Страница 90 из 101
— Блин, чего же делать-то? — Я сильно озадачился, ведь реально рассчитывал на Илью. — Ладно… Используем в главной роли кого-нибудь… Вон, хотя бы Леню. А звучок и голос потом подложим…
— Ну вот, и договорились! — обрадовался Илья. — Погнали?
И мы погнали…
Это было здорово, весело и весьма поучительно. Кое-что в моих сценариях пришлось тут же переделывать и переписывать прямо на коленке. Мы купались, дурачились, рассекали на мотоциклах по морской глади, катали девчонок на банане и просто на гидроциклах, залезали на прибрежные скалы и ныряли с их отвесных уступов. Когда солнце перевалило за полдень, а мы все знатно проголодались, оказалось, что наши красавицы заранее озаботились решением этой проблемы. Горячий чай в термосах, бутерброды, выпечка, огурцы-помидоры — да у нас вышел самый настоящий пикник на пляже. Подкрепившись, мы продолжили съемки, которые продолжались до самого вечера. Коллекция запечатленных кадров пополнилась еще и офигительски красочным закатом.
Распихивали технику по местам стоянки уже в полнейшей темноте. Сторож на метеостанции, получив «в дар» очередной сорокоградусный презент, нас уже принимал едва ли не за своих лучших друзей-приятелей, и был готов распахивать двери гаража в любое удобное для нас время. Домой, а я уже считал съемное жилище родным домом, мы с Ленкой вернулись далеко за полночь и, приняв освежающий душ, завалились спать. Ни о каких сексуальных утехах в этот раз речи даже не шло — умотались за день на море, хоть ноги бери и отстегивай. Да еще и руки ныли, «натруженные» плаваньем и видеокамерой, которая поначалу казалось совсем не тяжелой, а уже к вечеру руки у меня ощутимо подрагивали. Благо материализованные «соседом» операторские приспособы здорово облегчили процесс. Иначе к утру я совсем бы рук не почувствовал. Камеру в этот день я никому так и не передавал.
Следующим утром Ленка «отпросилась» домой. Я особо и не спрашивал, зачем, видать накопились какие-то семейные дела. Я «по договору» с Зябликовым вновь «арендовал» автомобиль с двумя охранниками, опять целый день мотался по городу, подбирая фактурую натуру для клипа. Мы побывали на Шаморе, где я отснял забитый под самый жвак отдыхающими песчаный пляж. Оно и понятно, люди старались перед надвигающимися холодами урвать себе еще хотя бы кусочек солнечного лета. Объехали несколько видовых площадок — вид приморского города, залив, забитый торговыми и военными судами, с высоты птичьего полета смотрелся просто обалденно! Побывали в районе аэропорта, где отснял взлетающие самолеты… В общем материла для монтажа мне должно было хватить. Осталось только решить с озвучкой — и дело в шляпе! А вот как дальше продвигать свое творчество, я пока не задумывался: будет новое утро — будут новые песни.
Ближе к вечеру, когда я уже вернулся, позвонил Илья, сообщив, что сегодняшней ночью можно попытаться записать хотя бы один трек. Студия свободна. Не откладывая дело в долгий ящик, я тут же согласился — как говориться: раньше сядешь — раньше выйдешь! Эк, как меня после всей херни на тюремную лирику потянуло. Перезвонив Зябликову, я предупредил майора о намечающихся ночных посиделках.
— Хорошо, Сережа, — ответил Степан Филиппович, — только давай тебя мои хлопцы до места доставят.
— Да они и так меня целый день сегодня катали! Пусть отдохнут, Степан Филиппович — заработали!
— Ты не понял, — рассмеялся Зябликов, — Колыванов с Петровым пускай вялятся, а тебя мои патрульные в твою эту студию звукозаписи отвезут. Им все равно в наряде по городу мотаться. Совместят приятное с полезным.
— Понял, товарищ майор! — обрадовался я. Напрягать пацанов, что возились со мной уже вторые сутки, не хотелось… Хотя, если прикинуть, то вчера у них не работа была, а реальный такой оттяг — на море и с красотками. Да и где они еще на водных мотоциклах погонять смогли бы? Вот именно! И кто еще кому должен быть благодарен? Но отдых от службы они все равно заслужили.
Ленка, вернувшаяся от родителей, притащила мне шикарный ужин: завернутые в фольгу шикарные жаренные куриные ножки, в количестве двух штук и небольшую кастрюльку вареного картофана, приправленного укропчиком. Все это было аккуратно замотано в большое махровое полотенце и засунуто в примитивную авоську.
— Ух, ты! — Я алчно разглядывал один из окорочков, истекающий прозрачным жирком. — Откель тако богатство?
— Маме на работе в качестве погашения задолженности по зарплате выдали, — просветила меня Лена. — Сказали, что настоящие американские! — похвалилась она. — Ножки Буша. Давай, жуй, пока не остыло!
— Давай со мной! — Успев захлебнуться слюной, я схватил одну из ножек и впился в нее зубами. Гоняя по городу с пацанами из ментовки, мы как-то и не удосужились пожрать.
— А я уже успела дома перехватить, — отмахнулась Лена. — Только пить хочу! Запарилась — на улице духота жуткая!
Она налила себе чаю, а продолжал поглощать не виданный ранее «деликатес» — американские куриные ножки. Что сказать, умеют же чем-то буржуи своих кур откармливать, по сравнению с нашими, худыми и синюшными курями, эти ноги как будто не пернатым принадлежали, а ископаемым динозаврам! Да еще и жирные, падлы!
Часов в восемь вечера со двора дома послышался требовательный рев клаксона. Я выглянул в окно — так и есть, возле подъезда меня дожидался ментовской козлик. Зябликов прислал-таки за мной очередную «охрану».
— Красавица, собираемся! Карета прибыла! — сообщил я подружке. — Поедем на студию — будем записывать нашу песню.
— Ух, ты! — Радостно захлопала в ладоши Лена. — На настоящую студию?
— Ну, это мы сейчас и посмотрим, — скептически произнес я, — какая она настоящая. Но Илья на ней уже записывался… Но лучше в городе мы просто не найдем.
Наскоро собравшись (а чего, лето на дворе, и собраться — только подпоясаться!), мы выскочили во двор и забрались в ожидавший нас патрульный автомобиль.
— Куда катим? — поинтересовался водила.