Страница 21 из 23
Быстро проверив все необходимые бумаги и файлы, Эванс скинула обувь и надела черные туфли на высоком каблуке. Туфли были одной модели, но от разных пар: левая из коробки, что хранилась дома в кладовой, а правая – из ящика рабочего стола.
– Оу, каблуки! Ягодка, ты никак прислушалась к моим словам. Я что-то пропустил и покинул вас с Адамом Ларссоном раньше времени? – тон Криса был игривым и немного ехидным.
– Оу, Крыс, мне казалось, это мне следовало уйти раньше времени, чтобы вы не упустили возможности побыть наедине с Адамом Ларссоном, – передразнила его девушка, и Крис густо покраснел от ее слов, уткнувшись взглядом в пол.
– Что, так заметно было, да? – нелепое смущение Криса немного разряжало нервозную обстановку, царившую сегодня во всем офисе.
– Только бы слепой не увидел, напряжение между вами можно было ножом резать, – заговорщически шепнула она ему в ухо, привстав на цыпочки. Оулли зажмурился и потряс головой, абстрагируясь, будто ничего и не слышал. Для Эванс же это была сладкая месть за слова Криса при их последней встрече.
Войдя в конференц-зал, Эванс и Оулли заняли места подальше от мест, где должны были сидеть руководители и правление, чтобы незаметно для всех зевать в кулаки. Имевшиеся опасения по поводу скуки подтвердились и даже немного превысили ожидания. Когда Оулли перепутал страницы из подготовленного Эванс доклада, никто этого и не заметил.
– У вас все, доктор Оулли? – уставшим голосом сказал Адам Ларссон, глядя в никуда стеклянным взглядом.
– Да, мистер Ларссон, на сегодня это все, что мы имеем, – дрожащим голосом сказал Крис.
Судя по опущенным головам собравшихся, сам Оулли был единственным, кому был интересен его доклад. Все и без него было ясно. Их заранее списали и отправили на склад, а рассмотрение перспектив – лишь еще один пункт для профсоюзов в процедуре расформирования структурной единицы и сокращения штата.
– За два года у вас не появилось никаких новых разработок? Это ставит под сомнение вопрос о целесообразности существования вашего Управления, – Адам, видимо, уже заранее заготовил эти слова, а некоторые из правления утвердительно кивали им.
– К сожалению, мы не можем предоставить вам других данных, – Крис покраснел до кончиков ушей от взгляда Адама и ждал поддержки от Эванс. Та только смотрела на стол перед собой, не поднимая головы.
– Вам нечего добавить, доктор Эванс? – Адам обратился к ней напрямую, недовольно постукивая пальцами по столу.
– Есть один перспективный проект, но он на стадии согласования, мистер Ларссон, – ответила Эванс будничным тоном, на что Адам удивленно приподнял бровь, а Крис едва не убил ее своим взглядом. Он ждал поддержи, а не удара артиллерии прямо по своим.
– Просветите нас, – Адам откинулся в кресле и уже был готов к представлению, бросив взгляд на брата, но Лиам держал непроницаемое лицо, хотя теребил телефон и пролистывал лентыв социальных сетях.
– Есть несколько перспективных госзаказов на производство полимерных материалов высокой прочности. У нас есть образцы и можем приступить к производству хоть сейчас, но проблема заключается в том, что запрос на использование патента только направлен разработчику в Mayercorp. На данный момент они ничего не производят по этим патентам, так что вполне выгодно предложить им сделку. Я известила председателя совета директоров в заинтересованности Larsson Industries в сотрудничестве официальным письмом несколько часов назад. На данный момент мы ждем от них ответа. Сделка выгодна для обеих компаний: с них патент, а с нас производство, прибыль поделим через посредника, – завершила Эванс отчет.
– Благодарю вас, доктор Эванс, мы вернемся к этому вопросу позже, переходим к Управлению по международным связям, – констатировал Адам, поглядывая на брата и Оулли.
По его виду было понятно, что ее слова его ничуть не впечатлили, да и не было никакого смысла откладывать уже заготовленный приговор. На лицах же Криса и Лиама читалась ярость и недоумение одновременно, и только подтвердило предположение Адама, что такого поворота событий не ожидал никто из них. Но как бы ни пыталась сейчас Эванс выиграть время, в итоге им с Оулли все равно крышка. Казнь, значит казнь, а Эванс и Оулли пойдут в архив сортировать бумаги.
***
Заседание растянулось на несколько часов. Адам думал, что оно никогда не закончится. Ему нужно было время обдумать сказанное Эванс в лифте и на заседании. Он никогда не успевал за ходом её мыслей. Порой его пугало, куда они её приводили. Она была похожа на бомбу замедленного действия, которая, не знаешь, когда рванет и выпалит что-то убийственное, так как не умеет вовремя закрывать рот. Адаму не понравилось, что она попыталась ему возразить и проявила инициативу, не посоветовавшись с ним и не сказав ничего Оулли по поводу запроса на право использования патента у конкурирующей компании. Хотя, возможно, сотрудничество с Mayercorp и на руку Larsson Industries, но сейчас Адам должен контролировать Эванс, как никогда, в чем Оулли ему никак не помог. Внезапно всплывший Томпсон только добавил проблем к уже имеющимся, а Эванс связующее звено между ним и Северным Нордэмом. Потерять над ней контроль равносильно проигрышу. На поиск нового посредника уйдет время, которого у них и так в обрез.
Он украдкой взглянул на Лиама, который со скучающим видом смотрел в телефон. Казалось, его брату было вообще на все глубоко плевать. «Вот кого нужно отправлять на переговоры к Майеру», – прикинул Адам, погрузившись в размышления, и не сразу заметил, как последний докладчик закончил свой отчет. После «вежливого» пинка под столом от Миранды, Ларссон, поблагодарив всех присутствующих, наконец, распустил заседание, чем осчастливил всех и каждого. Достав телефон, задумавшись, Адам отправил сообщение и покрутил его в руках в ожидании ответа.
Исходящее сообщение для К.:
«Выпьем кофе?»
Входящее сообщение от К.:
«Не могу. Ужинаю с коллегами в 22.00 в тёплой дружеской атмосфере, согревавшей нас долгими зимними вечерами»
Удовлетворенно хмыкнув, Адам спрятал телефон и направился к выходу, где его нагнал Лиам, нервно покусывающий губы. Брат выглядел абсолютно спокойно, но Адам прочитал в его глазах тревогу.
– Ты же сказал, что все под контролем, верно? – Лиам и, правда, был на взводе, но заметил это только брат.
– В полном. Что-то случилось? – он непонимающе посмотрел на всполошенного молодого человека.
– Ты видел, в чем она пришла на заседание? – тихо спросил Ли, и Адам сделал вид, что не понимает, о чем он пытается ему сказать. Конечно, он увидел платье, которое велико ей на несколько размеров, но это, по мнению Адама, был не повод для паники, которую начал разводить мелкий истерик.
– Посмотри на её туфли, – уточнил Лиам, затаив в голосе что-то, что Адам не разобрал.
– Она давно не ходила на каблуках, но это не повод впадать в панику, Лиам, – в голосе Адама проскользнуло раздражение, – она все равно ниже, чем ты.
– Ты не понял, – Лиам начинал злиться, что остался непонятным.
– Я не силён в моде, милый брат, просвети меня, – намёк на ориентацию Лиама, коим Адам попытался его заткнуть, был выделен жирным шрифтом.
– Платье и туфли те же самые, что были на ней тогда, в ночь, когда погиб Ричард, – последнее уточнение Лиам сказал почти шепотом, подойдя ближе к Адаму.
– Ты думаешь, это единственная пара туфель в Нордэме? – конечно, он видел. Он же не слепой, в конце-то концов, и тон Адама стал резким с проскользнувшими в нем властными нотками.
– Нет, но вряд ли Эванс купила себе только правую, положив ее себе в ящик рабочего стола, и решила отпраздновать приобретение, упиваясь двадцатилетним вискарем прямо на рабочем месте, вместо того, чтобы пойти вечером домой, – голос Лиама сочился ядом.
– Когда это произошло? – возмущенно спросил Адам.
– Накануне. Я застал ее в офисе вечером за распитием крепких спиртных напитков. Кто-то подбросил ей туфлю в ящик рабочего стола. Она не сказала об этом никому из нас, и, скорее всего, продолжила бы молчать, не застань я ее вечером в офисе. И после этого, ты говоришь мне, что все под контролем? – Лиам шипел как рассерженный кот, но голоса не повышал.