Страница 23 из 168
– О чём… – Скотт помотал головой, пытаясь уложить в ней услышанное. – Что ты сейчас сказал про помощь Америки Гитлеру?
– М? А вы не знаете? – удивился Локи, поднимая на собравшихся свои зелёные глаза. – Тогда я ничего не говорил, – тут же пожал он плечами и вернулся к компьютеру, дразня зрителей затаённой в кончиках губ улыбкой.
– А в истории Асгарда были такие моменты? – жестом остановив своих учеников от дальнейших реплик, заговорил профессор, пристально глядя на гостя.
– Конечно, – кивнул тот. – Если бы Один не ударил по армии йотунов, когда те только вторглись на Землю, ваш мир сейчас представлял бы из себя покрытый сплошной коркой льда шарик без намёков на человечество. А если бы отец Одина — Бёр — не напал на Свартальфхейм, то наша галактика имела все шансы погибнуть от оружия, изменяющего физические законы реальности.
– Ты сам в это веришь? – скептически хмыкнул Росомаха.
– Я бывал в Свартальфхейме и Йотунхейме. Если в первом человек ещё может сколько-то прожить на привезённых продуктах, то во втором околеет за две минуты даже в очень тёплой одежде.
– Мне интересно, – профессор Ксавьер сложил руки домиком перед лицом, опираясь локтями о подлокотники кресла, – в этом конфликте ты сторонний наблюдатель, Локи, так, исходя из сказанного, кого ты считаешь более правым? Теперь, когда лично поговорил с нами обоими? Эрика, с его стремлением развязать войну, действуя на опережение, или меня, того, кто «играет в дипломатию» и препятствует этой войне?
– Как я уже сказал, верных решений всегда существует больше одного, – франтоватый брюнет улыбнулся хозяину дома. – Вы оба правы и, если уж говорить начистоту, нужны этому миру тоже оба и одновременно. Магнето — как страшилка для властей и лидер, способный объединить и повести мутантов в бой, если всё пойдёт по худшему сценарию. Вы — как буфер между радикалами с обеих сторон и способ для здравых сил прийти к компромиссу там, где иначе лилась бы кровь. Каждый выполняя свою роль в должной мере, вы сможете сделать этот мир лучше, плохо только, что, несмотря на всю вашу силу, не вы одни играете в эту игру, а действия других игроков могут сломать любые благие начинания.
– Увы, – со вздохом выпустил на лицо горькую улыбку Чарльз, – даже без козней других игроков благие начинания слишком часто идут наперекосяк.
Неожиданно из коридора донёсся звук дверного звонка, заставляя собравшихся в кабинете профессора Ксавьера прервать разговоры.
– Я открою, – засобиралась к дверям Шторм, чтобы буквально через минуту изумлённо отшатнуться.
– Мне нужна доктор Джин Грей, – перебарывая тяжёлую одышку, просипел через порог покрытый сильной испариной субъект, почти повиснув на дверном косяке.
– Сенатор Келли? – озвучила причину своего изумления девушка, но поздний визитёр уже закатывал глаза, со всей определённостью валясь в обморок. – Проклятье! – в последний момент подхватывая падающее тело, чертыхнулась Ороро.
В голове даже мелькнула мысль, что сейчас она была бы не против помощи Локи, пусть последний и вызывал её опасения своим… эксцентричным поведением, а также взглядами и словами. Но полубезумного мутанта, считающего себя скандинавским Богом, здесь не было, а потому тащить на удивление тяжёлое тело ей пришлось одной.
– Шторм, что… Сенатор Келли? – воскликнула Джин, увидев мужчину на закорках мутантки, но тут к ней подскочили Росомаха и Циклоп и быстро избавили от ноши, перетащив на ближайшее кресло.
– Доктор… – прохрипел политик, обводя помещение мутным взглядом, – мне нужна помощь… – и тут же вновь отключился.
– В лазарет его, быстро! – резко скомандовал Ксавьер, выезжая из-за своего стола.
Через пять минут все были уже в медицинском кабинете, а Джин суетилась вокруг койки, подключая к телу сенатора датчики для отслеживания пульса и температуры. Оказалось, что из всей одежды на мужчине имелись только спортивная куртка и штаны, под которыми ничего не было, а на спине проступили ясно различимые жабры. Наконец, когда оборудование было подключено и доктор взяла образцы крови на анализ, Келли вновь пришёл в себя и судорожно заозирался.
– Успокойтесь, сенатор, – подъехал к нему ближе глава Людей-Икс. – Вы в безопасности. Я — профессор Чарльз Ксавьер. Расскажите, что с вами произошло?
– Я… – лежащий мужчина всё ещё тяжело дышал, – боялся, что если я пойду в больницу… они… будут… – на лбу и обнажённой груди человека выступили крупные капли пота.
– Обращаться с вами как с мутантом? – помог своему собеседнику подобрать слова телепат. Глаза Келли замерли, прикипев к лицу профессора, а мимика отразила боль и отчаяние. – Мы не такие, как вы представляете, – тихим, но чётким голосом, сказал Ксавьер спустя несколько секунд. – Не все такие.
– Скажите это тому, кто сделал это, – тяжело сглотнув, с трудом прохрипел в ответ пациент.
Чарльз отвёл взгляд и вздохнул. Келли тяжело и прерывисто дышал, словно через мутную пелену глядя на окружающих. Остальные молчали. Но пауза долго не затянулась, и, развернув своё кресло, профессор молча обогнул койку, чтобы вновь повернуться к ней у изголовья.
– Сенатор, постарайтесь расслабиться, – руки телепата поднялись к голове гостя и замерли напротив височных областей, не касаясь кожи. – Я не причиню вам вреда… – прикрыв глаза, успокаивающе сообщил Ксавьер и сосредоточился.
Спустя минуту телепат закончил своё занятие и выпрямился в кресле, оставив потерявшего сознание Келли располагаться на лежанке.
– Итак, что же вы узнали, профессор? – обратилась иллюзия Локи к пожилому мутанту.
– Магнето создал устройство, способное обратить обычных людей в мутантов, – подняв глаза на учеников, сообщил хозяин поместья. – Его ядром является сам Эрик, и активация машины, похоже, ослабляет его. Я видел, как этот механизм излучает некое видимое обычным зрением поле… возможно, какой-то новый вид радиоактивного излучения с корпускулярно-волновой структурой, как у света. Это поле вызывает в организме мутацию, но не естественную и очень быстро протекающую. Сенатора похитили вчера утром, а ночью он уже смог сбежать, просочившись сквозь прутья решётки.
– А как оно воздействует на мутантов? – с живым интересом спросил Циклоп.
– Полагаю, что никак, – качнул головой профессор.
– Как любопытно… – протянул Локи, водя ладонью над предплечьем сенатора, и по мере этого движения у последнего под кожей ярко очерчивались вены. – Не могу сказать наверняка без Горнила Душ, но мне кажется, организм нашего гостя умирает.
– Из-за чего? – поджимая губы, поинтересовалась Шторм.
– Клетки разрушаются, – ответил брюнет. – Но это не некроз, они… – зелёные глаза Бога Магии прищурились и заметались, как будто бы глядя мимо человека на кушетке. – Очень похоже на распад с выделением воды. Его тело уже не столько человеческое, сколько тело… медузы.
– Так зачем ему Роуг? – повысив голос, мрачно осведомился Логан.
– Очевидно, чтобы поработать батарейкой для этой машины, – без паузы ответил Локи, всё ещё глядя в пространство и непонятным образом обследуя Келли. – Он коснётся её, тем самым дав на какое-то время возможность применять свои способности, а потом запихнёт в устройство. Или сперва запихнёт, зафиксирует, чтобы не могла рыпнуться, а потом коснётся. И, кажется, я слышал по новостям что-то по поводу съезда кучи больших земных шишек в одно место… – с хорошо различимым намёком в голосе добавил парень.
– Ассамблея ООН… – тут же всё поняв, протянул Ксавьер.