Страница 6 из 13
– Ок, какие-то балансы сохраним, – согласился Брайан, – по просьбе представителя Средиземного озера. Но главенство права центрального руководства оставим незыблемым. Всё, у нас нет другого шанса на выживание. Демократия и ценности хороши на сытый желудок и в мирной обстановке, но даже в республиканском древнем Риме в период войн вся власть передавалась в одни руки – руки диктатора, которого назначали консулы для решения возникшей проблемы. То есть если древние римляне понимали всю важность жёсткого сосредоточения власти и беспрекословного ей подчинения, то о чём мы здесь сейчас толкуем? Со дня на день ожидая нападения?
– Ладно, Брайан, уже всем всё понятно. Давай заканчивать с обучением правилам существования нашего «общежития» в условиях враждебного окружения и с лекцией о сложной «международной обстановки» в Аламании, – пробился голос у Рихарда. – Теряем время…
– Но пардон, – вновь решил не дать угаснуть теме барон Де Бриз, – всё это правильно, но правильно в условиях войны. А в мирное время? Зачем нам нужна такая диктатура власти в мирное время?
– В какое мирное время? Где вы видите мирное время? – сквозь зубы процедил Шмидт. – Мы ещё ничего не решили, как будем защищать наш город от нашествия. Более того, мы даже не представляем – а можно ли это сделать? Может уже завтра все начнут бежать куда глаза глядят? Барон, да оставьте вы в покое ваши права человека, не до этого сейчас. Наша неотложная задача – создать структуру, которая смогла бы мобилизовать все силы и организовать их на решение самой неотложно задачи – защиты землян! И даже если эта задача будет решена, и мы отстоим наш город, вопрос безопасности никуда не денется. Сколько можно быть в постоянном в страхе за свою жизнь? Мы ведь как крысы перебиваемся здесь и боимся выйти наружу, так как там, снаружи, обитают «страшные крестьяне» и прочие местные гуманоиды, которые «отлавливают и уничтожают» всех людей, которые им повстречаются. Это что, не состояние войны? Это не есть угроза жизни граждан нашего общества? Что, так и дальше будем существовать, забившись в эту нору под опекой рыбаков?
– Эка ты хватанул… – произнёс Равшан, – на годы вперёд «программу партии» обозначил. Мы тут что, не просто нападение бойрдов должны отбить, а из всей Аламании колониальную империю создать? Типа как испанцы в Латинской Америке.
– Нет, не колониальную империю, а новые США – Соединённые Штаты Аламании.
– Друзья, всё это очень интересно, – включился в разговор Душан, – но Брайан, ты же сам сказал, что первоочередная задача – решить вопрос по отражению нападения бойрдов. Предлагаю вернуться к нашей основной теме, вернее, к первому её вопросу – созданию централизованного органа управления городом. Ну и далее по повестке. А вот если выживем и всё будет нормально, то тогда и будем обсуждать наше дальнейшее общественное устройство. И не только общественное.
И тут уже встал Юудей из Японского квартала:
– Давайте голосовать. Тема создания централизованного правительства Земля-сити не новая, мы её уже обсуждали и у каждого, как я думаю, есть своя точка зрения. А какие там будут полномочия – потом разберёмся. Душан и Шмидт правы – сейчас главное: выработать комплекс мер по защите города от бойрдов. Отобьёмся – значит будем жить и решать мирные вопросы, не отобьёмся – некому и нечего будет решать.
– Хорошо, я тоже поддерживаю предложение Юудея, – наконец-то согласился барон Де Бриз, – но с оговоркой, что после отражения нападения мы вернёмся к вопросу организации работы центрального руководства.
– Согласен с бароном, – подключился Рихард. – Тема взаимоотношений территорий и правительства требует доработки и более глубокого понимания их полномочий. А сейчас давайте голосовать.
«Так… – подумал я про себя, – похоже, ось Париж-Берлин формируется и здесь. Да и Рим там же. Ну всё как на Земле. А учитывая, что немцы уже хорошо снюхались с американцами, то здесь формируется некоторый форпост западного мира. Новое НАТО? А вот русских почти совсем нет… Впрочем, как говорится: нас мало, но мы в тельняшках!».
– Уважаемые участники совещания! – встал один из соведущих Шмидт, – поступило предложение о голосовании по первому вопросу – формирование Совета управляющих. Предлагаю назвать наше центральное правительство именно так. Если нет других предложений, конечно. Но, прежде чем мы начнём, хочу сказать о важном пункте Устава, который вы обязаны знать. Если сейчас на этом совещании у каждого национального формирования один голос, то в дальнейшем, в Совете управляющих территории будут иметь разное количество голосов, в зависимости от их веса, значимости и роли в жизни Земля-сити. Думаю, что это будет справедливо.
– Так, щось я не зрозумів, про які ваги йдеться2, – снова от волнения на мову перешёл Ярко. Правда, тут же поправился и повторил всё сказанное на понятном для всех языке. – А як же демократия, за которую столько хлопчиков жизнь положили? Всем поровну! – уже фальцетом в конце своей речи рявкнул Лютый.
– Ярко, если тебе что-то не нравится – голосуй против, у нас всё решается демократическим путём, – вмешался Равшан, – твоё право действовать так – как посчитаешь нужным. Вот и всё.
– Подождите с этим малЭньким, – встал уже Ромарио, – и поясните, что там с голосами. То есть сколько у какой территории их будет?
– Предлагается следующий вариант, – продолжил Шмидт, после того как все успокоились и притихли, – у Американской оккупационной зоны, как самой большой – четыре голоса, у Чайна-таун и Немецкой слободы – по три голоса. Также три голоса предлагается Вороньей слободке. Она хоть и не такая большая, но её роль во всей нашей работе очень высока. Я бы даже сказал, что многие вопросы мы решаем благодаря именно этой территории. Далее, по два голоса у Балканского треугольника, Японского квартала, Средиземного озера и Бандустана. Один голос будут иметь Тризуб, Латиносы и Черти. У Чёрной дыры, как отсутствующей на данном собрании пока ничего не будет. Также добавлю, почему все три «диких» территории не могут иметь более одного голоса – так как ничего о них не знаем. Когда оформятся как положено, и мы получим дополнительную информацию, тогда и сможем вернуться к данному вопросу. В случае необходимости. А пока – то, что есть. Что касается Тризуба – то ему надо подрасти в несколько раз до уровня «взрослых территорий», прежде чем претендовать на большее. Вопросы?
Ярко несколько раз попытался встать и что-то сказать, но Ромарио положил свою огромную лапищу на миниатюрного украинца, и не давал тому возможность высказаться. Но тут опять решил задать свой вопрос барон Де Бриз:
– А кто определял то количество голосов, которое вы нам предложили?
– Инициаторы этого саммита. – ответил Шмидт. – Не я лично, если это имеете в виду. Может у вас есть другие предложения? Вы хотите кому-то увеличить или уменьшить количество голосов?
– Нет, не хочу, – ответил барон, – просто сейчас сложно что-то калькулировать и делать расчёты. Тем более что мы ещё ни разу этим не пользовались и нет никакого опыта голосования таким образом. Но в связи с этим у меня есть другой вопрос – возможно ли в дальнейшем вносить изменения в этот расклад? Я имею в виду количество голосов за каждой территорией?
– А кто сказал, что нельзя? – вопросом на вопрос ответил американец. – Совет Управляющих будет высшей инстанцией, способной принимать любые решения в рамках своей компетенции.
– А кто будет определять эти «рамки компетенций»? – осторожно поинтересовался молчаливый Хинди.
– Совет Управляющих и будет. То есть коллективно. Но исключительно в пределах общегородских вопросов. Подменять территории никто не будет.
– Що значить коллективно, – Ярко всё же вырвался из-под опеки Ромарио, – да американцы, немцы, узкоглазые и москали, имея в сумме тринадцать голосов из максимально возможных двадцати четырёх, могут собраться своим тесным кагалом и порешать келейно вопросы за всю Земля-сити. А мы с «дикими» – тоже четыре территории, имеем на круг только четыре голоса! Где же демократия за которую хлопцы свою кровь на фронтах проливали?! Надо как в Евросоюзе – все решения должны быть приняты единогласно! Так, барон, что молчишь? Даёшь всем поровну!
2
Так, щось я не зрозумів, про які ваги йдеться – так, я не понял, про какие веса идет речь? (пер. с украинского)