Страница 67 из 73
Дон Матиас сжал губы, но смолчал. Он развернулся на сто восемьдесят градусов и побрёл прочь.
– Кто-то ещё хочет оспорить моё решение касательно дара монастыря? – Жанна опёрлась на Аркима и окинула строгим взглядом всех собравшихся посмотреть на дуэль. – Есть прекрасная возможность получить семь комплектов брони! Надо всего лишь одолеть слабую девчонку в честном поединке на мечах!
Говорила она разумные и понятные вещи: выглядит она не слишком сильной, рост, может, высокий для её возраста, но она явно должна быть слабее любого потомственного воина с боевым опытом, а таких здесь большинство. Только вот ни у кого из присутствующих не выходил из головы то, что дон Матиас, поединки которого многие здесь видели, не успел провести и серии ударов. А ещё она могла его убить и забрать доспехи с копьём себе, но не захотела. Очень легко могла убить. Это буквально бросалось в глаза сведущим людям.
– Вот и хорошо, – выждав пять минут, произнесла Жанна. – Продолжаем лотерею…
В течение следующих четырёх часов сто девяносто пять комплектов латной брони были разыграны между вольными рыцарями Франции.
Когда дело было сделано, Жанна закрыла коробку лототрона и передала Жану де Мецу, который понёс её в таверну.
– Госпожа главнокомандующий, – подошёл к ней молодой рыцарь, до сих пор не отошедший от шока после выигрыша баснословной стоимости латной брони.
К тому же, броня эта не нуждалась в переделке: к каждой из них прилагались дополнительные пластины, присоединённые к нижней части кирасы и к рукавам с поножами, поэтому, убрав лишние пластины, можно было подогнать броню под нужную комплекцию носителя. Это всё было трудами Аркима, который давным-давно заманался подгонять под каждого брата-монаха из боевого звена передаваемые из поколения в поколение латные доспехи, разработав универсальные латы с широкими возможностями полевой подгонки.
– Слушаю, – повернулась к рыцарю Жанна.
– Жан де Олон, – представился парень. – Я свободный рыцарь, сын рыцаря Бартоломея де Олона.
– Чего ты хотел, рыцарь? – спросила Жанна равнодушным тоном.
– Мы тут собрались с остальными выигравшими… переговорили… – не очень уверенно произнёс молодой рыцарь. – Мы решили, что с этого дня будет основано рыцарское братство Девы-Спасительницы, в честь чего сформирован отряд из ста девяноста пяти рыцарей.
– Это хорошо, – кивнула Жанна. – И что?
– Примите нас под своё командование, госпожа главнокомандующий, – попросил рыцарь де Олон.
«Бери-бери! Дело хорошее!» – подстегнул её Арким. – «Будет кем затыкать танкоопасные направления, тьфу ты, ответственные участки!»
– Хорошо, – решила Жанна. – Но под моим началом рыцарской вольницы не будет, за проступки спрашивать буду очень строго. От вас будет клятва верности на время войны против англичан. После – свободны, но до тех пор – в беспрекословном повиновении моём.
Рыцарь заколебался, беседа пошла не по плану. Тут к ним приблизился крепкий мужчина лет сорока, успевший напялить на себя кирасу выигранных в лотерее лат.
– Я невольно услышал ваши слова, госпожа, – поклонился он. – Свободный рыцарь Антуан де Пуатье, сын доблестного рыцаря Бертольда де Пуатье.
– Итак? – нахмурилась Жанна.
– Мы хотим служить Франции и готовы приносить жертвы, – сообщил ей де Пуатье. – Я скажу за всех, ибо не сомневаюсь в них как в себе: мы согласны на твои условия, ибо они во благо Франции.
– Завтра с рассветом сбор у моей командной ставки, – произнесла Жанна. – Посмотрим, чего вы стоите.
Остаток вечера прошёл без происшествий, Жанна приняла ванну, плотно поужинала и легла спать, перед сном побеседовав с Аркимом касательно плана деблокады Орлеана.
Утром она встала за час до рассвета, облачилась в доспехи, подпоясалась мечом и вышла во двор.
На мощённой камнем площадке перед таверной стояли ожидающие её рыцари, а также дон Матиас с кислой миной на лице.
– Глупцы, – процедил он, обращаясь к остальным рыцарям. – Вы даже не понимаете, на что добровольно согласились. Она же баба! Как может баба управлять войском?
– Охолонитесь, – попросил его рыцарь де Олон. – Её ведёт сам Бог.
Тут не нашедший приличных слов для ответа дон Матиас увидел пристально смотрящую на него Жанну.
– Прошу прощения, госпожа, – поклонился арагонец. – Ваше копьё готово к выдвижению.
Жанна обменялась кивками с братом Адрианом, пришедшим в монашеской робе с портативным алтарём и необходимыми атрибутами для торжественных клятв.
– Сегодня, под взором Бога, – начала Жанна, когда брат Адриан установил алтарь и разжёг кадило и начал ходить между рыцарями. – Вы, доблестные рыцари, принесёте клятву мне, Жанне Дарк и самой Франции, и Господу Богу нашему. На колено и повторяйте за мной!
Рыцари без промедления встали на одно колено, оставшийся стоять дон Матиас огляделся, увидел, что он тут такой один и присоединился к остальным.
– Клянусь перед Иисусом Христом… – начала Жанна и встала на одно колено.
Все рыцари повторили слова клятвы, Жанна поднялась на ноги и удовлетворённо кивнула.
– Отныне вы безраздельно подчиняетесь мне, – резюмировала она. – Прикажу атаковать – атакуете, прикажу стоять – стоите, лежать – лежите, раздеться и бегать по полю – раздеваетесь и бегаете по полю. Неподчинения не потерплю, ибо это будет преступлением перед Богом и Францией. А также передо мной. Бог может отложить кару, Франция может простить, а вот я не прощу. А теперь строиться в колонну по пятеро и за мной. Сейчас вам нужны интенсивные тренировки, чтобы выжить потом.
Рыцари имели какое-то понятие о строе, поэтому с горем пополам сумели построиться в требуемую Жанной формацию и последовали за ней.
//Королевство Франция, г. Блуа, 24 апреля 1429 года//
Конвой снабжения прибыл в Блуа два дня назад. Жанна со своим подразделением прибыла вместе с ним, одновременно являя собой боевое охранение.
Дофин был очень недоволен тем, что девочка фактически отняла у него почти двести свободных рыцарей, но формальной власти над ними не имел, поэтому просто смирился. Ни один из них не был на контрактной королевской службе, поэтому был волен располагать собой как вздумается.
Всё это время, до выдвижения в Блуа, Жанна проводила подготовку вверивших себя в её руки рыцарей. Навыки фехтования у них уже были, как и была достойная физическая подготовка, поэтому она делала особый упор на тактике.
Братья Жанны, Жан де Мец и Бертран де Пуланжи вошли в состав рыцарского братства Девы-Спасительницы.
Отряд был разбит на сотни, которые возглавляли Жан де Мец и Бертран де Пуланжи, а эти сотни были разделены на десятки, командиры которых были определены Жанной и Аркимом лично.
Жанна непосредственно занималась тактикой с десятниками и сотниками, проводила боевое слаживание, которое не ладилось сначала по причине непонимания смысла занятий, а затем в силу приобретённого в ходе рыцарской жизни гонора.
Смысл Жанна пояснила, а вот гонор выбивала розгами. Арким подсказал идею, которая пришлась ей по вкусу: каждому члену десятки вручалась вымоченная в солёной воде розга, которой он должен был нанести соразмерное тяжести проступка количество ударов по спине провинившегося члена десятки. Меч назвал это «прогоном сквозь строй» и жаловался Жанне, что она его неверно поняла и исказила изначальный процесс наказания.
Каждый эпизод наказания провинившегося рыцаря девочка не ленилась читать нотацию, зачем, почему, чем был чреват проступок в боевых условиях, что вынуждены были слушать все участники наказания.
Таким образом она не только усмиряла гонор в подчинённых клятвой, но и проводила качественную разъяснительную работу.
После серии подобных наказаний все члены подразделения прекрасно понимали, что Жанна не садистка, которой нравится наказывать людей, а человек, который заботится об их выживании. Ведь только чётко следуя приказам, прилагая должное усердие, можно победить в битве и даже, если повезёт, выжить при этом.