Страница 34 из 73
— Успокойтесь, Дияника, — резким голосом перебил меня Алистер и демонстративно стукнул кулаком по столу. Скорчив недовольное лицо, я замолчала. — Де Ареон не маленький мальчик, он взрослый мужчина, который подчиняется непосредственно королю. А раз вы так за него беспокоитесь, то открою маленький секрет: ваш декан нечувствителен к боли, любое физическое воздействие, любые пытки ему как мёртвому припарка. Так что не устраивайте мне тут сцены, идите к себе и долечитесь до конца, вы бледная как сама смерть! Вам бы ещё косу в руки и вперёд на кладбище людей пугать. И впредь, потрудитесь соблюдать субординацию в общении с руководством! Всё, ступайте, я занят.
Я вышла из кабинета, дрожащей рукой сжимая мешочек с несколькими монетами. Мысли о том, что можно попрощаться с платьем на академический бал, временно уступили место моим опасениям за жизнь и здоровье Кристиана. Не разбирая дороги, я шла по коридору словно умертвие, ведомое лишь низменными инстинктами. В голове кружились мысли одна другой страшнее: вот декан лежит с перерезанным горлом в подворотне между мусорными баками, глядя в небо стеклянным, застывшим взглядом. А сейчас окровавленный, покрытый колотыми и резаными ранами из последних сил плюёт в лицо Ариаса де Волмана, в то время как его таинственный сообщник продолжает истязать тело де Ареона. Может он вообще лежит связанный в холодном и сыром подвале на каменном полу, а к нему медленно подбираются полчища голодных крыс…
— Дияника, — окликнул меня Хайт, ожидавший меня на жилом этаже в компании Энни и Арча. — Мы тут собрались отпраздновать нашу первую зарплату в одном чудесном заведении неподалёку от академии, идёшь?
— Нет, спасибо, — одними губами улыбнулась я, погружённая в тревожные мысли, — не в настроении.
— Да брось тебе, — поддержала друга Энни, — мы угощаем. А этот крохобор де Ареон ещё пожалеет о том, что лишил тебя первой зарплаты.
— Не в этом дело, — сквозь силы улыбнулась трём друзьям, — я… я, видимо, не долечилась. Силы на сегодня исчерпала. Спать очень хочу.
— Как скажешь, — кивнул Арч, не спуская с меня подозрительного взгляда, — мы тебе захватим чего-нибудь вкусного.
— Спасибо! — поблагодарила я друзей и закрылась в комнате.
После часа метаний из одного угла в другой под обеспокоенное ворчание Фаи, я схватила со стола пузырёк с остатками микстуры, что мне вчера дала работница лечебного крыла, взболтала жидкость и посмотрела в окно.
На улице уже темнело, но вечер ещё даже не начался. Если я и дальше буду сходить с ума в неизвестности, переживая за Кристиана, это скажется на моём моральном и физическом состоянии. Поэтому я резко выдохнула и влила в себя остатки пузырька и, даже не раздеваясь, шлёпнулась на кровать лицом вниз. Так и заснула.
Глава 27
Сон прервался из-за оглушительного и настойчивого стука в дверь моей комнаты. Я вскочила с постели ещё даже не проснувшись до конца, сложилось ощущение, что дверь пытались выбить мощным тараном.
«Что такое? Сколько времени?», — тревожные мысли атаковали меня. — «Что-то случилось с Кристианом?».
Открыв дверь я увидела, что человеком, производящим такой шум, оказалась миниатюрная Энни. И где только силы взяла?
— Дияника, это кошмар! — с порога завопила Гаубе, не стесняясь того, что своим громким голосом в данную минуту могла разбудить весь жилой этаж.
У меня тотчас пересохло во рту и предательски подкосились ноги. Что могло так сильно перепугать Энни? Надеюсь, никто не погиб? Под словом «никто» я подразумевала конкретного человека, оттого одновременно и жаждала, и боялась услышать дальнейшие слова.
— Адепты Соло и Данте подрались в учебном крыле! — в панике кричала Эннабелла. — Говорят, что их еле разняли!
Выражение облегчения на моём лице не осталось незамеченным для подруги даже в её взволнованном состоянии. Она нахмурилась и с подозрением посмотрела на меня, но тут из своей комнаты показался сонный Максвелл Хайт.
— Гаубе, не делай вселенскую трагедию из обычной драки двух здоровых парней, — зевнув, произнёс зельевар и попытался ладонью пригладить волосы, торчащие в разные стороны, как иголки у дикобраза. — Таким жеребцам полезно выпустить пар. Может, какую красавицу не поделили.
— Вот именно! — рявкнула Энни на Хайта, — не поделили! Адептку де Морину, знакомое имя?
— …! — выругался Хайт и стремительно скрылся за дверью.
— Откуда узнала? — я запустила в свою комнату Эннабеллу и закрыла дверь, чтобы спокойно переодеться.
Строгое форменное платье, в котором я днём уснула, помялось и выглядело так, словно его от души пожевала корова. С тоской поглядела на дверь ванной комнаты, но задерживать подругу и просить подождать, пока я хотя бы умоюсь, не стала.
— Куратор мужского общежития использовал кристалл связи, — нервно произнесла Энни, нервно расхаживая по комнате.
Я вспомнила, что и у меня такой есть, и покосилась на шкаф, где хранился мой разряженный кристалл связи, который был настроен на моего отца. Забросив его в первый день на самую высокую полку, я о нём даже не вспоминала.
Переодевшись в удобные брюки и рубашку, я захватила с собой парадный пиджак с вышитой эмблемой академии для солидности и покинула комнату в сопровождении Гаубе. Уже в коридоре к нам присоединились мрачный, как грозовая туча, Хайт и отчаянно зевающий Арч, которого вытащил с нами за компанию зельевар.
— Будем звать де Ареона? — спросил артефактор, но при этом смотрел исключительно на меня, — или он в нас окончательно разочаровался и, получив зарплату, отправился в загул по столице: пьянки, женщины, азартные игры, в общем всё что нужно, чтобы расслабиться после неблагодарной работы деканом.
— Его нет, — коротко ответила Энни, быстро спускаясь по широкой лестнице, ведущей в общий холл.
От слов Арча сердце неприятно заныло. Нет, Саарон, Кристиан не пустился во все тяжкие в заведениях Дальстада, он отправился на опасное задание, и, по-видимому, до сих пор не вернулся. Что, если его уже нет в живых?
Мы почти бегом пересекли пустой холл, затем, словно стайка птиц, взметнулись по лестнице, ведущей в ученическое крыло. По мере приближения к мужскому отделению, взволнованные голоса адептов становились всё громче.
Наконец, наша четвёрка добралась до этажа, на котором проживали адепты спецкурса. В коридоре взволнованно толпились старшекурсники, а учащиеся первого и второго курса с любопытством выглядывали из приоткрытых дверей своих комнат. Грифф, чьё лицо было украшено ярким фингалом, взволнованно крутился у лестницы, и, завидев нас, тут же замахал руками:
— Госпожа де Савеллина, тут было такое!!!
Энни, казалось, побледнела ещё сильнее. Перепрыгнув через четыре ступеньки, она схватила моего подопечного за грудки:
— Выкладывай, что случилось?
Я тут же оказалась между подругой и Гриффом, стараясь отодрать цепкие пальцы Гаубе от его домашней рубашки.
— Полегче, подруга, это МОЙ адепт. При всей моей любви к тебе и уважении, трогать его не позволю. Пока он не даст повод, конечно же.
Смущённая Энни тут же убрала руки от перепуганного Гриффа и, быстро пробормотав извинения, понеслась словно рыжий вихрь по коридору. Я, Арч и Хайт на всех парах поспешили за нею.
Эннабелла не стала стучать в комнату адептов Соло и Данте. Услышав голоса, спорящие на повышенных тонах, она рванула дверь на себя с такой силой, что дверная ручка осталась в неё в руках. Подругу это совсем не смутило.
— А ну быстро встали! — истошно закричала подруга и, для пущего эффекта, швырнула оторванную дверную ручку об пол со всей силы.
В комнате моментально стихли все разговоры. Адепты из связки подруги сидели рядом, к моему большому удивлению, прижимая к лицам пакеты со льдом. Рядом с ними кучковались несколько адептов с факультета боевиков и куратор мужского общежития — высокий и тощий старик с недовольным лицом. Декан факультета боевиков, он же преподаватель боевой магии господин Альсар — предмет воздыхания всех первокурсниц и даже некоторых дам из основного преподавательского состава, с открытой неприязнью посмотрел на вошедшую Эннабеллу. Но что меня больше всего удивило: в другом углу сидели, надувшись, адептки де Морина и де Нава.