Страница 8 из 12
Домой я планировал полететь на месяц. Как раз сдали зимнюю сессию, и время позволяло потусить. Тем более Мираз с Алёной тоже должен быть дома.
В аэропорту нас никто не встретил. Ну это и неудивительно. Отец как всегда занят, а мама готовится. Ведь надо всему свету сообщить, что я приехал и между делом умаслить отцовских партнёров приёмом. Как я терпеть не могу всю эту показуху. Спокойно дома бы посидели, просто поговорили, так нет же. Я уверен, что за месяц не удастся организовать семейный вечер.
Доехав до дома, я оказался прав.
– Дети, приветствую вас. Быстро к себе в комнату, приводить себя в порядок. Вечером гости. На этот раз будем отмечать дома, – встретила нас мама.
– Здравствуй, мама. Познакомься сначала, – насупился я.
– Так в скайпе же знакомились, – удивилась родительница.
– Богдан, мама права. Покажи, куда идти. Надо одежду подобрать достойную и с дороги отдохнуть, – поддержала маму моя «невеста».
Чувствую, что споются они, думают в одном направлении.
– Богдан, твоя мама очень красивая, – сделала выводы Злата.
– Не пойму, чему ты удивляешься? Я на неё похож! – мой голос был полон сарказма, который не понимали люди, живущие за рубежом.
– Она гораздо красивее тебя, – услышал я ответ и, закатив глаза, пошёл в душ.
– Злата, это была шутка, – перед тем как закрыть за собой дверь пояснил я.
Зачем я её сюда притащил? Ну жил бы с ней, не афишируя. Чувство юмора у неё заводом-изготовителем не предусмотрено.
Когда я вышел из душа, моей девушки в комнате не было. Я выглянул и услышал, что они с мамой обсуждают меню. Успокоившись, я прилёг и уснул. Разбудила меня Злата сверкающая как новогодняя ёлка, уже при полном параде.
– Вечернее платье зачем? – прищурившись, спросил я.
– Вставай. Костюм я твой проветрила, пока ты спал.
– Я в джинсах пойду.
– Я с тобой, если не оденешь костюм, не пойду.
Я удивлённо поднял глаза. Ультиматумы пошли? Молча поднявшись, я надел джинсы, футболку, кроссовки и отправился к бабуле. Там меня точно наряжать не будут. Злата вслед что-то кричала, типа соберётся и уедет, а я, показав ей не затейливую комбинацию из трёх пальцев, продолжал свою дорогу. Не прошёл и ста метров, как зазвонил телефон. А ну да, она так кричала, что даже глухой услышал, не то что мама.
– Да, мам, – я поднял трубку.
– Ты почему Злату бросил, да ещё и в таком состоянии?
– Мам, не лезь.
– Во сколько будешь дома?
– На ужин не ждите.
– Ты всех нас ставишь в неловкое положение.
– Вы сами себя ставите в неловкое положение. Я домой ехал, а не на арену цирка. Если Златка не хочет показываться в обществе без меня, пусть переодевается, спускается вниз и когда будет готова, я такси за ней пришлю,– я старался быть спокойным.
– Богдан! Я так тебя не воспитывала! – у мамы голос был строг.
– Ты сейчас желаешь поговорить о моём воспитании? Мам, не заводи тему разговора, в которой можешь потерпеть фиаско.
– Понятно. Злата останется дома на приёме, а ты подумай, как она будет выглядеть одна!
Последовали гудки. Почему я должен думать, как кто-то будет выглядеть перед совсем незнакомыми людьми? Пусть это с моей стороны и некрасиво, но я не буду делать то, что они хотят, тем более что Злата со мной говорила в приказном тоне и пыталась ставить ультиматумы. Вот пусть и расхлёбывает сама.
– Бабуль, я приехал, – обозначил я своё появление в квартире.
– Внучек! Проходи родной! Что же ты мне не сообщил, что приезжаешь?! Я бы твой любимый пирог испекла! – бабуля обнимала меня, не переставая.
Вот тут я дома. Именно так, по моему мнению, должны встречать родного человека.
– Сюрприз. Только я в магазин не зашёл, к тебе торопился.
– Ерунда. Родители знают, что ты у меня?
– Нет. Просто не спросили, я и не говорил.
– Темнишь. Что поругался?
– Не то, чтобы поругался. Маман опять приём устраивает. Тема приёма не известна, но скорее всего показуха по поводу их замечательного сына, то бишь меня.
– И ты ушёл? Богданка, это здорово, что родители гордятся тобой.
– А ты?
– Я тоже горжусь!
– И где камеры, непонятные для чего и незнакомые нам люди? Где еда, которой полгорода накормить можно?
– Если надо, то организуем, – засмеялась бабуля.
– В том-то и дело, что не надо. Мне даже здравствуй не сказали.
– Тааак! Внук, ты же понимаешь, что положение в обществе требует соответственного поведения?! – бабуля сделала строгое выражение лица.
– Понимаю. Нельзя так ломать человека, который только с самолёта. Я почти два года не был дома, а меня встретили с нотациями о том, что я должен готовиться к приёму, вместо «привет, сын».
– Я надеюсь, что ты больше нигде не жаловался на родителей? – бабуля так прикольно подняла бровь.
– Опа! У тебя новая фишка?!
– Нравится? – она поиграла бровями, и мы вместе посмеялись.
– Ба, а пошли на приём вместе?
– Богдашка, это моветон являться туда, куда не звали. А ты обязательно должен пойти.
– Знаю. Но так не хочется.
– Невесту свою- то привёз?
– Привёз. Ба, я погорячился её невестой своей называть. Разные мы, совсем разные.
– Разные это не оправдание. Любишь ты её или нет?
– Нет.
– Так что же ты засранец с огнём-то играешь? Отлупить бы тебя по заднице!
– Ба, та я же не женился!
– Сядь! У всех есть недостатки, и перед тем как жениться, надо чётко понимать: сможешь ли ты терпеть недостатки своей половины, не раздражают ли они? И если хоть на секунду пробежало сомнение, то жениться нельзя. Испортишь жизнь себе, ей и вашим будущим детям.
– Я не вижу проблемы. Не сошлись – развелись.
– А дети? Они любят как отца, так и мать! Они рваться будут. А жить вместе так ещё хуже. Нет ничего страшнее – это жить в семье, где нет любви! Каждый день терпеть человека по каким-то причинам. А дети, видя это, не научатся любить вообще.
– Ба, я тебя услышал.
– Это хорошо. Давай закрепим пройденный материал, – она подмигнула мне и обняла.
– Жениться буду только тогда, когда пойму, что люблю девушку со всеми её недостатками.
– Умница. А сейчас, что будешь делать?
– А сейчас пойду на приём и буду вести себя прилично. У тебя же есть что-нибудь из моей одежды?
– Есть. Отглаженная висит в шкафу.
Я оделся и отправился домой. Ноги не хотели туда идти, но я воспитанный парень по бабулиному мнению и так опрометчиво с девушкой поступить не могу.
Народа у нас дома была тьма тьмущая. Мама с Златой находились рядом, в руках у обеих было шампанское. Найдя глазами отца, я направился к нему.
– Это хорошо, что ты одумался. Я не простил бы тебе, что ты бросил меня на этих двух до боли одинаковых дам, – отведя меня в сторону и показывая взглядом на маму со Златой, говорил отец.
– Если честно, то это бабуля меня убедила. Терпеть не могу эти никому не нужные сборища, – пояснил я отцу.
– Наше положение в обществе не всегда позволяет делать то, что мы хотим.
– Положение в обществе тут не при чём. Это наши загоны. Нигде не прописано, как должно быть!
– Не бузи. Поймёшь в своё время, что пиар в обществе половина успеха твоего дела.
– Я это знаю. Только пиар бывает разный. Показать?
– Не дури! Сейчас не до шуток!
– Не переживай, не собираюсь я вам с мамой жизнь портить.
– Вот и хорошо.
Я смотрел на довольные лица женщин, и страшная догадка пришла мне в голову. Я сразу же отправился к Злате. Взяв её под руку, отвёл в сторону.
– Я надеюсь, ты не собираешься объявлять нашу помолвку? – зашипел я.
– Это была мамина идея, – пропищала девушка со счастливым выражением лица.
– Злата, она для тебя Тамара Анатольевна. И только попробуй что-нибудь выкинуть в этом плане!
– И что будет? – зло сверкая глазами, ответила она.
– Конечно ты можешь попробовать, но за последствия я не отвечаю. И встретимся тогда в Америке в университете. И поверь, если ты поставишь в такое неловкое положение моих предков, я подорву твою репутацию у тебя дома. – я говорил как можно убедительнее.