Страница 7 из 10
– Яна будет моей мамой! – победно воскликнул он.
Рыжий мальчик замолчал при виде взрослых. Остальные ребята стояли, раскрыв рты. Яна смущенно молчала, а внутри меня вскипели стыд и раздражение. Когда он закончит с этой пластинкой?!
– Матвей! – я взял сына за предплечье и отвел в сторону. – Ты ведь уже не маленький! Зачем рассказываешь друзьям небылицы? Яна – моя давняя знакомая, и она занимается с вами здесь. Зачем говорить, что она усыновит тебя, если никто это не обещал? У тебя есть родной отец, ты ни в чем не нуждаешься, этого достаточно!
Матвей не внял моей горячей речи.
– Не достаточно!
Сын рванул из моих рук и побежал к небольшому яблоневому садику, что рос на границе территории приюта. Я уже хотел вернуть его и даже собирался наказать за капризы, но меня остановила женская рука. Яна схватила мое запястье, правда тут же отдернула руку. На ее лице читалось возмущение.
– Вадим! – она заглянула в мои глаза. – Зачем ты так ругаешь его?
Я шумно выдохнул.
– Он уже взрослый и не должен нести чушь! Он будущий мужчина!
Девушка покачала головой.
– Матвей – маленький мальчик, которому просто не хватает мамы рядом. Он не сказал ничего дурного.
– Я отец.
Меня вдруг задело, что она отчитывает меня, как того самого мальчишку.
– Безусловно, – холодно согласилась Яна, – я найду Матвея.
Она быстро пошла в сторону зеленых насаждений, за которыми уже не было видно моего сына. А я стоял и шумно гонял воздух. Мальчики понемногу расходились, кидая на меня пугливые взгляды. Наверное, я и впрямь погорячился.
Я тряхнул головой, как пес, на которого вылили ведро воды, чтобы остудить. Нужно поговорить с сыном и идти ровнять стены местного спортивного зала. Едва вернувшись в город, я вызвался помогать приюту, где моя мама давала музыкальные уроки. Рабочие, нанятые по квоте, ничего не успевали, а учебный год уже начался.
Яну и Матвея я нашел на низкой скамейке под развесистым деревом. Девушка что-то тихонько говорила моему сыну, поглаживая его по голове. Тот кивал и всхлипывал. Меня они еще не увидели.
Яна еще что-то сказала, засмеялась и сгребла Матюху в охапку. Он тоже хихикнул, прижался к ее груди. И в этот самый момент я понял, нам действительно не всего хватает в жизни. У нас есть няня, горничная, деньги на хорошую еду, одежду и развлечения. Но нанятый персонал не приласкает детей с такой теплотой и добром. И не разделит со мной искреннюю заботу о семье.
Я осознал, насколько сильно я нуждаюсь в Яне не только для любви, близких отношений и нежности. Хотя потребность в этом была всепоглощающей. Она была нужна мне как женщина в глубоком, истинном предназначении. Как друг и соратник по жизни. Вот только большой вопрос, нужно ли все это самой Яне?
Папаша-одиночка с двумя детьми – это огромные сложности, а не предел мечтаний. Я закатал губу и поспешил к деревянной лавочке.
– Мир?
Мы с Матвеем по-мужски пожали руки, Яна улыбалась.
– Ты понял что-нибудь? – поинтересовался я у сына.
Тот нахохлился.
– Нельзя всем рассказывать, что у меня будет мама, – сообщил он.
Яна уже откровенно смеялась в ответ на мой раздраженный стон. Что ж, возможно оно стоило того.
– Нам пора на занятие, – произнесла девушка.
– Хорошо, а я пойду работать, – кивнул я.
Проводил их взглядом и пошел в другую сторону. В спортзал сейчас был открыт отдельный вход, там же в раздевалке рабочая одежда. Я шел, погруженный в недавние мысли, но вдруг меня отвлек посторонний звук. За воротами мелькнул темно-синий джип. Шикарная тачка в этой части городка смотрится как инородное пятно, странно. Но в принципе и я езжу не на корыте, да и не знаю здесь почти никого.
Глава 4
Яна
Вспыльчивость Вадика всегда меня нервировала, но сегодня он просто взбесил своим отношением к ребенку. Какого еще мужика он видит в семилетнем мальчике?
Смешно, но на долю секунды мне показалось, что мы реальная семья. Супруг накричал на сына, а я жалею и утешаю. А там, на лавочке в саду, внутри меня защекотало что-то… Другого определения, кроме «материнский инстинкт», у меня для этих чувств нет. Хотелось защитить Матвея от всего мира, развеять его детские горести.
Конечно, эти эмоции совсем лишние. Ребенок чужой, и вот-вот у него реально появится новая мама. Со стороны Вадик – завиднейший жених. Он по-мужски красив, обеспечен, имеет подвешенный язык. Да и в любви наверняка сейчас умел. Если уж меня раньше возносил на такие облака… Я сглотнула.
Думать о нем и его мальчике мне совсем не нужно, они не пропадут. Мне бы реально озадачиться поисками еще каких-то подработок, правильно Вадик намекнул, что я занимаюсь ерундой. Еще бы не бояться облажаться.
– Ну как вы съездили?
Мама пришла со двора и увидела, что я уже дома и валяюсь на диване в гостиной.
– Тебе передали большое спасибо, – опомнилась я. Овощи маменьки совсем вылетели из головы.
– Ну и славно, – обрадовалась Ева Марковна, – а вообще как дела? Ты какая-то печальная.
Мама всегда так тонко чувствовала мое настроение. Я решила признаться.
– Матвей снова завел разговор, что я должна быть его мамой, – нахмурилась я, – а Вадик его так строго отчитал.
Матушка вздохнула.
– Что ты хочешь? Он отец, мужчина. Но ему бы действительно хозяйку в дом привести! Каринка как обычно прячет голову в песок и не хочет вмешиваться! Но я при случае поговорю с ней. Пока мальчик здесь, можно найти ему кого-то из местных… У нас тут не белоручки, детьми не напугаешь.
От маминых планов меня почему-то бросило в жар. Хотя так будет лучше – мы с Вадиком станем реже пересекаться, у Матвейки появится долгожданная мама.
Сразу после ужина матушка повисла на телефоне, болтая с лучшей подругой, а я поднялась к себе. Слишком много сегодняшний день подарил эмоций и впечатлений, что я совсем забыла о проблемах вчерашних. Вернее, трудность была одна и не поленилась о себе напомнить. Телефон вновь разрывался от звонков Юры, моего бывшего мужа.
Звук я отключила, но совсем вырубить аппарат почему-то не могла. Смотрела и смотрела на попытки связаться со мной, потом не выдержала и ответила на вызов. Голос Туркина звучал спокойно и въедливо.
– Ян, не ерунди. Возвращайся домой.
Он говорит, словно мы вчера повздорили, я психанула и уехала к маме. Как будто и не было всех этих семи лет, когда мы медленно шли к разводу. По-другому наш брак я оценить не могу и прекрасно понимаю, выйти за Юрия было большой слабостью и ошибкой. Я перевела дух.
– Юр, оставь в покое себя и меня, – попросила я бывшего, – найди себе женщину, думаю, многие будут счастливы…
– Мне не нужен никто! – резко оборвал меня Туркин. – Ты и только ты моя жена!
Это уже смахивает на паранойю. А ведь от первой супруги он так легко ушел. Помню по рассказам отца, тогда Юрий еще работал в администрации нашей фабрики. Он исправно виделся с дочерями, с женой сохранил партнерские культурные отношения. Вот что не так во мне?!
– Юра, – тихо произнесла я, – мы развелись. Я уверена, что не хочу к тебе возвращаться. Пожалуйста, не трать свое и мое время.
Туркин плевал на мои аргументы.
– Это из-за ребенка, да?! – вскликнул он. – Как ты не понимаешь, сирота в доме создаст огромный головняк! Он не признает нашего авторитета, начнет воровать или что похуже. А потом подростковый период, вредные привычки, загулы.
Юрий мог не продолжать, я наизусть выучила эту речь. Хотя сейчас была благодарна ему за искренний отказ от усыновления. Как оказалось, надежда на детей и семью – единственное, что держало меня с этим человеком. А так быть не должно.
– Все в прошлом, Юра, – спустя паузу ответила я, – не соглашусь с тобой, но это не важно. Давай начинать новую жизнь, каждый сам по себе.
– Давай встретимся! – не успокаивался Юрий.
– Нет, – категорично ответила я и нажала на кнопку «отбой».