Страница 8 из 10
Катя хитро улыбнулась.
– Мы уже выбрали тебе платье. Твоего брата я беру на себя.
Ника неожиданно бросилась ей на шею.
– Спасибо! Как же я рада, что ты появилась.
Катя погладила ее по спине. Ответить ей было нечем.
***
Стоило им спуститься на первый этаж, как тут же появился Андрей.
– Что я говорил об этом платье, Ника! – Прогремел он.
Боже, эмоции этого мужчины менялись со скоростью света. Катя закатила глаза.
– Оставь Нику в покое, Демьянов. Платье прекрасное и совсем не короткое. А если отправишь ее переодеваться, то я надену его сама, а я выше Ники. Выводы делай сам.
– Ты не сделаешь ничего подобного! И Ника переоденется.
Катя невинно улыбнулась.
– Можно потише? Моя мигрень еще не прошла. И этот спор тебе не выиграть, потому что ты не можешь указывать мне, что надевать. Я жена, а не рабыня. И не твоя подопечная, как в случае с Никой.
Демьянов зло выдохнул, но сдержался.
– Я отступлю, потому что мы уже опаздываем. Но впредь, ДАЖЕ НЕ НАДЕЙСЯ!
Ника восторженно зааплодировала.
– Так держать, Катя!
***
Прием был скучным до невозможности. Все хотели познакомиться с Катей, и Демьянов ни на шаг не отходил от нее, обнимая за талию жестом собственника, демонстрирующего свой трофей. Катя то и дело останавливала его руку, норовящую сползти ниже. На все приглашения потанцевать он отвечал отказом от ее имени, в шутливой форме мотивируя это тем, что они молодожены и им трудно оторваться друг от друга, хотя сам частенько вытаскивал Катю на танцпол, пользуясь случаем прижаться к ней поближе и поцеловать то в ушко, то в шею. Он вел себя как нежный супруг, души не чающий в молодой жене, и Кате приходилось подыгрывать ему в этом. Она вздохнула с облегчением, когда Ника утащила ее от брата, ссылаясь на поход в комнату для девочек. На самом деле вместо этого они спрятались за широкой колонной.
– Посмотри вон туда, под балкон, – прошептала Ника.
Катя увидела, что там разговаривают парень и девушка лет двадцати-двадцати пяти.
– Парень – это Рома. Любовь всей моей жизни. А рядом с ним – Оля, его девушка. Ненавижу ее!
– А тебе не кажется, что он слишком взрослый?
– Ему двадцать три, как и тебе, – возмутилась Ника. – Я влюблена в него уже целый год, но он считает меня малолеткой. Как только я не пыталась понравиться ему! Ничего не получается. Помоги мне, а?
Катя почувствовала себя в трудном положении. Ника показалась ей довольно ранимой, и она боялась ей сказать напрямую, что та действительно слишком мала, чтобы привлечь внимание такого парня.
– Извини, Ника, но я не смогу тебе помочь. Я всегда была очень застенчива в общении с противоположным полом. И не думаю, что ты должна проявлять инициативу. Первый шаг должен делать мужчина.
– Боже, в каком веке ты родилась? Неудивительно, что вы с Андреем сошлись. У вас совершенно устаревшие взгляды на жизнь. Ну, пойдем хоть перекусим. Андрей всегда нанимает одну и ту же кейтеринговую компанию и еда у них – пальчики оближешь.
– Планы по завоеванию так быстро забыты? – Удивилась Катя.
– Не забыты, а отложены. Я – растущий организм и мне нужно хорошо питаться.
Настроение этой девочки, как и ее брата, менялось со скоростью света. В какую семью попала Катя?!
***
Домой они вернулись в двенадцатом часу ночи. Ника сразу отправилась в свою спальню, и Катя последовала ее примеру. Демьянов скрылся в кабинете, и это обстоятельство дарило счастливую возможность переодеться до его прихода. Еще днем Катя заметила, что на двери гардеробной нет замка. Он может зайти в момент ее переодевания – с него станется! Катю ожидал сюрприз: чемоданы таинственным образом исчезли, а вся ее одежда была отглажена и висела на вешалках. Даже белье Надя разложила по ящикам, чему Катя совсем не обрадовалась. Все-таки она не привыкла, чтобы ее личные вещи трогали другие люди. Надо будет завтра поблагодарить Надю и намекнуть, что своей одеждой впредь она будет заниматься сама. Переодевшись в пижаму, состоящую из шелковых брюк и топа винного цвета, Катя смыла макияж и, заплетя волосы в косу, легла в постель. Она надеялась заснуть до прихода Демьянова. К сожалению, тот не заставил себя долго ждать и появился уже через пять минут. Катя намеренно повернулась к нему спиной и усиленно делала вид, что уснула. Через некоторое время, постель прогнулась под его весом. Девушка затаила дыхание.
– Я знаю, что ты не спишь, котенок, – прошептал он у ее уха, обвивая горячей рукой ее талию и притягивая к себе.
– Отпусти, – прошипела Катя. – Я не давала тебе разрешения прикасаться к себе.
– Ты моя жена. Мне не нужно разрешение.
Катя повернулась к нему лицом и уперлась руками в его грудь, отталкивая.
– Ты что, голый?
Она в ужасе отдернула руки, почувствовав под ладонями покрытую жесткими волосками горячую кожу.
– Я сплю в боксерах.
Глаза уже привыкли к темноте, и Катя увидела, что он ухмыляется. Вот сволочь!
– Слушай, я согласилась спать с тобой в одной кровати, но держи себя в руках. Иначе мне придется позвонить юристу, и ты выплатишь кругленькую сумму за прикосновения без моего согласия.
Демьянов даже ухом не повел. Наоборот, придвинулся ближе, практически пригвоздив ее к постели своим телом. Руки девушки он завел ей за голову, крепко удерживая запястья. Катя испуганно застыла, боясь даже вздохнуть лишний раз. Теперь мужчина лежал между ее бедер, прижимаясь к ней грудью, его лицо находилось в считанных сантиметрах от нее.
– Ты не можешь остановить меня от прикосновений, Катя. Если я тебя изнасилую, ты пойдешь к гинекологу, он тебя осмотрит, даст справку и у тебя будут доказательства. Мне придется заплатить штраф, от которого, я, заметь, не обеднею, – понимая, что она одеревенела от страха, мягко добавил:
– Расслабься, котенок, я не насильник. Но я два года обходился без тебя и мне нужно хоть что-нибудь. Я хочу прикасаться к тебе, – он наклонился ближе, соединяя их дыхание, прежде чем прижаться своим ртом к ее пухлой нижней губке, мягко пробуя ее на вкус. – Целовать.
Катя судорожно вздохнула, и его язык тут же ворвался внутрь. Вся сдержанность испарилась без следа, он хищно набросился на ее рот, не замечая, что она не отвечает на поцелуй, а лишь покорно принимает его страсть. Руки начали путешествие по ее телу, спускаясь к груди и мягко обхватывая. Катя застыла, приходя в ужас от промелькнувшей в ней искорки возбуждения. В себя ее привело ощущение огромного стояка мужчины, потирающегося о ее живот. Она судорожно забилась, пытаясь оттолкнуть Демьянова, и он со стоном отпустил ее, откидываясь на свою половину постели. Катя вскочила с кровати и отбежала на безопасное расстояние.
– Расслабься, котенок, сегодня я тебя больше не трону. Ложись и спи.
Девушка не поверила ни одному его слову и упрямо покачала головой.
– У нас договор, Катя и ты не можешь позволить себе его нарушить, так что ложись рядом. Я даже не буду сегодня тебя обнимать, обещаю.
Катя нехотя забралась обратно на кровать и юркнула под одеяло, прикрываясь им, как щитом. Демьянов все еще тяжело дышал, глядя в потолок. Катя отодвинулась как можно дальше и внимательно следила за ним, боясь нового нападения. Постепенно они оба успокоились.
– Так у тебя два года не было секса? – Внезапно вырвалось у нее, и она тут же зажала рот рукой.
Мысли вслух, блин.
Демьянов рассмеялся, словно она сказала что-то забавное.
– Иногда я забываю, какая ты наивная. Спи, Катя.
На ее вопрос он так и не ответил.
Глава 7
Постепенно жизнь входила в обычную колею. Катя снова начала работать, хотя Демьянов и попытался убедить ее в том, что ей это не нужно. Что было неудивительно, учитывая какой шовинисткой свиньей был ее муж. Он даже предложил ей работать вместе с ним, но Катя отвоевала свою малую толику независимости. Теперь ее везде сопровождал телохранитель Вова, к которому она, как ни странно, быстро привыкла. Ему выделили стол в приемной Кати, потому что он должен был находиться рядом даже в течение ее рабочего дня. Время теперь протекало для нее странным образом. Она не раз ловила себя на мысли, что совершенно перестала испытывать какие-либо эмоции. Катя перестала получать удовольствие от книг, фильмов, походов по ресторанам и шопинга. Все это очень нравилось ей раньше, но сейчас она как будто замерла. Ее мозг усиленно работал в офисе, в два раза быстрее решая задачи, ранее требующие от нее немалых усилий, а в остальное время бездействовал. Катя даже перестала злиться и раздражаться, она охладела ко всему, кроме разве что Леши. Время от времени невольные мысли о нем причиняли ей боль – единственное чувство, которое она могла теперь испытывать. Со дня их расставания прошел месяц, и больше они не виделись. Катя изредка заходила на его страницу в инстаграм, но там не появлялось новых публикаций. Девушка запиралась в ванной и плакала, снова и снова просматривая их общие фотографии, вспоминая о своем потерянном счастье. А потом смывала свое горе под душем, снова запирая свои эмоции на замок перед появлением в спальне, где ждал Демьянов, полный желаний потискать свою новую игрушку. Демьянов, прикосновения которого больше не вызывали в ней ни страха, не отвращения – ни одного чувства. Он с каждым днем пытался стать ей ближе. Пораньше забирал с работы, чтобы поужинать вдвоем в ресторане, водил в театр на нашумевшую премьеру сезона, пригласил на трехчасовой пароходный круиз. Ее все это не трогало. Она просто плыла по течению, не осознавая, что все глубже проваливается в депрессию. Все зашло так далеко, что однажды произошел срыв.