Страница 18 из 22
Мать покрутилась на месте, потом остановилась и вытянула вперёд пальцы, демонстрируя золотое колечко с крохотным бриллиантом.
— Могла бы хоть сделать вид, что рада за меня, — обиженно проговорила она, но тут же убрала руку и радостно известила. — Сейчас я тебя с ним познакомлю! Он такой замечательный! Уверена, что вы поладите! Только смени это кислое выражение на лице, ради бога.
— Мама, я ни с кем не хочу сейчас знакомиться, — испугалась Юля. — Я ещё даже не причёсывалась. Выгляжу как пугало. Я не одета!
Но мать уже не слушала. Она подскочила к двери и распахнула её. В палату тут же шагнул невысокий грузный мужчина. Видимо, всё это время он стоял за дверью и слушал их разговор. Юля села в кровати, машинально пригладила рукой волосы и натянула одеяло до подбородка.
Александр Николаевич ей сразу не понравился. В нём всё вызывало неприязнь: его широкая фигура, намечающееся брюшко, модное пальто, которое было ему явно мало и сильно обтягивало тело, круглое лицо с румяными обвисающими щеками, цепкий взгляд, которым он по-хозяйски осмотрел палату. И даже короткие кудряшки волос, возвышающиеся на макушке подобно шапочке, казались Юле ненатуральными. Его губы, видимо, не привыкшие улыбаться, изобразили странную ломаную линию, а затем он произнёс неожиданно приятным бархатным голосом:
— Очень рад, Юлия. Я твой будущий отчим. Можешь называть меня просто — Саша.
Он протянул девушке широкую ладонь с короткими пальцами, и Юле ничего не оставалось делать, как пожать её. Ладонь оказалась сухой, жёсткой и шершавой, словно деревянной.
— Моя фирма занимается ремонтом квартир и дизайном. Пока ты лежишь в больнице, мои мастера сделают из старого жилья настоящий дворец. Это будет мой новогодний подарок. Вернёшься из клиники в новые хоромы.
— Нет! — девушка едва не подскочила на кровати. — Не смейте ничего там трогать! Мама, как ты можешь?! Ты же ещё замужем! Отец вернётся, я уверенна.
— Он не вернётся, — отворачиваясь тихо ответила мать. — Мы созванивались и договорились о разводе. Из квартиры он обещал выписаться.
— Ты заранее всё спланировала! Я поняла! — закричала Юля, сжав кулаки. — Ты нарочно поругалась с отцом, чтобы он уехал!
Мать отшатнулась, словно получила пощёчину.
— Не говори ерунду! Он сам давно хотел сбежать, только повод не находил.
— Нет! — девушка швырнула подушку в её сторону. — я тебе не верю! Папа не поступил бы так!
Мать отступила к двери, загораживая своего ухажёра и заставляя его пятиться к выходу.
— Видимо, при аварии ты слишком сильно ударилась головой и не видишь очевидных фактов, — недовольно проговорила она на прощание. — Если не веришь мне, то позвони своему замечательному отцу и спроси обо всём у него… если он захочет с тобой говорить.
Дверь за матерью захлопнулась, а Юля продолжала сидеть на кровати, чувствуя, как слёзы струйками стекают по щекам. В душе плескалась злость и обида. Ей так нужна была поддержка родителей, но они её бросили, словно дочь никогда для них ничего не значила. Так не должно быть! Да, Юля стала уже взрослой, самостоятельной, но они — её семья! Надо держаться вместе, помогать друг другу. Её сбила машина, но отец даже не позвонил, а мать занята только своим ухажёром.
Несчастья кружили вокруг девушки, подбираясь всё ближе. Сначала неприятности на работе, потом смерть соседа и отъезд Марианны, затем — ссора родителей, расставание с отцом и предательство матери, а теперь и сама она попала в аварию. Всё это случилось меньше чем за две недели. Удар за ударом. Юля не успевала прийти в себя от одного потрясения, как её настигало новое. Что ещё должно случиться, чтобы добить её окончательно?
Сейчас у неё не осталось никого ближе Тимофея. Но он не бросит её. Он любит, как и она. Их связь не удастся разорвать никаким неприятностям. Она в этом уверенна. Юля внезапно перестала плакать. Всё внутри неё сжалось от неприятного предчувствия. Что-то ужасное должно произойти! Над ней явно довлеет какое-то проклятье. Так не может быть, чтобы столько несчастий разом посыпались на человека ни с того ни с сего. Если Тим разлюбит её и уйдёт… Она точно сойдёт с ума.
Юля потянулась к тумбочке и схватила телефон. Сегодня последний день уходящего года. Тимофей организует три выступления и новогодний корпоратив в ночном клубе, но он обещал, что обязательно придёт в больницу. Едва Юля набрала номер любимого, как он тут же ответил, сообщив, что уже торопится к ней и будет на месте через полчаса.
Девушка с облегчением вздохнула и стала торопливо приводить себя в порядок. Тим сейчас для неё самый близкий человек. И самый родной. Его любовь — это спасательный круг, который держит её на плаву. Без него жизнь просто потеряет всякий смысл. Она должна сберечь их чувства любой ценой.
Когда парень появился в палате, Юля кинулась ему на шею. Она неуклюже обнимала его загипсованной рукой и покрывала лицо поцелуями.
— Солнышко, я тоже очень соскучился, но дай мне хотя бы поставить пакеты и освободить руки, — смущённо улыбнулся он.
— Я так рада, что ты пришёл! — девушка вдруг почувствовала, что готова расплакаться. — Ты ведь правда любишь меня?
— Юлечка, ну что за вопрос? — Тим прижал её к себе и поцеловал в макушку. — Конечно, люблю! И очень жду, когда ты вернёшься домой. Я забежал к тебе ненадолго. Сама знаешь, какая у меня сегодня загруженность. Артём не справляется. Света Широкова должна была петь в клубе «Зилль», но простудилась. Придётся Ольге заменить её. Вместо живого выступления придётся использовать фонограмму. Заказчик очень недоволен. Ещё и фургон у нас сломался. Ребятам из стендапа придётся ехать в другой город на такси, тащить с собой всё необходимое оборудование и костюмы. Какие-то несчастья кругом. Меня просто на части рвут.
Словно в подтверждении его слов из кармана пиджака Тимофея раздался мелодичный сигнал мобильного. Тим поставил пакеты на кровать и достал трубку.
— Да, Светочка, я слушаю, — Прокричал он в телефон. — Не рыдай — тебе нельзя волноваться, а то совсем голос пропадёт. Я скоро приеду. Может какие-то лекарства купить?
Юля почувствовала, как внутри неё ворочается злость и раздражение. Неужели нельзя отложить все дела хотя бы на час?! Ей сейчас гораздо хуже, чем этой Светочке! Юле нестерпимо захотелось вырвать мобильник из рук Тимофея и швырнуть мерзкую трубку об стену, но она только сжала зубы, отвернулась и вцепилась в ручки пакетов.
— Как же я устал с ними! — пожаловался парень, отключая телефон. — Словно дети малые — ничего сами не могут.
— Ты сам их разбаловал! — раздражённо процедила Юля. — Должны же быть какие-то границы приличия! Они тебе даже по ночам названивают!
— Ну, солнышко, не злись. — Тим попытался обнять девушку сзади, но она передёрнула плечами. — ночью мне звонили всего два раза, и это были чрезвычайные обстоятельства. Хочешь, я завтра весь день проведу с тобой?
— У вас же заказан на вечер ресторан! Все ваши артисты соберутся!
— К чёрту ресторан! — Тимофей ухватил Юлю за талию и прижал к себе. — Я без тебя не хочу туда ехать.
Прикосновения его рук были, как всегда, нежными. Обычно его объятья действовали успокаивающе, но сегодня Юля ощущала только раздражение. Ей казалось, что Тим ведёт себя как-то наигранно. Хочет показаться слишком внимательным и уступчивым. Завтрашняя встреча с друзьями для него очень важна. Нужно будет обсудить прошедшие выступления и наметить дальнейшие планы. И вместо этого он собирается проторчать весь день в этой убогой палате?
Девушка повернулась к любимому и посмотрела в его глаза. Он не отвернулся, не отвёл взгляд, смотрел на неё с теплотой и обожанием. Почему-то это разозлило Юлю ещё больше. Он хорошо изучил её, знает, что она уступит, ждёт этого и даже не сомневается.
— Нет, дорогой, — Юля с трудом выдавила из себя улыбку. — Ты должен встретиться с артистами. Такие мероприятия делают коллектив более сплочённым. Ты руководитель, и твоя обязанность присутствовать там. А ко мне можешь прийти второго января. Я же никуда не денусь.