Контролируемый хаос

– Не заставляй меня пожалеть, что я согласилась на эту дурацкую авантюру, Малфой, – вздохнула Гермиона, чувствуя, как после слов о том, что она «окажется полностью в его власти», по телу прошла нервная дрожь.

– Не беспокойся, Грейнджер, твоя безопасность и психическое здоровье на следующие два часа станут для меня главным приоритетом, – серьезно заявил Драко, и в его взгляде на миг мелькнуло нечто странное. Не успела Гермиона понять, что это было, как он коварно ухмыльнулся и объявил: – Что ж, время пошло.

Он вдруг отвернулся, взял со стойки свой стакан и начал спокойно пить Огневиски, словно никакого пари и не было. Гермиона захлопала глазами, непонимающе глядя на него. Она ждала, что он сразу же прикажет ей забраться на стойку и станцевать чечетку или пойти поцеловать Рождерса, однако Малфой просто сидел и молчал, как будто и вовсе забыл об ее существовании.

– Ну и? – недовольно пробурчала она, скрестив руки на груди. – Время пошло и всё идет. Я думала, в твоих интересах распорядиться им как можно оригинальнее.

– Я и распоряжаюсь, – ухмыльнулся он и смерил ее строгим взглядом. – Ты опять пытаешься перехватить контроль, Грейнджер. Что я говорил тебе о том, что ты не должна оспаривать мои приказы?

– Я что-то пока не слышала никаких приказов, – упрямо возразила она, совершенно не собираясь вести себя как примерная школьница. Ей и в Хогвартсе этого хватило.

– В этом и смысл, Грейнджер, – Малфой тяжело вздохнул и закатил глаза, будто разговаривал с очень упрямым и непослушным ребенком, да еще и весьма недалеким. – Еще ничего не произошло, а ты уже вылезла с попыткой взять ситуацию в свои руки. Расслабься, пей свой коктейль, сегодня замечательный вечер, ты только что узнала, что человек, который задирал тебя в школе, считает тебя высококлассным специалистом и буквально мечтает заполучить в свою команду. Наслаждайся. Просто плыви по течению. Неужели это так трудно?

Гермиона уже открыла было рот, чтобы возмутиться, но остановила сама себя и еще раз прокрутила сказанное в голове. И замерла, осознав, что чертов Малфой прав – во всем, от первого до последнего слова. А его признание ее профессиональной компетенции особенно согрело душу. Она медленно, будто нерешительно, облокотилась о стойку, взяла стакан с коктейлем, сделала глоток и, не торопясь, покрутила терпкую горьковато-сладкую жидкость во рту. И неожиданно поняла, что всегда раньше пила этот коктейль машинально, между делом, быстро проглатывая и ни разу так и не ощутив все оттенки его богатого вкуса, который буквально взрывался на языке нотками апельсина, мяты и джин-тоника. Как много она, оказывается, теряла, зацикливаясь на мыслях о работе и не позволяя себе наслаждаться сиюминутными удовольствиями жизни.

Она перевела взгляд на Драко, который внимательно наблюдал за ней краем глаза, попивая свой Огневиски, и робко улыбнулась ему. Он одобрительно кивнул и отсалютовал ей бокалом. Какое-то время они пили молча, и Гермиона совсем расслабилась, смакуя коктейль и лениво прислушиваясь к гулу голосов за спиной. Суетящийся за стойкой бармен вдруг поднял глаза от шейкера, в котором смешивал очередной напиток для одного из гостей, и задорно ей подмигнул. Гермиона почувствовала, как ее щеки вспыхнули от смущения, и поспешила прикрыть бокалом предательски растягивающиеся в улыбке губы. Вспомнив все свои визиты в этот бар, она сложила два и два и в очередной раз за вечер поразилась: как она могла не замечать, что бармен, похоже, симпатизирует ей? Неужели она так увязла в своих отчетах, что пропустила вообще всё хорошее в своей жизни?

– Ты допила, Грейнджер? – вырвал ее из размышлений голос Малфоя, и она, переведя взгляд на свой опустевший бокал, кивнула. – Тогда, прежде чем мы уйдем отсюда и начнем искать приключения на твой симпатичный зад, я хочу, чтобы ты сходила в туалет.

– Что? – Гермиона уставилась на него, совершенно не ожидав ничего подобного. Малфой продолжал ее сегодня не просто удивлять: он шокировал ее до глубины души.

– Полтора часа в баре и два коктейля, – невозмутимо продолжал он, не обращая внимания на ее выпученные глаза и отвисшую челюсть. – Тебе наверняка уже нужно… попудрить носик. Как бы то ни было, неважно: я хочу, чтобы ты сходила в туалет. В мужской.

– Что-о-о?! – чуть громче, чем хотела, воскликнула Гермиона и тут же мило улыбнулась обернувшимся на ее вопль людям за стойкой, показывая, что все в порядке. – И как ты себе это представляешь? Я должна просто так, как ни в чем не бывало, пойти в мужской туалет?!

– Именно, – кивнул засранец Малфой, спокойно допивая Огневиски.

– Да кто меня туда пустит?!

– Ну… – он окинул ее взглядом, как будто увидел в первый раз. – Ты же Грейнджер. Подруга Поттера, «Золотая девочка». Перед тобой в этой жизни должны открываться все двери.

– Но не дверь мужского туалета!

– Значит, ты хочешь использовать свое право вето? – невозмутимо осведомился Малфой, и в его голосе вместе с ехидцей прозвучал намек на угрозу.

– Нет, не хочу, – тут же пошла на попятную Гермиона, представив себе, что его извращенный мозг может выдумать вместо этого.

– Тогда иди. Я понаблюдаю отсюда. И учти, просто зайти и тут же выбежать обратно не считается. Ты должна провести там как минимум пару минут, поэтому лучше воспользуйся моим советом и все-таки… займись своим очаровательным носиком и хорошенько попудри его.

Вставая, Гермиона не удержалась и украдкой показала ему средний палец, прежде чем двинуться сквозь толпу людей к неприметным дверцам, полускрытым нишей в углу зала. Чем ближе она к ним подходила, тем сильнее ей начинало казаться, что всё это плохая идея и зря она ввязалась в эту сомнительную авантюру с Малфоем. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что, кроме нее, никто больше не собирается навестить сие место уединения и раздумий, она решительно выдохнула и, словно ныряя в ледяную воду, распахнула дверь с табличкой, на которой были нарисованы улыбающиеся штанишки. И почти влетела в выходящего оттуда мускулистого красавца в обтягивающей белоснежной футболке. Едва не ткнувшись лицом в белую ткань и чудом избежав конфуза, потому что там наверняка отпечатался бы весь ее макияж, Гермиона просто замерла на входе, тупо хлопая глазами.

– Мэм? – густым басом прогудел мужчина, вопросительно подняв бровь. Гермиона стушевалась, но практически сразу же взяла себя в руки и решила идти напролом, как делала иногда на совещаниях, когда дело заведомо было дрянь.

– Сэр? – в тон ему отозвалась она и, уверенно протиснувшись между его широкой фигурой и дверным косяком, направилась внутрь, как будто ничего странного не происходило.

– Э… мэм? – непонимающе окликнул ее мужчина, и Гермиона, обернувшись, выпалила:

– Что? Вы не видите табличку на двери? Я тоже, между прочим, в штанах! Не смейте дискриминировать меня по моему гардеробу! – и пока он не успел опомниться, влетела в кабинку и захлопнула за собой дверь. Прислонившись лбом к прохладной плитке на стене, она помянула Мерлина, его бабушку, мать, а заодно и всех предков Малфоя до седьмого колена. В красках представляя себе, как будет ему потом мстить, она решила все же воспользоваться по назначению тем местом, куда попала, а закончив, осторожно выглянула наружу, молясь, чтобы никого больше не встретить. Ей повезло: по счастливой случайности в туалете не оказалось людей, и она благополучно сбежала оттуда на всех парах.

Драко встретил ее, одобрительно посмеиваясь, и она злобно ткнула его в плечо.

– Я уже говорила, как сильно ненавижу тебя? – прошипела она, плюхаясь на свое место.

– Нет, но я предчувствую, что за сегодняшний вечер мне еще не раз придется это услышать, – спокойно отозвался он и, склонившись ближе, одобрительно сказал: – Ты молодец, Грейнджер. Не думал, что ты сможешь, но, похоже, твоя гриффиндорская храбрость за эти годы никуда не делась.

– Как и твоя слизеринская хитрожопость, – огрызнулась Гермиона, впрочем, польщенная его похвалой.

– Что есть, то есть, – согласился он, поднимаясь с места. – Идем.