Страница 50 из 52
— Чёрт, — тихо пробормотал Нейл и резко обернулся, встретившись с Лией взглядом.
Она медленно пятилась назад, сжимая в ладонях ткань свитера и сильно прихрамывая на больную ногу. В голове не укладывалось, как же такое возможно, чтобы всегда нежный и заботливый с ней парень был настолько жесток внутри? Он не просто поднял руку на девушку, а безжалостно избивал собственную сестру.
Круто развернувшись на сто восемьдесят градусов, Лиа побежала вдоль берега озера. Уставшая и изнеможённая, но уверенная в том, что больше ни на минуту не останется в компании Юны и Нейла. И нога уже не так сильно скулила, разрывающееся на части сердце затмевало любую физическую боль. Она только смогла обрести долгожданных друзей, и даже возлюбленного, но за одну ночь лишилась всего: хороший парень был мёртв, а оставшиеся двое — она их попросту не знала. Ей даже и шанса не дали узнать. То, как они вели себя с ней, и то, кем являлись на самом деле — совершенно разные люди.
— Лиа, постой! — Нейл с лёгкостью её догнал. — Остановись, пожалуйста. Твоей ноге нужен полный покой. Не травмируй её сильнее.
Он попытался взять её за руку, но Лиа отшатнулась и испуганно выкрикнула:
— Не трогай меня!
— Не надо так, пожалуйста. Я знаю, что сейчас моё поведение… могло напугать. Но смерть Гери – нас всех шокировала, и ты чуть не пострадала, — Нейл запнулся, кинув на неё виноватый взгляд, — я ведь мог не успеть.
Лиа стала медленно пятиться назад, пока не шлёпнула пяткой кроссовка по воде. И тогда развернулась, пройдя вдоль берега.
Как? Как она могла теперь верить хоть одному его слову? В голове до сих пор не укладывались увиденные картины. Реальность настолько извратилась, словно она смотрела через кривое зеркало: хорошее стало плохим, а плохое — хорошим.
— Я ни к кому не чувствовал того, что испытываю к тебе, — глаза Нейла стояли на мокром месте. И он продолжал цепляться за надежду всё починить в их отношениях, исправить несколькими сладкими словами. — Пожалуйста, дай мне возможность объясниться…
— Ты теперь тоже убийца, Нейл, — её голос предательски дрогнул, и Лиа тяжело сглотнула, пытаясь не дать сдавливающему грудь комку подняться. — Его же можно было просто вырубить и связать. Незачем было убивать.
По его гладко выбритым щекам стали скатываться скупые слёзы.
— В тот момент я не подумал об этом. Я не знаю, что на меня нашло… слишком испугался за тебя. Всё в голове перепуталось. Эмоции захлестнули с такой силой, что мозг будто затмило. Вообще ни черта не соображал.
— Врёшь… Ты даже на секунду не замер после того, как его убил. Словно для тебя убить здорового и молодого человека… что-то настолько незначительное… — Лиа видела лишь размытый силуэт его фигуры, но она не собиралась плакать — больше не могла себе позволить такой роскоши. Подняла руки к лицу, и грубо протёрла глаза. — Почему… почему ты врёшь?
— Лиа, давай забудем про всё, что произошло в санатории, — Нейл снова сделал шаг к ней навстречу, наблюдая её синхронный шаг от него. Попытался улыбнуться, но выражение лица скорее напоминало гримасу полную боли и страданий. — Нам же было хорошо… Всё, что мне надо — это ты. Больше ничего не имеет значения.
— Ты психопат? — вполголоса спросила Лиа.
В голове сложились все кусочки пазла: его странные отношения с сестрой, матерью и с другими людьми; огромное количество сплетен и затравленных взглядов исподтишка. А главное, то огромное количество холодной жестокости, лишённой всяких сантиментов, что давно жила в его душе, оттого так искусно маскировалась. И лишь иногда Лиа могла заметить проблески кровожадности, в моменты, когда слетали все ограничители в порыве всепоглощающей ярости. Но почему-то упорно продолжала закрывать на это глаза.
Она как неправильный мотылёк тянулась к тьме, в то время как Нейл и был той самой тьмой – чёрной и беспроглядной, точно его глаза. И ей стало грустно, ведь кто бы мог подумать, что в глазах и правда можно увидеть душу человека.
— Нет! Я не психопат! Я не родился таким?! Понимаешь? Меня сделали монстром!.. Но я чувствую… моё сердце разрывается… — его крики так же резко сошли на нет, как и вспыхнули, и Нейл, глотая слёзы, снова заговорил слабым, надломленным голосом: — ты – лучик света в том царстве мрака, в котором я живу с раннего детства… Ты мне нужна как воздух. Сделаю всё, что ты скажешь: изменюсь, перевоспитываюсь. Я готов на всё. Только не бросай меня…
— Не подходи ко мне! — воскликнула Лиа, уставившись на его протянутую руку, когда он предпринял очередную попытку приблизиться и коснуться её.
— Но я люблю тебя!!! — Нейл закричал во всю грудь с таким отчаяньем, от которого люди задыхались в мгновения самой глубокой скорби.
Она верила ему. Знала, что сейчас он по-настоящему искренен. Но принять его нового и примириться с теми вещами, что он делал и, скорее всего, будет делать дальше – Лиа не могла. Для неё это было одно сплошное «слишком». Слишком аморально. Слишком жестоко. Слишком больно.
Встретившись с ним глазами, она едва различимо мотнула головой и прошептала:
— Я не хочу тебя видеть.
***
Светало. Из-за стволов деревьев пробивались первые золотисто-оранжевые лучи. Одни животные пробуждались под звонкую трель птиц, другие забивались в норы до следующей ночи. Лиа брела бездумно вперёд, особо не вглядываясь в однообразную лесную чащу, не имея ни малейшего понятия: шла ли она к дороге или только сильнее углублялась в бесконечную рощу. Может даже посчастливится выйти на стаю волков, что непременно постараются её задрать. Тогда она смогла бы прекратить свои бессмысленные скитания.
Он не последовал за ней. Кто бы на его месте поступил иначе?.. Это и к лучшему.
Присев на ствол свалившегося дерева, Лиа вытянула ноги, стараясь ничего не касаться повреждённой щиколоткой. И, оглядевшись вокруг, увидела на вид крепкую ветку с неглубоким разветвлением на одном конце. Её вполне можно было использовать как костыль. Не самый удобный, но хотя бы больше не придётся скакать, как цирковому уродцу.
Подобрав ветку, она попробовала на неё опереться, поднимаясь снова на ноги. Деревяшка выдержала, даже жалобно не потрещала ради приличия. Поэтому, смело засунув рогаточную часть под мышку, Лиа медленно заковыляла в обход валяющегося дерева. Какая разница куда идти — всё равно ведь дороги не знала.
Вдалеке показался просвет и какая-то чёрная конструкция. По мере приближения к ним, сердце в груди застучало быстрее. Каким-то совершенно чудесным образом Лиа смогла выйти к дороге и, мало того, к тому обрубленному хвосту, что заканчивался воротами санатория.
«Теперь хоть знаю, куда идти», — обречённо подумала она, прикидывая, за сколько сможет одолеть километров тридцать в таком-то состоянии.
Однако идти далеко не пришлось. Минут пятнадцать от силы она шагала по асфальту, глядя себе под ноги, пока не услышала шелест колёс. По дороге неслась машина. Знакомая тачка, что арендовал её отец.
Резко затормозив всего в паре метров от Лии, родители выскочили из пикапа, оставив двери нараспашку открытыми.
— Лиа, боже мой! — Кейла неслась к ней в домашних тапочках, совсем ненакрашенная и с заколотыми в высокий пучок нерасчёсанными волосами. — Что?! Что случилось?!
— Мам, ну и видок, — она попыталась отшутиться, но вышло совсем уж вяло. А затем ощутила такую безумную усталость, что готова была упасть прямо в ноги родителям. Как же ей, оказывается, не хватало мамы и папы. Слезы сами хлынули из глаз, когда Кейла заточила её в крепкие объятия, дарующие долгожданное чувство безопасности. — Мамочка…
— Ну-ну, не плачь, солнышко, всё уже позади, — щебетала она на ухо, породному поглаживая по спине, но при этом её голос тоже дрожал: — мама тебе никому не даст в обиду.
— Я тоже, — ласково улыбнулся папа, нежно смахивая слёзы с лица Лии. Он выглядел ненамного лучше мамы: поверх пижамы натянул только домашний свитер, а лохматые длинные волосы и вовсе не тронул, позволив им торчать в разные стороны в первозданном после сна виде. — А теперь, девочки, садитесь в машину.