Локи.

– Что же, – закончив выслушивать доклады, многозначительно начал я заготовленную речь, – ситуация действительно… неприятна. Однако, – пресёк я зарождающиеся шепотки, – полагаю, что мне, как Царю Асгарда и Йотунхейма, нет более смысла держать в блокаде один из своих миров.

– Это… – Йавар, на удивление быстро ставший кем-то вроде негласного лидера высокопоставленных йотунов, не мог поверить своим ушам.

– Да, – я кивнул, – пока Йотунхейм — мои владения, Асгард не будет запирать его, – я ухмыльнулся, – однако, как Царь Йотунхейма, только я решаю, куда, когда и как будет направлен удар моей армии. И любой, кто ослушается моей воли, будет признан отступником и должен быть уничтожен немедленно! Доведите эти известия до всех.

– Будет исполнено… мой Царь, – склонил голову пожилой великан, тем не менее одним взглядом заткнув двоих помладше, что явно хотели что-то сказать. Йавар был умён и прекрасно понял всё оставленное за скобками озвученного. Да, йотуны снова смогут выйти «в поход», но только туда, куда укажу им я. И подобная «привилегия» будет им доступна лишь пока я являюсь их Царём… и Царём Асгарда. О, разумеется, мне не поверят, будут искать скрытые смыслы. Но… после первого же похода, удачного и успешного похода, даже самый тупой великан будет жилы рвать, чтобы с моей головы не упал даже волос, а оба трона оставались за мной. Особо тупым же, полагаю, объяснят более разумные сородичи, а если не поймут, то помогут. Уж жилы порвать так точно. Правда, до этого светлого мига нужно было дожить. А также уточнить пару моментов по моей цели, но это уже детали.

– Тогда собирайте воинов, готовьте снаряжение. Не пройдёт и года, как мы отправимся в поход. До той поры… я временно покину Йотунхейм — нужно уточнить несколько моментов по нашей будущей добыче.

– Как нам можно будет связаться с тобой, мой Царь? – хм, в этот раз им уже пришлось прикладывать не такое громадное усилие, чтобы произнести это. Вот что сочетание морковки спереди и морковки сзади делает!

– Я сам свяжусь с вами, в экстренном же случае… позовите Хеймдалля, он мне сообщит, – возможно, это было слишком жестоко по отношению к афроасгардцу, но я же должен его как-то наказать за всю эту хрень? Ведь, по сути, это его попустительство запустило цепь событий, в результате которой я теперь и корячусь, вместо того, чтобы спокойно лежать где-нибудь в гамаке, пить какао и умиляться с боевого хомячка. Так что всё справедливо!

На этом короткая аудиенция была закончена, а я отправился обратно в Асгард — подготовить предстояло действительно немало.

Там же. После ухода Локи.

– Что ты думаешь по этому поводу, Йавар? – повернулся к старшему йотуну мощного телосложения гигант, лишь немногим уступающий статями ныне покойному Лафею. Впрочем, для генерала и того, кому прошлый Царь поручал вести завоевательные походы от своего имени, стати у него были вполне подходящие.

– Пока не знаю, Бельмир, – покачал головой относительно низкорослый великан. – Локи знаменит своим хитроумием и коварством.

– Проклятый выродок, – рыкнул третий участник, – убил Царя и считает, что он теперь может нами править?!

– Он поступил согласно нашим обычаям, – возразил четвёртый.

– С каких это пор наши обычаи распространяются на полукровок? Может, нам тогда терпеть на троне и вовсе какого-нибудь сына снежного кабана?

– Если этот сын снежного кабана будет способен одним приказом разрушить наш мир, то да. Мы будем его терпеть, кланяться и называть своим Царём, – отрезал Йавар.

– Трус! Бесхребетный слабак!

– В круг! – рыкнул старик. – Я вобью тебе эти слова обратно в глотку!

Великаны разошлись из-за стола и проследовали в небольшую, относительно их размеров, залу. Обитатели Йотунхейма не отличались кротким нравом, а с таким тяжёлым характером было вполне логично, что мест для решения возникающих конфликтов должно быть много. В том числе и в зале Совета — для «дебатов» не сходящихся во мнении уважаемых «людей».

Спорщики вышли в круг, короткая сшибка — и относительно молодой йотун валится на промороженный пол, держась за сломанный нос и выплёвывая выбитые зубы — пусть Йавар и был стар, да и физической мощью и статью никогда не отличался, но опыт тысяч и тысяч схваток вместе с талантами в магии льда в очередной раз доказали, что своё место подле Царя он занимал по праву.

– Теперь можно продолжать, – после короткого поединка йотуны вернулись в первый зал. – Есть у кого-то ещё что возразить? – все присутствующие бросили короткие взгляды на их соплеменника, сидящего, склонив голову. Он проиграл в честном поединке, никто не будет ставить это ему виной, но и следующие лет десять бедолаге лучше не раскрывать рта. Сотрясать воздух, не имея сил подкрепить свои слова личной мощью… такого йотуны не одобряли.

– Где гарантии, что полукровка сдержит своё обещание? – вернулся к беседе Бельмир, наиболее заинтересованный в возможности вновь отправить армию в бой.

– Их нет, – констатировал молчавший до этого гигант, – однако даже такой «Царь», – он скривился, – это лучше, чем междоусобица, которая бы началась, не поступи Лафей так, как поступил. К тому же он достаточно силён и владеет нашей магией.

– И всё равно, Йавар, он — проклятый уродливый карлик.

– Проклятый уродливый карлик, – согласился Йавар, – который может вновь распахнуть для нас двери миров. Сделать Йотунхейм снова великим. Какая тебе разница, Бельмир, кто будет сидеть на троне, если наши воины вновь смогут вкусить крови? Вновь принесут богатые трофеи?

– Хм-м… – задумался тот, – далеко не все смогут принять и понять это, – ещё один взгляд на побеждённого неудачника, – даже среди нас.

– Верно, но… – Йавар задумался, – терпеть придётся. Во всяком случае, до тех пор, пока мы не восстановимся достаточно, чтобы закрыться от Радужного Моста.

– Локи не идиот, как бы мне ни хотелось обратного, – вздохнул ещё один великан, – он никогда не допустит, чтобы это произошло.

– Да, это правда… – пожилой йотун нехорошо ухмыльнулся, – а потому нам нужно подготовиться, создать скрытые базы, накопить ресурсов, чтобы в один момент выйти из-под угрозы. А там уже можно будет поговорить с полукровкой на другом языке.

– А как быть с Хеймдаллем и его ублюдочными глазами? Этот зал для него непроницаем, но он был создан нашими лучшими мастерами, в нашем мире, с помощью Ларца Древних Зим, сейчас же мы не сможем повторить подобное даже здесь, не говоря уже о других мирах, если организовывать схроны там.

– Страж Биврёста не всеведущ и не сможет уследить за всем и сразу. Придётся использовать вирдманов и уходить Тропами Теней как можно дальше. Процесс будет долгим и сложным, но… если у вас есть другие мысли, я вас слушаю, – в ответ ему была тишина. – Значит, решено. Бельмир, начинай подготовку, год — это очень немного, тем более после тысячи лет бездействия. А я пока займусь склепом для Лафея, – вздохнув, Йавар поднялся из кресла. Йотунам предстояло много работы и терпения. Очень много работы.

Некоторое время спустя. Один афроасгардец.

Хеймдаллю было плохо. Нет, не так, ему было очень, очень плохо. Сам факт того, что Царём Асгарда стал Локи, сильно не нравился бессменному стражу Биврёста. Трудно было сказать, с чем это было связано — с характером на тот момент ещё принца, его предпочтением использовать грязные трюки вместо честной борьбы или тем обстоятельством, что едва ли не первым магическим навыком, изученным им, было сокрытие от его взора. Но вот то, что он увидел и услышал сегодня… Локи был Чудовищем, да, именно так, с большой буквы. И происхождение от ледяного великана в этом титуле было ни при чём. Он цинично использовал старые традиции и обычаи йотунов, чтобы убить собственного отца… пусть он воспитывался в Асгарде, но всё-таки… а потом, потом он, угрожая уничтожить мир йотунов, его захватил.