Страница 84 из 100
- Все, я вырубил охлаждение ядра, - раздался голос Лотбера. – Считай, крейсера больше нет. Теперь могу и к вам. Нужна помощь?
- Ты еще спрашиваешь?! – завопил Эргол. – У меня с трех точек прут, да еще летун этот… Давай, подключайся! Фёст, у тебя как?
- Пока держусь, - ответил я. – Но проход, видимо, широкий. Идут нескончаемым потоком.
- Понял. Тогда подключаюсь к Эрголу.
Запустив программу ближнего боя, я покинул Стража, перейдя в следующего. Снова запуск ракеты, на этот раз по одной из серебристых пушек, только-только показавшейся на границе нейтральной зоны. Они ее уже начали разворачивать в мою сторону. Ракета угодила прямо между колес, и тяжелый ящик подбросило вверх, будто картонную коробку. В разные стороны брызнули черные ошметки.
- Фёст, летун к тебе уходит! – вдруг закричал Эргол.
Я снова перескочил на другого Стража. Но занять позицию не успел. Летующая машина выскочила из-за скалы слишком быстро, и я успел увидеть только мелькнувшее плоское брюхо. А затем наступила темнота.
Еще миг, и я подключился к другому Стражу. Осмотрелся. Там, где пролетела машина, по земле будто провели гигантским пальцем, размазывая надоедливых букашек. Почти четко посередине отряда, деля его на две части полосой из искореженного металла. Минус пятнадцать Стражей. Вот так, одним махом.
Нет, второй раз пролететь над нами я ему не дам.
Неожиданно небо полыхнуло яркой вспышкой. Видимо, это взорвался поврежденный Лотбером крейсер.
- Ух, хорошо рвануло, - прокомментировал техник. – Случись такое на орбите, досталось бы всем.
Ему никто не ответил. Не до того было.
Я задействовал сразу пять Стражей, наводя на летуна рамки фиксации цели. Тот как раз заходил на второй круг. Пять ракет с визгом взметнулись вверх, вытягивая за собой тонкие полосы белесого дыма. Летун занервничал, резко меняя траекторию. Машина вильнула, и ушла из зоны видимости, снова скрывшись за скалой.
Мигнула красная тревожная метка на экране, передающим телеметрию с одиночки. Я быстро развернул окно, просмотрел данные. Система сообщала о сильном перегреве батарей. Температура росла с каждой секундой. Это уже сказывался перезаряд. Пришлось отключить текущую программу и перейти на излучатели, чтобы убрать излишки энергии. Страж выдвинул стволы и принялся плеваться сгустками плазмы, создавая вокруг себя огненный круг. Плазма была ослепительно белой, сменив обычную блеклую желтизну. Но температура все равно продолжала расти.
Первым не выдержал привод одной из верхних рук. В локте заискрило, и рука плетью повисла вдоль тела. Потом замкнуло плечевой поворотный механизм, оставив Стража с вывернутой влево головой. Камеры начали жутко рябить, сквозь помехи было ничего не разобрать. Я не стал его дальше мучить, и полностью отключил питание.
Постояв несколько секунд, железная махина завалилась на спину. Ее тут же облепили десятки худых тел, орудовавшие световыми бичами. Я видел такие в подземном бункере, когда в него прорвались Наследники. Это было еще до моей смерти.
Я перешел на следующего Стража. Проверил показания, настроил камеры. До столкновения с толпой черных бестий оставалось несколько метров, когда бегущий рядом со мной Страж вдруг исчез, словно под землю провалился. Обернувшись, увидел размазанное по песку широкой полосой железо. Тут же вильнул в сторону, почувствовав пронесшуюся рядом знакомую упругую волну. Значит, резвернули-таки свою пушку. Очередная ракета взвизгнула, унесшись к цели. Еще миг, и песчаная волна в сопровождении пламени с грохотом плеснула вверх. По ту сторону уже некого было беречь, и я начал наносить удар за ударом, нещадно расходуя боеприпасы. Мне даже показалось, будто проход перестал сочиться прибывающими телами.
И вот Стражи с разбегу врезались в первые ряды противника. Заработали лезвия, рассекая плоть. Полетели черные брызги. Энергия теплой рекой заструилась в батареи, и с каждым шагом движения становились быстрее. Мимо проносились бледные лица, словно застывшие маски. Они будто сражались в толще воды, размахивая оружием с неторопливостью черепахи. Световые нити переплетались, образуя сверкающие узоры. Красиво ведь, ничего не скажешь.
Затем в небе снова появилась проклятая летающая машина. Выходит, мои ракеты ее не достали. Что ж, за штурвалом, видимо, опытный пилот.
Она величаво плыла, словно дирижабль. Я даже видел, как медленно открывается круглый люк в брюхе, обнажая кольчатый раструб. И ведь аппарат шел на снижение, чтобы пройтись невидимой волной поперек рядов моих Стражей. В самой низкой точке его можно попробовать достать, если действовать на опережение. Но не ракетой, она слишком медленная.
Ударив лезвием направо, я рассек сразу два тощих тела. На объективы брызнуло липкой черной кровью. «Моргнув» диафрагмами, очистил линзы. Осталась небольшая муть, но это не критично. То ли еще будет.
Решение насчет летуна пришло внезапно, и я молниеносно прыгнул в сторону, покидая эпицентр бойни. По-другому назвать это месиво не получалось.
Упав на спину на свободном участке пляжа, я выпустил прямо перед носом летательного аппарата целую серию ярко-белых плазменных разрядов. Они двигались побыстрее самой цели, и я рассчитал так, чтобы их траектории пересеклись.
Время тянулось подобно густому меду. Если скорость летуна можно было сравнить с полетом дирижабля, то плазма уходила со скоростью отпущенных в небо, накаченных гелием, воздушных шариков. В полный штиль, разумеется.
Пока мои «подарки» медленно, но верно возносились, я вскочил на ноги и со всей прыти ринулся в толпу тощих тел. Лезвия работали, только ошметки летели. А ведь их даже пушечным мясом не назвать. Интересно, они специально пошли на такие жертвы? И сколько по времени им нужно, чтобы восстановиться в новых телах? Инкубатор на крейсере должен выплевывать каждую секунду, словно горячие пирожки. Только тогда они смогут восстановить численность, и ударить новой волной.
Индикатор температуры батарей замигал желтым, и я чуть сбавил темп. Потом отошел в сторону от остальных Стражей, начал поливать врага белой плазмой. Это была более эффективная энергия. Чистая, как слеза младенца.