Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 19 из 103

1. XI

Спустя всего сорок минут после начала процесса, когда журналисты ещё только устроились на площади перед зданием суда, его массивные двери вдруг снова открылись, и по мраморным ступенькам спустился черноволосый юноша в сопровождении судебных приставов.

На глазах растерянных журналистов они провели его к стоянке, где юноша уселся в глянцевую чёрную машину и поехал.

Все собравшиеся опешили, затем переглянулись. Среди них начинал уже нарастать гомон, и как раз в это время из здания повалили и другие люди, и у всех на устах была сенсация! Корреспонденты облепили их как мухи. А люди запыхались и с трудом, с хрипом только смогли рассказать им, чем в итоге завершился первый день судебного разбирательства…

Ничем!

Присяжные, несмотря на все предоставленные улики и на молчание защищающейся стороны, общим голосованием решили продолжить разбирательство! Когда журналисты немного разобрались в произошедшем, они просто не могли в это поверить. У них был единственный вопрос:

Почему так?..

Что ж…

У Игоря было несколько предположений.

Юноша откинулся на мягкое кресло и размышлял, наблюдая, как проносится в окне автомобиля большой и роскошный город.

Всё дело в том, что кто-то намеренно пытался растянуть его судебный процесс. Для этого он потребовал, чтобы улики по его делу предоставляли на разбирательство порционно, и по этой же причине он как-то так договорился, — и тут уже волей-неволей возникали подозрения касательно силы и влияния данного человека, — чтобы дворяне присяжные, как бы ни развивался в итоге суд, голосовали за его продление.

В чём была конкретная причина таким заниматься — этого Игорь пока ещё не знал. Чисто логически можно было предположить, что если кому-то было выгодного, чтобы суд над ним продолжался некий длительный промежуток времени, значит в ближайшие дни должно было произойти что-то важное… Но чтобы узнать, что именно, следовало провести расследование…

Вообще Игорь подумал, что совершил ошибку, — уже давнюю свою ошибку, — он так сосредоточился на конкретно своём судебном процессе, что, по всей видимости, упустил общую картину, хотя сам суд и само по себе разбирательство были не более чем кусочками некой большей композиции. Вот почему важна общая эрудиция и почему опасно и слепо быть специалистом только в одной конкретной области. Шерлоку Холмсу очень повезло, что ему не приходилось за свою карьеру разбирать дела астрономов…

В итоговом голосовании за продолжение разбирательства высказались Савелова, Кутузов и Рюрикович. Масодова голосовала против, чтобы Игоря немедленное заключили под стражу.

Сразу возникал следующий вопрос: кто из них действовал по собственной воле, а кто по указу сверху? И кто такой мог быть Выше наиважнейших дворян Империи?

Игорь посидел немного и выглянул в окно. Машина уже выехала за город. На смену уличным пейзажам пришли зелёные просторы.

…По крайне мере кое-кто из участников этого заговора уже себя обнаружил. Кто мог создать британскую шпионскую ячейку в самом сердце Российской Империи, а затем выдать её русской разведке, предварительно снабдив кипой обличающих его документов?

Разумеется, сделать это могли только сами британцы… Это было очевидно. Но вот ещё какое важное наблюдение. Игорь, так-то, действительно был военным преступником. Он оказывал посильную поддержку восставшим Алой Они. Но британцы давили почему-то не на эти конкретные факты, а вместо этого пытались выдумать предательскую подоплёку для его общеизвестной деятельности. Заниматься этим имело смысл только если они не знали про его реальные преступления.

Но если они ничего не знали, у них просто не было смысла его «обличать». Ванкувер в своё время пытался убить Игоря, но лишь потому, что к этому времени уже не было никакого серьёзного восстания. Сейчас же Алая Они бушевала с новой силой. Британцам было бы выгодно, если бы Игорь оставался на своём прежнем положении, и помог им разобраться с этой напастью. С их точки зрения, в этой войне они были союзниками…

Нет, тут явно строились какие-то иные козни… Игорь, да и весь его судебный процесс, был для них не более чем средством… Но средством для чего?

Юноша помотал головой, открыл дверцу и вышел на свежий воздух, на дворик перед фасадом белого особняка. Во всех этих делах он ещё разберётся, а сейчас… Сейчас ему давно уже пора вернуться домой.

По возвращению в родовое поместье Игоря встретил уже знакомый ему немощный дворецкий. Что было немного странно, потому что сам Игорь почему-то ожидал увидеть на его месте свою сестру. У неё, однако, как объяснил ему старичок, были какие-то очень важные дела, и девушка с самого утра сидела в своем кабинете.

Беспокоить её Игорь смысла не видел, и потому направился сразу в свою комнату. Как только он зашёл в прихожую, перед ним возникла дилемма. Налево ему повернуть, в кабинет, и устроиться там за лакированным деревянным столом, или направо и прилечь на кровать? Игорь постоял полминуты и всё же повернул направо. Он открыл окно, усеялся напротив него на матрасе и выглянул в голубое небо.

Оно было просторным.

Юноша вдохнул свежего прохладного воздуха и пустил по этому голубому простору свою мысль.

И там, размышлял Игорь. Следовало во всём всё начинать по порядку…

В таком случае первое, в чём юноша был теперь уверен, это то, что по меньшей мере две силы играли с его судьбой. Первая из этих сил обитала на туманном Альбионе. Это было очевидно, ведь никто другой, кроме самих британцев, не мог подстроить настолько правдоподобные обличающие его в сговоре с англичанами доказательства.

Зачем они это делали, это Игорь пока ещё не знал.

Кроме Британии во всё происходящее была вовлечена ещё одна фракция, которая всячески пыталась растянуть его процесс… И для этого они сперва заставили следствие подойти к нему с этой странной постепенностью в представлении улик, а затем ещё и воздействовали на высочайшие слои русского дворянства, чтобы они голосовали за продление следствия…

А ещё наверняка именно эта фракция пыталась вызывать с помощью суда Игоря наибольший резонанс в обществе… Зачем? Что ж… Если слишком часто задавать этот вопрос, можно и свихнуться.

Главное в другом: что Игорю со всем этим делать?

Юноша непринуждённо улыбнулся.