда едем? — спросил Слава, открывая мне переднюю дверцу машины.
— Поехали к тебе. — Я сладко потянулась, устраиваясь поудобнее на большом кожаном сиденье.
Добрались мы быстро. Ночные улицы были пусты, редкие машины не могли нам помешать. Подъехав к дому, мы зашли в подъезд. Я поднималась по лестнице, на которой знала каждую ступеньку. Слава прошел вперед и открыл дверь своей квартиры. Мы вошли внутрь, и Слава усадил меня в кресло.
— Не хочешь чего-нибудь выпить? — спросил он, доставая два пузатых бокала.
— Да, налей мне немного коньяка.
Я держала в руках бокал с янтарной жидкостью. Слава включил музыкальный центр и поставил медленную музыку. Раньше, когда мы с ним часто здесь встречались, он всегда ставил этот диск. Слава подошел ко мне, присел на подлокотник кресла, аккуратным движением взял у меня бокал и, поставив его на журнальный столик, едва ощутимо коснулся губами моего плеча.
Я откинула голову на спинку кресла и слегка улыбнулась. Расценив это как безусловное согласие, Слава уверенным жестом запустил руку в глубокий вырез моего вечернего платья…
Утром Слава отвез меня домой. Мы попрощались, и он обещал позвонить. Дома я первым делом залезла в душ. У меня немного шумело в голове, и мне хотелось освежиться. Выйдя из душа, я выпила аспирин и завалилась на диван. Но не успела я расслабиться, как в дверь позвонили.
«Наверное, Слава вернулся», — подумала я, на ходу накидывая халат.
За дверью был незнакомый человек. Парень среднего роста с длинными волосами.
— Могу я видеть Татьяну Иванову? — спросил он и нервно провел пятерней по волосам.
— Я вас слушаю, — ответила я и вспомнила, что стою на пороге в халате и босая.
— Мне нужно с вами поговорить. Это важно. Можно мне войти?
— Проходите, — сказала я и отошла, уступая ему дорогу. — Подождите меня здесь, — попросила я, когда он вошел в комнату.
Я быстро переоделась и вышла к нему. Мой посетитель сидел на стуле и теребил свою куртку.
— Чем могу вам помочь? — спросила я, хотя и так уже догадывалась, чем я могу быть ему полезна.
— Вы частный детектив, и я хочу вас нанять. Сколько вы берете?
— Сколько я беру, вы узнаете после того, как расскажете мне о своем деле, и только в том случае, если я за него возьмусь. Так что я слушаю вас.