Страница 97 из 177
Каждый раз, когда я подбегала к нему, он только еще дальше отходил. Словно боялся притронуться ко мне. Что он говорит? Что заразит меня? Что он специально заразит меня своей болезнью, и я должна держаться от него подальше? Он сам-то хоть верит в то, что говорит?
Я устала бегать, поэтому залезла на стол, что стоял в центре комнаты, и одним большим прыжком набросилась на мальчишку. Ему нужен шок. Единственное, что пришло мне в голову, это чтобы я обхватила его за шею и укусила за белое ухо. Кусала я со всей силой. Ему должно быть больно.
Мальчик замер. Он буквально окаменел. Даже дышать стал через раз, но бешено бьющиеся сердце я отчетливо слышала.
— Теперь ты успокоился? — не разжимая зубов, спросила я.
— А… да… — бросил он, все еще пребывая в неком шоке.
— Тогда позволишь продолжить осмотр? — я медленно отстранилась, готовая в любую секунду вновь накинуться на него. Сколько же он мне тут всего переломал.
— Угу… — кивнул мальчик и вернулся на стул.
Больше осматривать его пятна мне не надо, поэтому я просто взяла у него пару капель крови из пальца. Мальчик даже не ойкнул. Молча наблюдал за всеми моими действиями. Наконец-то я закончила.
— Можешь одеваться и возвращаться в общую комнату, — бросила я ему. — Попроси дедушку налить тебе чай, а я пока посмотрю результаты.
Мальчик вновь ничего не сказал. Его ухо, что я укусила, покраснело и слегка вспухло. Должно быть больно, но он не жаловался. Надел рубашку, шапку и вышел из комнаты.
Прошло какое-то время. Я проверяла анализы вновь и вновь, но результат оставался тем же. Этому мальчику осталось жить меньше двух месяцев. Я же вылечить его не смогу. Во всяком случае, не до конца. Моих знаний больше не достаточно… если бы они только нашли меня хотя бы на полгода раньше!
Как бы то ни было, я скажу им все, как есть.
Мальчик и мужчина сидели за кухонным столом и пили чай. Мужчина, правда, так резко хлебнул горячего напитка, что тут же обжог себе весь рот и выплюнул весь чай обратно. Что за идиот? Дедушка все еще стоял у плиты и что-то весело напевал себе под нос. Он, пожалуй, единственный, у кого хорошее настроение.
Когда я вошла на кухню, все разом посмотрели на меня, ожидая вердикта. Я ничего не намерена скрывать, так что, сев за стол напротив гостей, начала:
— Скажу сразу — если ничего не предпринять, то ты умрешь через два месяца.
— Я это знаю, — спокойно ответил мальчик. — Мой отец был врачом, поэтому я видел свою карту и знаю, сколько мне осталось.
— Но ведь можно что-то сделать?! — воскликнул мужчина. — Вы единственный целитель, что не побоялся этих пятен. Прошу вас! Скажите, что хоть как-то поможете!
— Эх… — он стал ко мне обращаться на «вы». В его голосе так же отчетливо чувствовалось отчаяние. — Я не могу полностью исцелить его! — сразу сказала я. — Моих знаний не достаточно. Единственное, что я могу вам дать, это дополнительное время.
— Время?! — хором воскликнули гости, округлив глаза. У них появилась надежда, о которой они даже не мечтали.
— Если мальчик проведет под моим присмотром около трех месяцев, то я смогу продлить его жизнь и дать дополнительных два года. Согласны вы на это?
Мужчина нахмурился, обдумывая мои слова. Естественно он согласен, но вот сам мальчик тут же разозлился.
— Это лишь оттягивание неизбежного! — воскликнул он, соскакивая со стула. — Лучше уж сразу покончить совсем.
— Ло! — крикнул Росинант, явно напугавшись поведения мальчика.
— Дело твое, — устало сказала я, беря кружку чая, что мне подал дедушка. — Твоя жизнь, тебе и решать. Однако раз я не смогу до конца вылечить тебя, то это не значит, что никто не сможет. Всегда есть надежда. А еще есть фруктовики… — я до сих пор вечерами перелистываю тот самый красный блокнот с зарисованными туда дьявольскими фруктами, что подарил мне в свое время пират, которого я лечила.
— Ты знаешь о фруктовиках? — спросил Росинант, что снова перешел на «ты».
— Я их никогда не видела, — пожала я плечами. — Однако слышала, что они могут делать различные чудеса. Один фрукт я тоже ищу.
— Какой же? — тут же поинтересовался мужчина. Я задумалась. Говорить или нет? В конце концов, я им еще не доверяю. Мы только встретились, хотя с другой стороны ну скажу, и что?
— Я ищу «Безымянный фрукт».
— ПРОКЛЯТЫЙ ФРУКТ?! — заорал Росинант, от чего дедушка и Ло резко подпрыгнули на месте. Я все так же спокойно сидела за столом и медленно попивала свой горячий чай. — Да ты с ума сошла! Девочка, зачем тебе такое?! Он же убивает своих хозяев!
— Это вас не касается! — злобно бросила я, звонко поставив кружку на стол. После чего встала из-за стола и направилась к выходу. — Я сказала вам обо всем, что могу предложить. Согласитесь вы или нет, дело ваше. Однако надеюсь, что, когда вернусь, вас уже тут не будет.
После этих слов я взяла свою катану, надела черные солнцезащитные очки и убежала на улицу. Я часто так делала. Хватала меч и убегала.
Деревня, в которой мы жили с дедушкой, была спокойной. На нее, конечно, были небольшие набеги пиратов или разбойников, но все в пределах нормы. Однако это не значит, что моя жизнь там была спокойной. Морской дозор и мировое правительство неустанно продолжали подсылать ко мне своих смельчаков, желающих расквитаться с Лиловым Демоном, что в одиночку вырезал всю деревню.
Их было много. Слишком много. Практически каждый день кто-то нападал на меня, когда я гуляла за окраиной деревни. Но я и сама порой выискивала их. Мы с дедушкой жили небогато, а у дозорных всегда имелась при себе аптечка высшего качества. После сражения с ними я забирала все, что хоть как-то можно было использовать или продать.
Часто возвращалась домой вся израненная, на что дедушка спрашивал «Что случилось?», а я отвечала «Упала!». Естественно, он прекрасно знал, как я «упала». Знал, но молчал. Лишь в конце одобряюще улыбался и говорил, чтобы в следующий раз я была осторожней. А так же добавлял, что у меня все будет хорошо.
Стемнело. Сегодня на удивление никто на меня не нападал. Пора вернуться домой.
Я открыла калитку, зашла в дом, но, не успев сказать слова «Дедушка, я вернулась!», что обычно произношу после каждой прогулки, услышала разговор на кухне.
— Так вот зачем ей Безымянный фрукт, — задумчиво произнес Росинант. Он все еще здесь? Блин!
Однако они говорили обо мне? Я посмотрела на дедушку и все поняла, только взглянув в его глаза.
— Ты им все рассказал… — вздохнула я. — Зачем? Это их не касается!
— Но, внученька! — воскликнул старик, переживая из-за сложившей ситуации. — Они же теперь будут жить с нами и должны знать об обстоятельствах.
— Нет никаких обстоятельств! Я просто помогу мальчишке и все! — кричала я, злясь на дедушку. Он добрый человек, но порой просто поражает своей глупостью. Я не собираюсь заводить с ними дружбу. Ткнула пальцем в сторону гостей. — Значит так, Страшная Баба и Мальчик-Гриб, как и обещала, я сделаю все, что в моих силах, но после вы свалите отсюда, ясно?
— Меня зовут Ло! — крикнул мальчик, понимая, что грибом я его назвала из-за его пятнистой шапки, что точно была великовата ему.
— А меня Росинант! — так же крикнул мужчина. — И я не баба! Я мужик!
— Да плевать! — отмахнулась я от них, направляясь в свой медицинский кабинет. Нужно приготовить для Ло лекарства.
Однако гости были в ярости от моего поведения и что-то кричали мне в спину, так и намереваясь кинуть то ли кружку, то ли ложку. Дедушка их тут же попытался успокоить, извиняясь и объясняя все тем, что у меня просто трудный характер.
У меня-то и трудный характер? В моем кабинете висело зеркало, в которое я тут же заглянула. Что во мне такого трудного?
На меня из зеркала смотрела невысокая девочка семи-восьми лет. Черные волосы волнистыми локонами покрывали плечи. Нежное розовое платье с рисунками в виде белых мишек на юбке идеально на мне сидело. Дедушка давно заметил мою любовь к мишкам, поэтому всячески старался покупать вещи с рисунком именно этого зверя.