Локи.

– Вы сами-то пытались включить компьютер? – проводив взглядом улетевшего, поворачиваюсь к оставшимся Паркерам из параллельных реальностей.

– Это устройство неизвестно для меня, – драматично произнёс Нуарный Паук.

– Мои пароли не подходят, – мотнула головой девочка-анимешка, а на дисплее-лице её робота появился грустно-виноватый смайлик.

– Ясненько… Тогда подождём.

Отсутствовал наш «коллега по попаданию» минут десять, за время которых я позволил себя побыть туристом и хорошенько осмотреться. Вернулся Свин не один, а с боевой пенсионеркой, вооружённой тележкой, на которой располагался здоровенный пирог, тарелки, ножи-вилки и графин с морсом или чем-то таким.

– А я вам покушать принесла, а то, небось, так нормально и не поели, – старушка с укором покосилась на рыжую красотку. Очень коротко и явно не желая, чтобы та заметила, но зато заметил я. – Я так часто подкармливала Питера, а то он со своей работой постоянно забывал покушать, – вздохнула старушка, в чьём голосе прозвучали тоска и неприятная нотка сдающих нервов, она даже чуть отвернулась, явно чтобы скрыть нарождающиеся слёзы.

Мэри Джейн сразу же бросилась к женщине и попыталась как-то приободрить, но мой опыт двух жизней подсказывал, что с куда большей вероятностью мы тут рискуем получить коллективный плач. Это было понятно, но сейчас совсем не к месту. К тому же мне в голову лезли странные ассоциации об Альфреде, потерявшем своего Брюса Уэйна. Значит, будем отвлекать.

– Благодарю, но позвольте отведать ваше чудесное блюдо чуть позже, а сейчас… вы случайно не знаете пароль от компьютера мистера Паркера?

– Нет, – тётя Мэй покачала головой. – Я всё-таки простая слабая женщина, а эта информация, как говорил Питер, может принести мне очень много неприятностей. Я могу только помочь с некоторым оборудованием в пещере — починить костюм, отремонтировать шутеры и тому подобное, а всю важную информацию Питер хранил недоступной для посторонних.

– Логично, – чёрт, похоже, местный Паутиныч был парнем адекватным. – Тогда пойдём другим путем. Будем ломать.

– Я уже думала об этом, – подала голос Необычная Японская Школьница. – Терминал, конечно, примитивный, но он мог поставить ряд защит, вплоть до удаления данных и физического уничтожения носителей, так что брутфорс я бы не рекомендовала.

– Само собой, – я кивнул. – Думаю, начну с «радужных таблиц».

– О! – оживилась девочка. – А ты шаришь! Но как ты вытащишь хэши? Да и я бы сначала всё равно вытащила харды и проверила их на физические убивалки.

– Сделаем, – эта девочка мне нравилась всё больше. – Вообще, проще всего подрубить харды к новой системе, а там через «призрака» добраться до таблиц и крякнуть перебором со сбросом дампа памяти.

– Я так и не поняла, как ты хочешь выцепить таблицы, что за «призрак»? – она потешно нахмурилась.

– О, одна полезная приблуда, чтобы войти в систему, нужен пароль, но как машина узнает, что он правильный?

– Через обращение к хэшу паролей, как раз таблицам, но это же внутрисистемная операция, которая при закрытой системе полностью недоступна.

– Вот тут и нужен «призрак» — он позволяет уловить область памяти, к которой в этот момент обращается система, и копирует её. Мусора там, конечно, будет навалом, но дальше уже можно побрутфорсить со сбросом дампа, благо отследить, куда регистрируются неудачные попытки, тоже можно.

– А если ещё отсечь лишнее «Пауком»…

– Не, местный Паркер явно мог в высокие технологии, а потому и от очевидных методов взлома должен был заложиться, а потому алгоритмы «паука» как раз могут отсечь верный ключ.

– Ты понимаешь, на каком языке они общаются? – тихонько спросил Нуар-Паук своего свинского коллегу.

– В моём мире компьютеры размером со шкаф и на перфокартах. Я из их речи только предлоги понял, да и то не все.

– Вот такая же ситуация… Хотя нет, вроде как они таки смогут добыть нужные данные.

– Угу…

– Всё равно не получится, – между тем, повесила плечи Пени. – Я могу подрубиться к местной технике через робота, но у меня нет нужных программ и алгоритмов. Архитектура и софт — всё слишком разное. У меня в мире про кремниевые полупроводники только на уроках истории рассказывают.

– Ошибаешься, – театральный щелчок пальцами, и системы Паучка приветственно пискнули и запустились. – Я уже всё, – обворожительно улыбаюсь девочке.

– Э-э-э… как? – забавно свела глаза в кучку анимешка, и на ней даже характерная «капелька» выступила, а вокруг фигуры такой… спиралевидный фон образовался, типа иллюстрируя недоумение.

– Ровно так, как мы обсудили: физическое обособление хардов, подбор пароля, подключение системы обратно.

– Н-но… мы же ещё даже не раскрутили системный блок! – прозвучало с забавной смесью робости, восторга и негодования.

– Эй! – я сделал вид, что оскорбился. – Я — Бог Магии! Я поатомарно собирал квантовые компьютеры, когда люди ещё ходили в шкурах!

– А какое отношение магия имеет к квантовым компьютерам?! – степень недоумения Пени росла, отражаясь уже и на сенсорном стекле её робота, где в глазках «смайлика» образовались большие знаки вопроса. Да и присутствующая здесь Эм-Джей тоже недоумённо приподняла бровь.

– Не знаю, как было в ваших мирах, но в моём вся путаница строится на том, что примитивные люди, услышав термин «магия», наделили его исключительно мистическими свойствами, придумав в противовес ему технологию и науку, хотя изначально магия — это понятие, означающее все области прикладного знания. Просто учитывайте, что для Богов мистические энергии столь же привычны и управляемы, как для вас обычные камни или песок, то есть на уровне восприятия никакой принципиальной разницы между мистикой и физикой для нас нет, и мы не наделяем мистику каким-то «уау-эффектом». Так что если переводить мой титул по смыслу, я — Бог Науки, Техники, Изобретательства, просто чисто мистические проявления во всём этом у обитателей Асгарда тоже участвуют, как естественный и обыденный элемент.

– Deus ex machina! – воскликнул частный детектив-нуарщик.

– Ну да, что-то в этом роде, – подтвердил я, но не успел даже закончить фразу, как моих коллег по принудительному переносу в иную вселенную дружно «прострелило» уже знакомым мне радужным сиянием. Н-да, это проблема — «перевариванием атомов» страдал не я один, и Паучков ломало так же, даже сильнее, с учётом того, что никак процессу своего «растворения» местным миром они противостоять не могли. Ладно, если полноценно пресечь этот процесс я не мог, то вот несколько купировать — вполне.

– Ох, как же крутит, – пожаловался Свин. – Почти так же больно, как при ударах очередного спятившего механизма этой сумасшедшей мыши.

– Ты это о ком? – поинтересовался детектив.

– Да есть у нас один грызун. Он гений, но идиот.

– Случайно не Тони Старк? – уточняю, ибо больно уж знакомое определение.

– Он самый, – вздохнул обладающий рылом супергерой.

– Хм-м, не, не знаю такого, – покачал головой Нуар-Паук, – хотя о некоем Говарде Старке слышал краем уха.

– Тони — это его сын, – пояснил свинтус.

– У Говарда есть сын? – удивился Паркер 1933 года.

– Ну, может, будет, – пожимаю плечами. – А вообще, хватит разговоров. Давайте-ка я вас подправлю, а то нам ещё в базах местного Питера ковыряться.

– В каком это смысле «подправишь»? – с подозрением покосилась в мою сторону японская школьница, явно напрягшаяся при осознании ситуации уровня «некий учёный, что что-то там хочет в ней подправить».