Страница 7 из 13
Будь со мной охотница, подхватила бы меня под руку, и гордо прошествовала мимо дракона, задрав подбородок выше некуда. Хитрая лиса же чмокнула в щеку, и, шепнув, что после занятий заскочит «наряжаться», перемахнула через перила и скрылась среди толпы студентов.
Хочешь-не хочешь, а пришлось топать к ожидающему меня дракону (хотя ноги чесались перемахнуть через перила, как только что лиса, но это значило бы, что я намерено его избегаю, а это, в общем, неправда…).
С каждой ступенькой ноги становились все более ватными, дыхание сбивалось, а сердце ухало так, что казалось, вот-вот выскочит из груди.
Не доходя до дракона пару ступенек, я остановилась. Пальцы вцепились в перила, побелев от усилия.
– Ты не сможешь все время бегать от разговора, Таша, – сказал Исам.
Голос дракона был низким, волнующим, и… нежным. От этого в груди все сжалось, а внутри заиграли крылатые флейты.
– Н-никто и не бегает, – заикаясь, ответила я.
– Ты – моя. Только моя, Таша, – продолжал Исам. – И ты это знаешь.
– Н-ничего и не твоя, – пробормотала я. – А Альма-материена. У меня и справка есть. А после обучения фиг ты меня заставишь.
Глаза Ледяного дракона полыхнули голубым пламенем.
– Я не принуждал тебя, – сказал он.
При этом протянул руку, которую я проигнорировала.
– Ага, – согласилась я, направляясь к площадке по воздушному бою. – Лишить крыльев – это как раз то, о чем я сама тебя попросила.
Исам сглотнул. Взгляд дракона потух.
– Ты же знаешь, я думал…
– Ага, думал, что я предала тебя, хотя я ничего тебе не обещала, – напомнила я. – И, вместо того, чтобы спросить меня, поверил отцу.
– Он дракон, – тихо сказал Исам.
– Я тоже дракон! – возмутилась я. – А еще говорил, что веришь в меня. Ничего и не веришь, получается!
Исам промолчал.
– Ты не скрывала, что оставишь меня при первой возможности, – сказал он. – Не скрывала, что хочешь сюда, в Альма-матер.
– Не скрывала, и что? – возмутилась я. – Желание учиться и овладеть магией для этого мира зазорно, что ли? Я уже не говорю о том, что потенциал моей магии рвет пространство! Кто знает, сколько людей, нелюдей да и драконов могли пострадать от моего пребывания за пределами Долины знаний!
Дракон побледнел.
– Я не знал этого, Таша, – ответил он.
Но поздно. Меня уже несло.
– Не знал или не хотел знать? Да даже если не было бы такого… неужели мои желания ничего не значат для тебя?
– Ты желала меня, – хриплым голосом ответил Исам.
У меня коленки подкосились, а внутри все закипело от негодования.
– Я желала быть драконом и летать, болван ты чешуйчатый! – возопила я и понизила голос, когда мимо пробежала стайка девочек-кицунэ. – Я желала кружиться в небе, с тобой, Исам, если до сих пор не понял! Я хотела счастья и свободы, и, осел ты летающий, любви! Любви, понимаешь, а не того, что у нас было! Не гормонов по принуждению! Любовь – это верить в другого, это желать ему счастья, это делать его свободным!
Исам промолчал.
А мне стало больно. Просто оттого, что дракон не в силах признать свою ошибку, как тогда, когда мы были близки. Правильно я послушала Фай. Останься бы я еще на день – и Исам бы придумал что-нибудь, чтобы не отпускать меня с парящей горы…
– Не только я совершил ошибку, лишив тебя полетов, Таши, – холодно напомнил он. – Ты сама предала меня. При первой возможности. Ты могла все объяснить. А вместо этого дождалась, пока я усну и сбежала.
Слова Исама ранили. Слушать справедливые упреки было неприятно.
– Я думаю, мы оба пока не готовы, Исам, – тихо сказала я.
– К чему это не готовы?! – возопил дракон. – Мы – истинная пара, принцесса Таши!
– Не ори, – прошипела я, дергая Исама за рукав. От прикосновения к дракону по коже заскользили электрические разряды. И, судя по чьему-то потяжелевшему дыханию, не только у меня. – То, что мы истинная пара еще не повод…
– Не повод для чего? – прошипел, сцепив зубы, дракон.
– Не повод позорить меня перед всей долиной, – прошипела я. – Будь так добр, отстань ненадолго. Или хочешь, чтобы моя группа увидела меня с преподавателем?
– Ты – моя… – начал было Исам.
– Если ты скажешь, наложница, я клянусь, между нами все кончено, – тихо сказала я.
Дракон запнулся, а я, закипая, продолжала.
– Я – не вещь, не собственность, не приз, не награда. Я – дракон, я – личность и я – девушка, у которой есть свои планы на жизнь и свои желания. Чтоб ты знал, Хранители в храме ветра звали к себе. И если ты еще раз заведешь свою шарманку о том, что я принадлежу тебе, я отправлюсь туда после Альма-матер.
Исам усмехнулся. Правда, как-то неуверенно.
– Ты хочешь сказать, что добровольно замуруешь себя в храме? Что посвятишь свою жизнь служению?
– По-крайней мере, это будет мой выбор, – отчеканила я. – А не тот, что кто-то навязал мне! А теперь, будь добр, дай мне прийти на занятие одной!
Играя желваками, Исам шагнул в сторону, а я направилась к платформе, над которой велись воздушные бои.
Поскольку никто из первокурсников не был настолько хорош в магии иллюзий, чтобы «переодеваться» на ходу, то есть налету, до и после оборота, парни оставляли одежду с одной стороны платформы, а я с другой. Так что моему опозданию значения не придали.
Когда золотая драконица взмыла над платформой и, сделав круг, приземлилась на край, остальные поприветствовали ревом.
Условности земли «стирались» в небе. Пребывая в истинном облике, драконы относились к Золотой, как к равной, и даже с некоторым пиететом: моя магия, по словам мастера Ширу, не проявилась, но даже сейчас ее хватало, чтобы остальные чувствовали силу Кинриу.
Задирали меня по-прежнему лишь Ютака и Хотэку, правда, эти явно из-за заключенных пари.
Когда над нами описал круг серебристый дракон, все дружно взревели, приветствуя мастера воздушного боя и по одному взлетели вслед за Исамом.
Ледяной дракон, надо отдать ему должное, оказался непревзойденным преподавателем. Воздушных боев, с применением магии и без, и его занятий ждали всей группой.
Не сказать, чтобы Исам сильно жалел меня во время боя, за что я была ему благодарна. Дракон умел отделить зерна от плевел, а личные отношения от профессиональных… по-крайней мере в небе. Занятия по воздушному бою были единственным временем, когда мы могли быть близки… хотя бы на глазах у всей Долины.
И поэтому этого занятия я всегда ждала с затаенным сердцем. Кроме сегодняшнего. Во-первых, потому что Исам здорово разозлил меня с утра, а во-вторых, потому что мечтала, чтобы быстрее началась пара по пророчеству.
Зря Ютака и Хотэку сетовали, что в группе появилась женщина и даже заявляли во всеуслышание, что откажутся участвовать в спаррингах со мной.
После того, как Ютака во время нашего спарринга провел нечестный прием, и я чуть не обернулась прямо в воздухе, от боли, Исам больше не ставил нас в пару, а я только и мечтала, чтобы отомстить. Обернись я тогда – не знаю, что было бы со мной. Однозначно, упасть не дали бы, поймали в воздухе, но, учитывая, что бой велся очень высоко, над облаками… В общем, я ждала своего часа.
Хотя в тот день, когда загремела в лазарет, участи Ютаки я не позавидовала…
Но с тех пор Исам больше не ставил меня в спарринг ни с кем, тренировал сам. И, если вы думаете, что запрещенных приемов не практиковал, ошибаетесь. Практиковал и еще как, садист.
Глава 3
Освежившись после поединка в небе, я, проглотив второй завтрак на ходу (первый-то я успешно проспала), со всех ног поспешила в корпус Пансиона благородных волшебниц. Госпожа Мэну довольно кивнула, когда я принеслась первая, и, не дожилась, пока соберется вся группа и начнется занятие, уселась в лотос и закрыла глаза.
Концентрируясь на пространственной формуле заклинания, я слышала, как тихонечко собиралась и рассаживалась группа, а госпожа Мэну, явно из уважения к моему рвению, дала задание шепотом.