Страница 4 из 10
– Так, ага, пришли, вымогали, примите меры… на юридическом, что ли, училась? – убирает мою писанину в ящик стола.
– Не доучилась, – хмыкаю, наконец поднимая глаза.
Мурас склоняет голову чуть вбок, а потом самым обыденным тоном спрашивает дальше:
– Фамилию запомнила того, кто приходил?
– Да, я там написала.
Он хмурится и вытаскивает лист обратно.
– Морозов. Хо-ро-шо.
Хлопает в ладоши, а на губах почти в прямом смысле загорается какая-то ядовито- предвкушающая улыбка.
– Пошли, – поднимается, шагая к двери.
Я иду следом, не совсем понимая, что происходит.
– Посиди тут, – останавливается и открывает дверь допросной, когда мы проходим мимо, – я сейчас подойду.
– Ладно.
Сцепляю руки в замок. Замирая на пороге этой… комнаты. Серой, холодной, пустой. Стол, два стула и решетка на окне. Интерьерчик.
Игорь возвращается не один. Точнее, вначале он почти закидывает в помещение того самого мужика-вымогателя, после заходит сам, закрывая дверь на ключ.
– Начнем? – приподымает бровь.
– Что? – ступаю назад, чувствуя, как упираюсь спиной в ледяную стенку.
– Этот? – кивает на… парня.
Да, этот показавшийся мне вчера громадным мужиком на самом деле молодой парнишка. Широкоплечий просто. И, кажется, до смерти напуганный.
– Что он хотел, какие требования были?
– Процент и деньги сегодня. Как компенсация.
– Компенсация, значит? – ухмыляется, прожигая того взглядом. – В свой карман?!
Я смотрю на все это действо и понимаю одно – второй раз я не выпутаюсь. Мне нужно бежать. Срочно. Быстро. Сейчас. Но я стою. Мой мозг уже сообразил масштаб проблемы, только вот не перещелкнул с канала на канал.
– Игорь, я объясню…
– Конечно, объяснишь, Олег. Конечно.
Мурас подходит ближе и не жалея сил бьет парня под дых. Тот складывается пополам и сползает по стенке на пол.
Я взвизгиваю, но моментально затихаю, стоит только этим глазам полоснуть по моему лицу.
– Виновные наказаны. А сейчас о наших баранах. Ты хозяйка?
Отрицательно качаю головой.
– Баба, что ль, его?
– Нет. Я управляющая.
– Хорош хозяин, мужик! Бабу за себя разбираться посылает, – убирает руки в карманы. – Сегодня, говоришь, Олежа с ним договаривался? Номер своего хозяина давай, сам встречусь. И да, пойдешь с этой бумажкой куда-то еще, пожалеешь, – щелкает меня по носу и как ни в чем не бывало возвращается в свой кабинет.
***
Я прикрываю глаза. До сих пор не веря, что это он. Прошлое накатывает с двойной силой. Что мне теперь делать?
На улице делаю глубокий вдох, словно он когда-то кому-то помогал успокоиться. До ресторана добираюсь пешком. Мне нужно проветрить мысли, а еще лучше, похоронить все, что сейчас лезет в голову, и никогда не вспоминать.
Почему он появился именно сейчас? Это чья-то шутка? Или я вновь в чем-то провинилась? Не знаю. Знаю только одно – мне нужно держаться от всего этого подальше.
В ресторан захожу уже с улыбкой, точнее с ее подобием.
Иван приветливо кивает и протягивает чашку кофе.
– Спасибо, – делаю глоток, и чертов кофе становится поперек горла.
Мурас уже сидит в нашем зале. Рома заглядывает ему в рот, сидя напротив. Черт! Мохов кидает на меня взгляд, и я резко отворачиваюсь к бару. Нужно бежать. Оставив чашку на баре, быстро топаю в кухню. Я в домике. Меня никто не видит.
Но, конечно, это все отговорки. Ромка забегает почти следом.
– Лунга!
– Я Лунгу, – кривлю рот.
– Да мне плевать. Ты охренела? Ты какого черта к нему поперлась? Я тебе говорил никуда не лезть, я бы сам все решил. А теперь… теперь этот, – кивает в зал, – хочет, чтобы все дела решались через тебя.
– Что?
Вот это очень неожиданно. Неужели он помнит… вновь хочет поиграть? Ну я ему поиграю. Так поиграю, что на всю жизнь импотентом останется. Сволочь!
– Хорошо, – задираю подбородок и походкой от бедра иду в зал.
– За что мне все это? – Рома возводит руки к потолку, а потом идет за мной.
Все еще гневаясь, миную пару столиков и без всяких любезностей и улыбочек сажусь напротив Мураса.
– Итак, давайте обсудим, что вы там от нас хотите? – приподымаю бровь.
– Ну вот, – ухмыляется, – я же говорил, с ней куда интересней. Роман тебе все расскажет.
– Мы на брудершафт не пили, – начинаю нервничать, – не нужно мне тыкать.
Скоро взорвусь от злости.
– Это предложение?
– Извольте. Это просто факт, – успокаиваюсь, – Роман мне все расскажет. Доброго Вам дня, будем рады видеть Вас в нашем ресторане, – улыбаюсь, убирая локон волос от лица.
Эта сволочь как-то странно на меня смотрит, а потом, едва заметно кивнув, идет на выход.
– Ты обалдела? Нам с ним дружить надо, а ты… куда лезешь?
– Рома! – шиплю. – Нам избавиться от него надо, есть у меня один знакомый…
– Хватит, Жень. Нет.
– Ладно, – закатываю глаза.
Да сейчас, так я на все это и согласилась. Будем играть по твоим правилам, товарищ майор. Как только Мохов уезжает, я звоню Витьке. Юлькин однокурсник, он с детства за ней увивался, но сестра особо вниманием его никогда не жаловала.
– Вить, привет, это Лунгу.
– Юлька? – голос радостный.
– Другая, Вить, Женя это.
– А… привет. Что-то случилось?
– Давай встретимся сегодня вечерком, пара вопросов есть. Ты же здесь на районе, в нашем отделе служишь?
– Да. Где встретимся?
– У меня в ресторане. Знаешь, где это?
– Да был разок. Найду.
– Спасибо.
– А что за дело?
– Жизни и смерти.
Убираю телефон и только сейчас задаюсь вопросом, а почему я не позвонила ему с утра. Или вчера. Почему сразу к нему не пошла, а тупо наобум в ментовку поперлась? Господи, ну дура же. Дура. Отпуск однозначно плохо повлиял на мои мозги.
Ровно в семь Виктор при параде, в капитанской форме, сидит за одним из столиков. Киваю официанту, и тот приносит нам две чашки чая.
– Привет, – подхожу сзади и медленно отодвигаю соседний стул.
Витя кивает.
– Спасибо, что пришел.
– Давай уже по существу. Я дежурю сегодня.
– В общем, тут такое дело. У нас деньги вымогают. Крыша типа.
– Интересно… кто, что, знаешь? Заявление нужно написать.
– Да я вот хотела… только, понимаешь, в чем дело… у нас деньги вымогают опера из вашего отдела.
Витька как-то сконфуженно оглядывается по сторонам и нервно трет козырек фуражки, лежащей на столе.
– Что? – не выдерживаю.
– Женька, прости, ничем помочь не смогу, у нас начальник СКМ новый, пару месяцев назад его назначили. Переводом. Мутный тип. Ты знаешь, все взятки берут. По мелочи, но берут. Только, Жень, многие людьми остаются. А он… в общем, я поузнавал, беспредельщик тот еще. Не смогу я ничем помочь. Он выкрутится. Не первый раз уже на него заявления в УСБ пишут. А потом все очень гладко заминается… прости, но перейти дорогу кому-то вроде него, ты сама понимаешь… лучше заплатите.
Он сейчас серьезно? Что за бред!
– Вить!
– Жень, мне идти пора. Дежурство.
– Господи, ты следак или кто? Кого ты боишься?
– Он первый зам нача отдела. Да его ребята всю верхушку кормят. Ты серьезно думаешь, что я что-то смогу сделать? Наш начальник следствия с ним через выходные на охоту ездит. Думай сама. А лучше успокойся и заплати. Не из своего же кармана.
Высказавшись, этот трус уходит. Смотрю ему вслед, и меня потряхивает. Что за жизнь? Мир? Что за люди!!!
Хочется расплакаться, но нет времени. Нужно что-то придумать.
ГЛАВА 3
Наливаю горячую ванну и, наполнив бокал красным сухим, заныриваю. Немного медитации, и я придумаю выход из любой ситуации.
Ну зачем? Зачем же ты вновь появился, скажи? Мало тебе было моего разбитого сердца. Мало издевательств? Мало. Тебе всегда и всего мало.
Закрываю глаза.
Университетское общежитие юридического факультета. 5 лет назад.