Страница 22 из 92
Так, «в рабочем порядке», была решена судьба операций «Симбионт», «Матрица» и «Отражение» и без обсуждения принято предложение Андропова о выделении управления «П» Второго Главного управления КГБ в самостоятельное управление — линию работы по защите экономики страны[1].
Вечером Брежнев заехал на партийный актив Московского Городского Комитета партии — «давал жару» Гришину.
Эхо этого разговора почувствовали во всей Москве. Все высшее руководство торговлей было снято и заменено. Начались кадровые перестановки и в нижних звеньях. Гришин получил партийное взыскание, говорили, что ему осталось сидеть на своей должности не более месяца. Простые люди с удивлением стали понимать, что происходит необычное дело. Вдруг в стране начали наводить порядок.
— Нагнал, нагнал Ильич страха иудейска, — довольно прошамкал Прокофий Силыч Меженинов, ветеран войны и труда, сидя среди знакомых и друзей. Неспешно дымившие мужики согласно закивали.
— Слышь, Силыч, — крикнул Валерка Цимбалюк из третьего подъезда, токарь с «Серпа и Молота», отвлекшись от доминошной партии, — у нас в столовке заведующая сама за раскладкой продуктов наблюдала — кто-то слух пустил, будто бы Леонид Ильич пробу снимать приедет, — он жизнерадостно заржал, его поддержали коллеги..
— А все начальство на ушах стояло, пока генеральный с горкома не вернулся, — добавил чуть погодя, зычным басом кузнец Илья Мохов, — вот где комедия была…
— А чо правда, говорят, мужики, — понизив голос, таинственно заговорил смуглый, подвижный и похожий на цыгана таксист Максим Лиман, — к Брежневу какой-то то ли шаман, то ли целитель приехал. Потому как совсем по-другому выглядеть стал Ильич — помолодел, говорит хорошо. Кажется, этого кудесника КГБ нашло… где-то в Хакасии.
— Да ну, ерунда все это, — махнул рукой недавний сверхсрочник Пашка Скворцов, — станут всякой шаманщиной «комитетчики» заниматься — скорее всего, врача хорошего нашли.
— Может и нашли, — загорячился Максим, — вот только где этот врач раньше был? А?
— Ну, будет, будет вам, — урезонил спор Силыч, — неважно кто и что. Главное, Ильич-то вспомнил, кто он есть, — поднял он сухонький палец.
— И кто же он есть? — едко поинтересовался всегдашний оппонент Меженинова — Макар Кузьмич Ферапонтов, тоже заслуженный ветеран.
— Как кто, — деланно удивился Прокофий, — наш, народный Генсек… Сам из рабочих, техникум и институты закончил, работал…, служил. Потом опять работал, воевал… Кто из нынешних, кто во власти сидит — может так о себе сказать?
— Так и мы такие же, — не остался в долгу Кузьмич, — и все равно здесь сидим…
— А тебе плохо, что ли? — подколол Силыч, — пенсион идет, перед школьниками речи толкаешь, как Чапай — он захихикал, его заклятый друг побагровел, но усилием воли сдержался, не желая превращать словесную баталию в банальную склоку. Народ вокруг внимательно слушал, и, перемигиваясь, сдержанно кхекал в кулаки.
— Опять же, по праздникам поздравления пачками шлют — и от распределителя кое-чего подкидывают. А на пенсию ты кем ушел, не припомнишь?
— Припомню, припомню, — желчно отозвался Ферапонтов, — зам. главного инженера. И что?
— Вот видишь, — неожиданно посерьезнел Меженинов, — ты зам, а я начальник цеха… мало ли нам Родина дала? Если бы сейчас царизм был — мы с тобой в землекопах были, в лучшем случае. Так и у Леонида Ильича все то — же самое — разница лишь в том, что он сам во власть пошел, и ношу тяжкую на себя взвалил. Сколько у нас с тобой в подчинении народу было — и каждый со своим вывертом или закидоном, и чего-то от тебя все время хотят или требуют. Причем постоянно — а д…, разъ… с заср… тож хватало. А если таких персонажей — не цех, не завод — а цельная страна?
Все присутствующие примолкли, обдумывая слова старика, и пытаясь представить — как же страной управлять, если с собственной жинкой или детишками не сразу сладишь?
Примечания
[1]В нашей истории — 15 октября 1982 г. по предложению секретаря ЦК Ю. В. Андропова Политбюро ЦК КПСС приняло решение о выделении управления «П» Второго Главного управления КГБ в самостоятельное управление — линию работы по защите экономики страны. (Ранее, с 1967 г., эту задачу решали 9, 11-й и 19 отделы ВГУ, а с сентября 1980-го — Управление «П» в составе Второго Главного управления КГБ СССР.) Одной из предпосылок этого явилось получение советской разведкой информации о планах США по развязыванию «экономической войны» против СССР