Страница 6 из 93
Сати поднялась по лестнице, на ходу распечатывая письмо.
– Гм… приглашение. А куда? «Городская тюрьма проводит день открытых дверей и приглашает всех желающих…» Что?
Она остановилась и перечитала текст еще раз.
– «День открытых дверей», ага… это же отличное мероприятие! Надо сходить, отчего ж с приятными людьми не повидаться? А когда? В пятницу?
Сати задумалась. Посетить интересное мероприятие хотелось не просто так, а в подходящей компании, поэтому она тряхнула головой и решительно повернула к компьютерному отделу. Ремонтная лихорадка обошла дизайнеров стороной – каким-то образом им удалось остановить «оккупантов» на подступах и доходчиво объяснить, что ремонт в отделе не нужен.
Возле большого стола, нависая над главным художником, стоял ответственный секретарь газеты, облаченный в черный пиджак и черный же галстук и оттого очень похожий на владельца похоронного бюро. Глядя на художника поверх очков, он выговаривал:
– Коллажики рисуешь? Читателя веселишь? А знаешь ли ты, что не за горами глобальная экологическая катастрофа? Догадываешься, что будет? Миллионы людей лишатся крова и превратятся в беженцев! Будут затоплены огромные территории, а количество ураганов, разрушительных торнадо, пожаров и прочих стихийных бедствий значительно вырастет! Об этом ты подумал?
– Да погоди ты с экологией, – отмахнулся художник, жуя булку и разглядывая забракованный коллаж. – Ты по делу говори. Что не нравится?
Секретарь с готовностью принялся черкать синим карандашом на листе с коллажем. Художник посмотрел, вздохнул и отложил булку.
Сати поискала взглядом сисадмина:
– Никита, в пятницу в городской тюрьме…
Она умолкла. На месте приятеля сидел темноволосый парень в синей футболке и лениво перебирал макеты полос.
– Что там, в тюрьме?
– День открытых дверей, – буркнула Сати. Настроение у нее мгновенно испортилось. – Не хочешь сходить? Могу устроить.
Она окинула взглядом стол приятеля, заваленный чужими папками, дисками и бумагами, и поджала губы.
– Заждались тебя там. Уж и камеру повышенной комфортности выделили, и баланды наварили, и форму новую надзирателям пошили, а тебя все нет и нет.
Сати, заметив, что застекленная рамка с фотографией кота по кличке Яндекс, любимца Никиты, сдвинута на самый край стола, бесцеремонно отпихнула кучу журналов и поставила портрет на подоконник.
– В рекламном отделе сетка не работает, знаешь? А в кабинете секретаря – принтер. Чинить собираешься?
Парень посуровел.
– Собираюсь. Сегодня, после обеда… или завтра. Или послезавтра с утра. Дел много. А почему принтер не работает?
– Откуда же я знаю? – нелюбезно отозвалась Сати. Она подумала, прихватила фотографию кота и направилась к двери. – Ты у нас сисадмин, вот и разберись.
– Вас много, а сисадмин один, – назидательно сказал вслед парень.
Сати хотела было ответить достойно, но сдержалась. Бормоча проклятия, она поднялась на четвертый этаж и прислушалась. В редакции царила тишина. На двери красовался прилепленный жвачкой листок. На нем крупным старомодным почерком Люси было выведено: «В день сдачи газеты посторонним вход запрещен!» Рядом виднелась приписка, сделанная рукой криминального корреспондента Игоря Хамера: «И во все остальные дни тоже». Еще ниже кто-то нацарапал оранжевым фломастером: «Мы у вас тут ничего красить не будем, пока скелет не уберете, так и знайте!» Наискосок через весь лист тянулась строчка, написанная мелким почерком шефа: «Перестаньте пугать маляров Порфирием!»
«Протестую. Порфирий – наш сотрудник», – встрял ответственный секретарь. Сати своими глазами видела, как вчера он приписывал эту строчку, а буквально час спустя на листке появилась грозная надпись: «Всех уволю!»
На этом переписка как-то сама собой заглохла, но поздно вечером криминальный корреспондент все же не удержался и тайком приписал внизу печатными буквами: «Требуем повышения зарплаты!»
Отреагировать на этот выпад шеф еще не успел.
Сати вошла в комнату. Криминальный корреспондент Игорь Хамер, как всегда подтянутый и собранный, сидел за столом и внимательно изучал сводку УВД.
– Привет, Сати, – весело сказал он. – Печенье? Откуда? Из рекламного отдела? Это хорошо. Жаль, чайник у нас не работает, а то бы чайку сейчас… Новый сисадмин чинить не хочет, слышала?
– Слышала, как же, – отозвалась она. – Я уж просила его вчера, а он сказал, что не барское это дело – чайники ремонтировать. Ладно, всухомятку съедим… А ты куда собрался?
Сати подошла к своему столу и осторожно сняла с компьютера газетные листы, засыпанные побелкой.
– На выезд. Сообщили только что. – Хамер принялся рассовывать по карманам блокнот, ручку и диктофон. – Оч-чень интересное ограбление ночью произошло. Зоомагазин ограбили, слышала?
– Зоомагазин? – озадаченно переспросила Сати. – И что сперли? Белых мышей?
– Пока не знаю. Надеюсь, стоящее что-нибудь. – Хамер с треском распечатал коробку с печеньем. – Какая неделя спокойная выдалась, – с отвращением сказал он. – Ни тебе убийств, ни разбойных нападений… о чем писать?! Ну да еще выходные впереди, все может случиться. – Криминальный корреспондент повеселел. – Вот зоомагазин ограбили, хоть что-то… Начальник рекламы в магазин стройматериалов сейчас поедет, краску для ремонта по бартеру закупает… ну и меня заодно захватит. – Он захрустел печеньем.
– Рекламщики машину редакционную окончательно к рукам прибрали, – недовольно проворчала Сати. – Но я на них управу найду! Пусть или график соблюдают, или шеф пусть еще одного водителя на работу берет! А то экономит все… Мне через час с фотокорреспондентом в ресторан «Таежный» ехать, и на чем я туда добираться должна? На метле?
– Гм… а раньше-то как?
– Раньше меня Никита возил. А теперь? Придется на троллейбусе… хорошо, хоть недалеко.
Хамер кивнул и, прихватив пригоршню печенья, направился к двери. Сати посмотрела ему вслед и вдруг стукнула кулаком по столу:
– Стой!
Криминальный корреспондент испуганно замер.
– Что у тебя в левом кармане куртки? – зловещим тоном спросила Сати. – Показывай!
Коллега поспешно отвел глаза.
– Ничего! Диктофон, печенье и… э… все.
– Все? – Сати выскочила из-за стола, обошла криминального корреспондента кругом, подозрительно оглядывая с головы до пят. – Ты кого обмануть хочешь? Выворачивай карманы!
Хамер недовольно заворчал, но подчинился. На свет появился брелок с двумя ключами, записная книжка и мятая пачка сигарет.
– Так я и знала! Дай сюда… давай, давай! – Сати выхватила пачку. – Ты же пообещал недавно… на общей планерке слово дал, что бросишь курить! Поклялся преступностью нашего города, что больше – никогда! А мы пообещали тебе в этом помогать. А ты нас обманул?
– Да я…
– Не отпирайся, обманул, вот улика! Вещественное доказательство. – Сати повертела у него под носом пачку. – Все, конфискую в пользу Люси, понял? То-то же. А теперь катись на свой репортаж!
– Да я и купил-то случайно, – заныл Хамер, провожая тоскливым взглядом изъятую улику. – По привычке…
– По привычке, конечно! Шел вот так себе, шел, да и купил. Запомни, Игорь, коллектив решил бороться с твоими пагубными привычками не на жизнь, а на смерть! И от своего не отступит.
Она пошарила в кармане пиджака и протянула небольшую яркую коробочку.
– Это еще что? – обреченно спросил криминальный корреспондент.
– Жвачка антиникотиновая. По дороге на работу вспомнила про тебя и купила. Жуй. Говорят, помогает.
Хамер вздохнул, сунул коробочку в карман и исчез за дверью.
Сати уселась за стол и открыла файл.
– Обувная фабрика, – пробормотала она и задумчиво уставилась в окно. – Чего бы этакого написать? Начать, конечно, нужно как-то торжественно… – Сати потянулась за коробкой с печеньем. – Но как? А в конце обязательно, что «обувная фабрика уверенно смотрит в будущее». Так… в будущее…
Забренчал старый телефон внутренней связи. Сати, не отводя глаз от монитора, нашарила черную трубку, обмотанную изолентой.