Страница 39 из 103
— Все мы исполняем свой долг, просто кто-то делает это особенно хорошо, и как по мне, такие люди заслужили награды. Я прав, ваше высочество? — повернулся мужчина к Роману Алексеевичу. Великий князь выдавил улыбку своими тонкими губами и ответил:
— Так.
Блондин кивнул и вдруг снова посмотрел на Елисавету и спросил её, улыбаясь:
— А вы, я так полагаю, сестра нашего героя? Признаться, о вас я тоже много слышал… Насколько я помню, именно вы унаследовали национальное достояние рода Радзивилл… В таком случае между нами много общего, — мужчина положил руки на свою алую тросточку. После этого жеста, все в зале посмотрели на эту трость, как заворожённые.
— Честно говоря, — сказал блондин, тоже не сводя с неё глаз, — несмотря на всю культурную значимость, сам я всегда считал доспехи просто оружием. Крамольная мысль, понимаб, но мне всегда казалось неправильным, что на такие важные, изысканные вечера нам разрешается, и даже полагается проносить броню… Просто представьте, если бы я пришёл с пистолетом. Это было бы просто невежливо. Но доспех не пистолет. С его помощью, стоит мне или вам, — он улыбнулся Елисавете, — захотеть и мы можем, ну, например…
Убить всех в этом зале меньше чем за долю секунды, — заявил мужчина.
После его слов повисла тишина. Князь Роман Алексеевич вытаращил глаза. Слова мужчины шокировали собравшихся, настолько они были для них неожиданны. Потом Роберт Эдвард как будто заметил тишину и заговорил нежным, извиняющимся голосом:
— Просто предположение, разумеется…
— Нет, — вдруг произнесла Елисавета. Девушка смотрела прямо на мужчину спокойными глазами.
— Хм?
— Если я захочу, я всех убью, — просто сказала Елисавета, как само собой разумеющееся, а затем добавила:
— Ты этого не сделаешь.
— Вот как. И почему же?
— Я и тебя убью, — заявила девушка.
Её тихий голос пронёсся по всему залу.
Мужчина наклонил голову, словно задумавшись. Затем он кивнул и сказал:
— Может быть. Всё же я больше политик, нежели воин. Но что-то я вас всех взволновал. Это всё гипотечески, разумеется, — он улыбнулся всем вокруг, а затем поклонился на прощание и пошёл назад, в сторону ложи. Князь Роман Алексеевич пришёл в себя, опомнился, махнул рукой, чтобы снова заиграла музыка, и тоже последовал всед за мужчиной. Люди зашептались, загомонили, обсуждая эту странную беседу, но постепенно успокоилась и снова стали танцевать.
Бал продолжался, и только Игорь неподвижно стоял на одном месте. Глаза юноши сверкали. Наблюдая, как блондин медленно возвращается в ложу и кланяется молодому принцу, Игорь вдруг, в один миг узрел очертания заговора, который уже столько времени закручивал юношу в своём водовороте…