Страница 16 из 19
После этих слов брови Мэнсона удивлённо выгнулись, рука с кофе на мгновение замерла, прежде чем продолжить путь к губам.
О, вот теперь она действительно сказала слишком много.
– Что? – нахмурилась Хейли. – Да у меня нет турагентства, но это не значит, что я чем-то хуже вас.
– Я ничего не сказал, – спокойно возразил мужчина.
– Вам и не надо. У вас очень выразительные брови.
Конечно, он ничего не сказал. Слишком хорошо воспитан. Но по сравнению с ним, она вдруг ощутила себя пустым местом.
– Хейли, – резко одёрнул её он. – Очевидно, что мы не в восторге друг от друга, и, тем не менее, не нужно приписывать мне мысли, которых нет.
Он замолчал. Как будто что-то не договорил. Отставил кофе на стол и задумчиво покрутил стаканчик ухоженными пальцами. Сегодня у Хейли неплохо получалось затыкать Мэнсону рот, но, когда это происходило, радости она не чувствовала. Возможно всё дело в его реакции. Умолкая, он делался каким-то… потерянным.
– Когда мне было двадцать пять, я продавал туры в Азию и занимался открытием виз, – прозвучало в создавшемся молчании. – Так что речь не о том, кто ты сейчас, а о том, кем ты хочешь быть. Ты никогда не думала заняться чем-то еще. Канцтовары? Серьёзно? Это всё?
Хейли с размаха откинулась на пластиковую спинку стула. Совершенно не смущаясь, закатила глаза.
– Думала, – огрызнулась она. – Но это не ваше дело, правда?
Значит, он решил продолжать отстаивать свою авторитарную позицию? Не представляя, сколько лет она отдала музыке, прежде чем сдаться и начать поиски чего-то более нужного в современном мире?
– Действительно, – пробормотал Мэнсон. – Не моё.
Он вдруг встал со стула, развернулся и направился к стойке-бару. Хейли недоуменно проследила за его действиями. Мужчина подошёл к ровной стопке пластиковых крышек для стаканов, без спроса снял две и пошагал назад. Остановился возле стола, нависнув над Хейли тяжелой тенью. Одна крышечка упала на столешницу.
– Закрой стакан и поехали, – скомандовал Мэнсон.
– Но я еще не всё купила!
Возмущение ради возмущения. Но он не повёлся.
– Купила, – он взял свой кофе и спрятал его под крышку. – Мы уезжаем.
Глава 5
Стук в дверь разорвал тишину дома в Ноттинг Хилл.
Майрон никого не ждал. Ужин ему уже доставили двадцать минут назад из ресторана на соседней улице, поэтому стук стал неожиданностью. Рон оторвал взгляд от экрана ноутбука и обернулся на звук. Лежащий в ногах кот сделал то же самое. Он вообще нервно реагировал на посторонние раздражители. Возможно, сказывалась прошлая уличная жизнь.
Стук прекратился на несколько секунд. Человек за дверью явно прислушивался, появились ли шаги, но так как Майрон продолжал лежать на диване, не дождался. И тогда тишину снова разбили три удара.
– Я бы сказал, что это Дженна, но вряд ли, – пробормотал Рон
Дженна – приходящая горничная, и её никак не могло здесь быть вечером воскресенья. Майрон разомкнул скрещенные в голенях ноги и опустил их на пол. Последний час или два он ковырялся в файлах, которые прислала Амрита, именно таков был план на вечер, его не нарушила даже взбалмошная Хейли Темпл с каким-нибудь очередным дурацким запросом.
А вот стук нарушил.
И он снова повторился.
Рон поднялся с дивана и пошёл к двери. Кот настороженно посмотрел ему вслед.
– Не делай такие глаза, – на ходу обернулся Майрон. – Это точно не к тебе.
Кот молча прижал уши к голове, соскочил на пол и сорвался куда-то вглубь дома. Нервный. Хотя, учитывая, что в первые дни в этом доме он разодрал предыдущий диван, сейчас кот еще неплохо держится.
Рон щелкнул замком и открыл дверь.
– Приве-ет! – жизнерадостный возглас пронёсся по всему первому этажу.
Он замер, удерживая ладонь на дверной ручке. Брови непроизвольно вздёрнулись на лоб.
Генри Грин. Тот самый приятель, который недавно женился на тупенькой девочке-студентке. Сейчас он стоял на крыльце с поднятой вверх коробкой пива. Как его сюда занесло?
– Привет, – ошарашено ответил Рон.
От двери отойти он забыл.
– Впустишь? – пивная коробка дёрнулась, бутылки звонко столкнулись внутри.
Майрон рассеянно проследил за этим движением
– Что?
– Меня впустишь? – повторил Генри. – Прости, но мне нужно было куда-то пойти, – будто прочитав его мысли, сообщил приятель и бесцеремонно ступил вперед.
Вот теперь Майрону пришлось шагнуть назад. Дверь отъехала, Генри оказался внутри. Какого хрена происходит? Если не считать той свадьбы, они не общались месяцами, если не сказать годами. Он что, ошибся адресом?
Рон, наконец, отмер. Закрыл входную дверь и крутанулся на пятках.
Приятель свободно прошёл по прихожей, спаянной с гостиной, столовой и кухней. Остановился посреди первого этажа, расставил руки в стороны и с размаха хлопнул себя по бёдрам. Коробка с пивом при этом опасно звякнула.
– Ты разве не должен быть в свадебном путешествии?
Приятель страдальчески поморщился.
– Слава богу, больше нет, – он откинулся назад и благодарно посмотрел в потолок. – Мы не могли уехать надолго, и это просто счастье! – демонстративно поднял вверх коробку. – Я принёс пиво!
И снова звон бутылок раздался в полупустом пространстве. Красноречиво.
– Я заметил, – констатировал Майрон.
Он сделал несколько шагов и снова оказался в зоне гостиной. Подошёл к дивану, захлопнул крышку ноутбука. Мозг отказывался понимать, что вообще происходит.
– Какими судьбами? – не оборачиваясь, спросил Рон.
Согнулся, загнал ноутбук под диван. За спиной прозвучали шаги.
– Она меня достала, – Генри шумно рухнул на сиденье дивана. – Я сказал, что договорился с тобой о встрече, и сбежал.
Приятель оказался слишком близко к Майрону, запах алкогольных паров неприятно стукнул в нос. Ну, это, по крайней мере, кое-что объясняет.
– Ты уже начал пить?
– Я чу-у-уть-чуть, – Генри сложил пальцы, показывая расстояние в полдюйма. – Ты бы тоже начал на моём месте.
Всё интереснее и интереснее. Рон нашёл в подушках пульт от телевизора, нажал на кнопку. Экран на стене включился. Приятель резким движением разорвал коробку, бутылки чуть не высыпались на пол. Он вовремя поймал их и любовно прижал к груди.
– Боже… – тихо вздохнул Майрон.
Он отошёл от дивана и направился в кухонную зону. Спрятанная в холодильник пицца, видимо, не доживёт до завтрака.
– Что у тебя случилось, Генри?
– Я женился! – отозвался приятель. – Никогда не женись на женщине, младше себя на четырнадцать лет, Ронни!
Майрон замер возле холодильника.
– Я схожу с ума, – Генри обернулся на диване, забросил локоть на низкую спинку и нашёл Рона взглядом.
Ему пришлось начать двигаться.
Он всё-таки открыл холодильник, вытащил оттуда плоскую коробку и двинулся к ящику с приборами. Мечты о том, что можно будет снова сесть за работу, рассеялись в прах. Вряд ли незваного гостя получится вытолкнуть с дивана в ближайшие десять минут.
– Она неугомонная! – продолжил Генри. – Я за ней не успеваю! За весь медовый месяц она не присела ни на минуту! «Гарри, Гарри!» – приятель заговорил фальшиво-писклявым голосом, – «Ты только посмотри какой клуб! Я хочу туда сходить! Ну пожалуйста! И в этот бар, да Гарри? А файер-шоу на пляже? Мы же пойдём? И ты обещал мне шо-о-оппинг!».
Слушая эту речь, Майрон достал открывалку для бутылок, схватил рулон бумажных полотенец, пиццу, и двинулся к дивану.
– Я мечтал просто полежать, – не успокаивался Генри, наблюдая за движением открывалки к дивану. – Я так устроен! Вечером я хочу лежать и смотреть футбол, а не файер-шоу на пляже! А днём, когда я хотел лежать на пляже, она тянула меня на какие-то аутентичные базары! Базары, Ронни!
Майрон молча приземлился на сиденье дивана, протянул приятелю открывалку, а сам откинул крышку с коробки пиццы.
Почему Генри выбрал именно его в качестве жилетки для слёз? Он понятия не имел. Возможно, сказалась память о детской дружбе, когда Генри был единственным ребенком, не плюющим Рону в спину, и таким образом сейчас приятель пришёл забрать должок. Однако желание обронить «я так и знал» появилось у Майрона непреодолимое. Он сильнее сжал челюсть. Чтобы промолчать.