Страница 16 из 90
Раз за разом он отрабатывал приём за приёмом, и недовольно морщился, ловя себя на недостаточно высокой скорости. Победа должна достигаться одной атакой, иначе противник получит шанс дать сдачи, и очень больно. В удар должна вкладываться не только собственная сила, но и поступательная энергия тела. Чем выше скорость движения, тем больше шансов победить. Пришлось вспомнить спарринги со «стариками», когда от азарта схватки сотрясался не только пол, но и стены. Не помогло, слишком долго не тренировался. Спешка всегда идёт во вред, и Артём начал всё сначала. Раскладывая приёмы на составные элементы, он принялся медленно отрабатывать каждую деталь, акцентируя внимание на завершение. Возрастающая уверенность в правильности такого подхода позволила перейти к более сложным комбинациям атаки.
Увлечённо отрабатывая различные связки, он перестал смотреть по сторонам. Посторонний шум заставил остановиться — только сейчас он увидел собравшуюся в центральном зале большого дома небольшую толпу женщин. Ничего себе! Их там почти десяток и все восхищённо аплодируют, лишь донна Джиозетта сидит, поджав губы. Хороший знак — спортивный зал следует ожидать в самое ближайшее время!
Исполнив для дам фрагмент атаки из двух длинных прыжков с разворотом, который в реале заканчивается смертельным ударом, Артём театрально поклонился и скрылся за кухней. Он очень устал и поспешил помыться и одеться «подобающим образом».
Прежде чем выйти к «благородным доннам», парень присел на поленницу возле кухни и задумался. Вот сейчас, после тяжелой тренировки, он уже довольно точно представлял себе схватку с вооруженным шпагой врагом. Но нож — оружие для засад, а не для «поля боя»! Надо бы познакомиться с возможностями его старого «друга» — тесака, то есть — абордажного палаша — клинок которого был длинней клинка ножа почти в два раза! Это же что можно с ним проделать!
Но, для начала, надо познакомиться с оружием! Легко сказать: «порубить врага в капусту», да трудно сделать. Перво наперво следует понять принцип этой самой рубки. Слегка изогнутая (или вообще без изгибов) абордажная сабля известна несколькими названиями, в том числе абордажный палаш и абордажный тесак. Навыков боя на длинноклинковом оружии у Артёма не было вообще — в армии его учили больше полагаться на огнестрел, а нож рассматривался, как специфическое оружие последнего шанса или «отмычка» для снятия часовых. В общем, без посторонней помощи овладеть тесаком невозможно. А «палить легенду» доблестного гвардейца, которая уже неплохо «прокатила» среди местного населения, как женского пола, так и мужского, прося кого-то преподать уроки фехтования, было бы просто катастрофой. Гвардейский офицер должен владеть любым современным видом оружия, как холодного, так и огнестрельного!
— Сеньор, сеньор, — настойчивое обращение вырвало Артёма из размышлений, — я ваш новый личный слуга.
Быстро Джиозетта крутанулась: после их разговора прошло три часа, а перед ним стояли опрятный дяденька с саквояжем и крепкий парень с солдатским мешком. Говоря о слуге и денщике, он подразумевал одного человека, а получил двух. А не разориться ли он на жалованьи? Надо уточнить их навыки и стоимость найма.
— Прошу представиться и вкратце рассказать о себе. — Приказал Артём.
Личный слуга немного помялся, переложил саквояж из левой руки в правую, затем обратно и, опустив глаза, заговорил:
— Меня зовут Дидье из Лиможа, где я по праву считался лучшим цирюльником. Конкуренты написали ложный донос, обвинив в связях с гугенотами. Пришлось бежать и садиться на первый, уходящий в Новый Свет, корабль. Здесь работаю за еду, услышав о вакансии слуги, первым прибежал к господину Лудовико Дольсе.
Артём одобрительно улыбнулся беглому французу и посмотрел на солдата. Тот ответил прямым взглядом и отрывисто заговорил, словно на плацу:
— Этьен из Сижана. Сержант пятой роты второго батальона Наварского полка. Во время подавления восстания в Севеннских горах отказался колоть штыком пленных крестьян, за что приговорён к виселице. Бежал. Здесь зарабатывал на жизнь охраной караванов, в том числе сопровождал господина Лудовико Дольсе.
Оба французы и оба случайно или умышленно обошли стороной французскую колонию на острове Гаити! Хотя, их не стоит опасаться, для жулья здесь найдутся более привлекательные места, чем прислуживать бедному дворянину. Вместе с тем следует отметить деликатность мажордома, который изначально оградил кабальеро от контактов с соотечественниками. Если «гвардеец» бежал от вендетты, то письмо слуги на родину может случайно навести на след. Для Артёма в этом несомненный плюс, урождённый испанец быстро его раскусит.
Выдав обретённым слугам по два золотых дублона «на карманные расходы», Артём приказал им экипироваться в соответствии с новым статусом, включая инструмент цирюльника для Дидье и оружие для Этьена.
Не успел Артём отправить своих слуг, как перед ним предстал портной. Как правило, мужики не обсуждают изменения фасоны одежды. Всякие там силуэтные линии, кружева на манжетах и жабо приводят их в смертную тоску. Сейчас произошла обратная ситуация, парень буквально замучил мастера швейной иглы. Понимая необходимость соблюдать имеющиеся в этом обществе каноны моды, Артём хотел добиться максимального удобства на случай непредвиденной схватки.
По этой причине он подробно обсудил каждую деталь одежды, насколько камзол следует приталить, какие должны быть клинья, вставки и подкладка. Ткань для пошива полудюжины комплектов одежды, Артём подобрал в зелено-коричневых тонах, похожих на камуфляж.
— Интересный получается фасон… Похоже на охотничий костюм, но с элементами военного мундира! — задумчиво сказал портной, рисуя силуэты в альбоме с желтоватой бумагой.
— На кого ваша милость собирается охотиться в здешних горах? — с ехидцей спросил неслышно подошедший мажордом. — Здесь нет никакой дичи!
— Зато полно всяких двуногих тварей, которые норовят лишить жизни честных людей. — Невозмутимо ответил «гвардеец».
— Решили взяться за охрану караванов? — уточнил Лудовико Дольсе.