Страница 32 из 90
— Да, да, конечно же! Сразу видно столичного человека! В Пуэрто-Вьеха никто не делает мне замечаний, а вы и новомодные направления знаете, и тонкости нашей работы понимаете. — На прощание польстил портной.
Честно говоря, Артёму не нравилась «современная» одежда, слишком грубый пошив. Сейчас работают вручную, качество шва нельзя сравнивать со строчкой швейной машинки. Тесьму нашивают не ради красоты, а для маскировки неизбежных стяжек и неровностей. Он привык к надёжной одежде, поэтому и требовал от местного портного максимум старания.
Пока портной с помощью подмастерьев собирал и тщательно, чтобы не перепутать фрагменты разных комплектов, упаковывал горы ткани, Артём быстро оделся в хорошо отстиранный от крови старый костюм и опоясался ремнем с кобурами. При взгляде на патронташ у парня возникла свежая мысль.
— Погодите, любезный, у меня есть одна идея! — воскликнул Артём. Портной тут же бросил свою возню с тканями и повернулся к заказчику, чтобы внимательно выслушать любой его бред. И молодой «гвардеец» не разачаровал: — Нашейте на груди каждого камзола и куртки вот такие карманчики. Они нужны для переноски патронов. На моей Родине их называют «газыри». Имея патроны так близко под рукой, можно перезаряжать оружие гораздо быстрей!
Портной не стал спорить. Он быстро уточнил форму, размер, количество и расположение карманчиков и с поклоном удалился.
Проводив взглядом уходящего мастера в окружении полудюжины подмастерьев, Артём отправился обедать.
— Примите мои поздравления, сеньор де Нарваэс! Вы стали владельцем поместья, отбив его у бандитов! Горожане полностью на вашей стороне! — Такими словами мажордом Лудовико Дольсе встретил Артёма в дверях столовой.
Ну, ну, пой песни, пой! Ради Артёма никто из горожан и пальцем не пошевелил! А после завершения конфликта, нового владельца фермы определит кабильдо, а не всеобщее голосование.
— Милый, прими напиток божественной Альматеи! — Джиозетта протянула почти литровую серебряную чашу. — Она отпаивала им богов Олимпа.
По внешнему виду содержимое походило на молоко, только запах был какой-то непонятный. Артём осторожно принюхался и фыркнул недовольным котом, затем немного отпил мелкими глотками. По вкусу предложенный напиток был так себе, слегка горьковатый со сладким послевкусием.
— Что это? — возвращая чашу, поинтересовался он.
— Напиток состоит из козьего молока с мёдом и возрождает мужчин к жизни. — Улыбаясь, ответила донна.
Услышав про олимпийских богов, в голове у Артёма забрезжила очередная «светлая» идея: как привлечь к своим разборкам с бандитами хотя бы одну из ветвей городской власти. На радостях он сжал Джиозетту в объятиях и крепко поцеловал.
— Не надо, не сейчас, у меня начались «красные дни», — зардевшись, отстранилась женщина. — И вообще, тебе надо обустроиться на новом месте. Пошли слугу к мажордому, он поможет нанять полный штат прислуги. Если тебе нужны какие-то вещи… мебель… Может быть, деньги?
Что это? Развод? Нет, женщины не так расстаются с любовниками. Ему предлагают деньги и выпроваживают на ферму, что довольно странно. Ведь хозяин дома должен вернуться только через несколько месяцев. Донне стало неприятно заниматься сексом с убийцей десятка человек? Но в этом времени убивать себе подобных — норма! Даже так: больше трупов — больше доблести! Впрочем, доступ на вечерние посиделки «соломенных вдов» открыт для всех холостых мужчин. То-то туда чуть не каждый день вламываются бандюганы…
— Милая, сегодня у меня очень много дел! Встретимся вечером! — решительно вставая из-за стола, сказал Артём.
В покоях его уже ждали Дидье и Этьен. Велев слуге собирать вещи, Артём жестом предложил сержанту садиться.
— Докладывай!
— К сожалению, командир, вести нехорошие: эти твари умудрились практически разорить ферму — скотины осталось всего ничего, рабы разбежались, постройки в запустении, дом в центральной усадьбе загажен хуже австрийской казармы. Всего на территории фермы уцелело: 12 лошадей, 14 мулов, 22 овцы, 5 коров, 56 рабов, 7 рабынь. Все они поголовно больны разными болезнями и сильно истощены. Пожалуй, кроме пяти черных девок, которых в доме для постельных утех держали — вот тех, хоть и объедками кормили, но зато каждый день.
— Плохое приобретение… — пробормотал Артём. Он подозревал, что «подарочек» будет с изъяном, но чтобы настолько… — Слушай, а вот соседние фермы — они в каком состоянии?
— Я вчера, когда за ними наблюдал, в общем не на состоянии построек и здоровье скотины смотрел, но кое-какие выводы сделал! — Гордо сказал Этьен. — В самом лучшем состоянии ферма «Мирабилис» — несколько сотен рабов, огромные стада овец и быков. Вот только господский дом там так себе — почти что сарай, зато прочих построек около полусотни. Но нам они не по зубам — слишком много у них бойцов!
— Есть у меня одна идейка, как с ними справится, но это… потом… потом! — задумчиво сказал Артём. — Продолжай, сержант!
— «Годеция», похоже, такая же дыра, как наша — судя по всему ферма полностью разорена. Они даже дом умудрились по-пьяни спалить год назад. С тех пор в рабских бараках живут. А вот «Раффлезия» с виду — вполне себе процветает! — сказал Этьен и энергично почесал суточную щетину на подбородке. — Похоже, что вы, командир, были правы, — эти тихушники более разумные и адекватные, чем все остальные! И потому гораздо опасней!
— Вот ими надо заняться в первую очередь! — сказал Артём. — Пока слухи о наших делах не стали достоянием широкой общественности! Теперь у нас есть деньги и мы можем нанять бойцов! Кстати, ты казну посчитал?
— Так точно, командир! — Этьен даже на ноги вскочил, отвечая на этот вопрос. — Всего там было полтора пуда золотых монет и полпуда серебряных. Точно посчитать мне не удалось, я сбился на полусотне. А от наших негров тоже, сами понимаете, в таком деле мало толку!
— Ничего, позже точно посчитаем! А навскидку, там примерно пять тысяч пистолей! — сказал Артём и сам малость обалдел от такой суммы.
При этих словах Дидье, доселе молча собиравший вещи, уронил саквояж с инструментами. Артём и Этьен синхронно повернули головы на резкий звук, хватаясь за оружие. По лицу слуги разлилась бледность.
— Сударь, не н-н-надо! — Дидье бухнулся на колени и пополз к хозяину. — Этьен, не надо, мы же были друзьями!
— Ты чего несешь, дурак?!! — рявкнул Артём, вскакивая и опрокидывая стул. — А… Понял… Решил, что мы тебя зарежем, раз ты стал свидетелем!