Семейные тайны

Весь в раздумьях Глава 16

Под перестук колёс поезда, в люксовом вагоне которого мы с отцом и дядей ехали в Александров, неплохо думалось. В результатах своих размышлений я, правда, пока что никакой уверенности не имел, не зная даже, к чему тут вообще можно прийти, но сам процесс тех размышлений был определённо приятен. Голова работает, работает должным образом, в общем, всё идёт как оно и должно быть.

Итак, с выяснением степени участия Бабурова в делишках Малецкого или в попытках перейти Малецкому дорожку, вымогая деньги самостоятельно, всё упёрлось в несуществующую дворянку Татьяну Полянову. И искать эту Полянову, или кто она там на самом деле, так или иначе придётся. Вот я и соображал, как бы эти поиски лучше устроить. А поскольку до того, как Василий сообщил, что всё у него готово, у меня было аж целых два дня, соображать по поводу поисков Поляновой я начал ещё дома, сразу по возвращении из трактира Дятлова.

Ясное дело, для начала я заглянул в Бархатную книгу — Шаболдин же говорил, что дворян Поляновых нет в Москве, мало ли, может ещё где сыскались бы… Не сыскались. Во всём Царстве Русском таких дворян не нашлось. Искать Лесковых и прочих я не стал, не столько у меня времени.

Затем я попробовал выяснить, какими неприятностями могли пугать Полянову (пока для себя решил именовать её так) вымогатели. Проведя пару часов в обществе соответствующих томов Свода законов Царства Русского, я понял, что с правовой точки зрения особенно большими эти неприятности назвать нельзя. У неё конфисковали бы в доход казны сумму, вырученную от продажи младенца, да ещё столько же она заплатила бы в виде штрафа. Дочь бы ей в любом случае не вернули, как не осталась бы девочка и у покупателей. Доказали бы её благородное происхождение, попала бы в приют Благородного Попечительства, а по достижении восьми лет — в Царицыну девичью школу. Не доказали бы — в обычный приют, а затем в воспитательный дом.

Но понятно, что основные неприятности были бы тут иными — развод без единой копейки от мужа и с полным отсутствием перспектив второго замужества ввиду безнадёжно испорченной репутации. Да уж, чтобы такого избежать, она бы деньги на выплату вымогателю нашла обязательно, и одному Богу известно, как ей для того пришлось бы изворачиваться.

Кстати, тут вымогать деньги можно было и у покупателей младенца — они же в случае огласки также уплатили бы штраф в сумме оплаты своей покупки, а заодно той самой покупки и лишились. А отсюда логическим образом вытекал и следующий вопрос: кому могла Полянова свою незаконную дочь продать?

Рассматривать пришедшие на ум варианты я начал с наихудших, благо, и отсеивались они после изучения быстрее и проще. Да, младенца, особенно некрещёного, мог бы купить некто, увлекающийся запрещёнными магическими практиками, но эти выродки отличаются крайней осторожностью и вряд ли кто из них рискнул бы оставить след в виде купчей. Эти просто бы похитили младенца, и скорее всего, из очень бедной семьи. Так что самый неприятный вариант я мысленно отправил в мусорную корзину. Туда же и по той же причине последовали варианты с покупкой девочки шайкой бродячих профессиональных нищих, цыганами, циркачами и так далее.

Пополнив корзину для мусора другими вариантами, не столь дикими, но столь же маловероятными или даже невероятными вовсе, я остановился на одном-единственном: Полянова отдала младенца в бездетную семью равного, а может, и более высокого положения, и не для удочерения, а чтобы та семья имела возможность официальным порядком оформить девочку как свою рождённую в законном браке дочь. Деньги в данном случае — плата за содействие в преодолении бездетности, а купчая — просто страховка, обеспечивающая молчание обеих сторон. Ну, в самом-то деле, о какой вообще купчей тут может идти речь? Это такая же «купчая», как и подписавшая её «Полянова» — не имеющая законной силы бумага, подписанная несуществующей особой, не говоря уже о том, что торговля людьми в Царстве Русском запрещена. Хотя, конечно, законность такой бумаги для вымогателя не так и важна, достаточно одного лишь её наличия.

Да, именно вариант с маскировкой удочерения под роды выглядел самым предпочтительным, как ни посмотреть. Это почти наверняка были знакомые Поляновой, которым она отдавала родную кровинку с относительно спокойной душой, да скрыть всё от мужа в таком случае было куда как проще. В общем, вариант просто идеальный. Если у кого найдутся иные — милости прошу, вместе их рассмотрим, вместе потом и отвергнем.

Мысли мои лихо извернулись на ровном месте. В свете всего, о чём я размышлял, совсем по-другому можно было посмотреть на обстоятельства рождения княжны Александры Бельской. Очень уж походили те самые обстоятельства на фиктивные роды, под видом которых княгине Бельской принесли младенца со стороны…

Чушь. Чушь и вздор. Мысленно обругав себя за попытку мысленно же нести этакую ересь, я несколько успокоился. Нет, ну надо же было такое допустить! Не вырисовывается, ох, не вырисовывается… Нет, я понимаю, на такое могли бы пойти бездетные супруги, да и то, сначала бы подтвердили невозможность зачатия ребёнка не менее чем у двух, а то и у трёх врачей. И уж вряд ли двое или трое высокоучёных докторов могли бы почти одновременно и одинаково ошибиться. В чём ошибиться? Да в определении той самой невозможности! Напомню, у Бельских через год после Александры родилась Варвара, а ещё через пять лет — Григорий.

Дальше я припомнил свои собственные наблюдения. Да, Александра не очень-то сильно на родителей похожа, особенно на княгиню Елену Фёдоровну, но всё равно же похожа. А уж с княжной Варварой и княжичем Григорием такой вопрос и не вставал, там фамильное сходство прямо-таки бросалось в глаза.

Впрочем, мне в голову пришла идея проверить обстоятельства рождения младшей княжны и княжича, а заодно и мысль о том, как это сделать. Есть же такое заведение, как Кремлёвский архив, и есть товарищ старосты Боярской Думы Андрей Васильевич Левской, который, как я надеялся, не откажет мне в возможности оное заведение посетить. Или, на худой конец, посетит его сам, имея в памяти мою подсказку, что там искать. Кстати, бумаги о рождении княжны Александры там тоже должны храниться — интересно же познакомиться и с официальной версией этого события… Но тут пришло известие от Василия и вместо Кремлёвского архива мы с отцом и дядей отправились в Александров.