Страница 12 из 100
УАЗик остановился так резко, что я едва не ударился лбом о перегородку. С грохотом полетел на пол металлический кейс, рассыпая по дороге свое бумажное содержимое. Попутчик громко выругался, и нехотя начал подбирать листки с пола. В следующий момент я почувствовал, как меня коснулась невидимая рука 'головастика'.
- Посмотри, - раздался над ухом его тихий шепот. - Там, впереди. Видишь?
Я прильнул к маленькому смотровому окошку, отделявшему меня от кабины, и не поверил своим глазам: прямо перед нами на дороге стоял настоящий 'Хаммер'. Машину так умело замаскировали, что заметить ее издали было практически невозможно. А в нашу сторону уже шли пятеро вооруженных автоматами парней, одетых в пятнистую серо-зеленую форму. Кажется, такую носили солдаты НАТО. Только откуда они взялись здесь, почти в центральном районе Союза Республик России? Никаких совместных учений не проводилось уже лет пять, тем более рядом с секретным объектом.
Тем временем парни уже остановились возле УАЗика, и один из них, видимо главный, спросил на жутко исковерканном русском:
- Кто такие?
Семеныч, до этого момента сидевший в полном оцепенении, приспустил стекло.
- Все нормально, ребятки, - заискивающе проговорил он. - Мы тут на рыбалку собрались. А что случилось-то?
Минуту стояла тишина. Потом главный отдал своим людям короткий приказ, и те мигом вытащили Семеныча из кабины. Тот начал сопротивляться, но его мигом успокоили ударом приклада. Затем принялись за меня с комитетчиком. Нас поставили на колени рядом с 'Хаммером', и началась первая попытка допроса. Насколько я понял по отвратительному акценту, парни эти были американцами. Хотя, тоже не факт, так как разговаривали только двое из них. Но от этого становилось не легче. Я плохо знал иностранные языки, и разобрать что-либо в винегрете из русских и английских слов было выше моих возможностей. Однако комитетчик оказался обучен языкам, поэтому разговор сразу перешел на английский, и дальнейшая его суть осталась для меня тайной. В этот момент я даже пожалел, что в свое время уделял больше времени общению с чужаками, нежели с иностранцами. Хотя, какие могли быть иностранцы в наглухо закрытой стране? Разве что в интернете, да и то на разрешенных к просмотру сайтах. Эти парни в пятнистой форме, которые нас допрашивали, были первыми представителями зарубежья, виденные мной вживую. Еще до войны кто бы мог подумать, что в России в скором времени будут больше верить в пришельцев из других миров, нежели в иностранцев. Но почему теперь-то произошел этот странный контакт? Что-то кардинально поменялось? Открыли 'железный занавес'? Вряд ли. Значит, причина может быть гораздо серьезнее.
Мои худшие опасения подтвердились, когда допрос комитетчика вдруг резко перерос в избиение оного. Что он там сказал обидного, я не знал, но по той ярости, с которой его пинали, можно было догадаться о нецензурном содержании сказанной фразы. Союзники обычно так себя не ведут. И судя по всему, дальнейшая наша участь обещала быть весьма незавидной.
Неожиданно из УАЗика вылез растрепанный, с заспанными глазами 'мальчик'. Он увидел нас и, сделав страдальческое выражение лица, начал приближаться.
- Дяденьки, не стреляйте, - запричитал он, размазывая по щекам слезы. - Не убивайте, дяденьки. Не убивайте.
- Where did this boy? - удивленно проговорил один из американцев. Затем махнул рукой. - Come here, boy. Come here.
- Я не понимаю, - захныкал 'мальчик'. - Только не убивайте.
Ему навстречу двинулись двое парней. 'Мальчик' нерешительно переступал с ноги на ногу, держась на расстоянии от нас. Я только спустя секунду понял, зачем он это делал. Когда послышался характерный писк скрытого под Пологом аккумулирующего заряд 'Молота - 3М', американцы занервничали. Но не так сильно, если бы действительно знали причину звука. Видимо, не сталкивались раньше с этим оружием. Зато мой попутчик весь побледнел, как полотно, и моментально нырнул лицом в траву. Я последовал его примеру, едва успев разглядеть запоздало метнувшиеся в стороны фигуры солдат. Затем раздался оглушительный грохот, уши тут же заложило. Краем направленной гравитационной волны буквально сорвало с меня куртку. И наконец, наступила звенящая тишина.
Спустя некоторое время я осмелился приподнять голову. Осмотрелся. Первое, что увидел, это был лежащий рядом комитетчик. Парню основательно не повезло. Несколько сочащихся кровью пулевых отверстий на его спине говорили только об одном. Видимо, кто-то из солдат успел-таки выпустить очередь. Сами американцы валялись чуть поодаль без сознания. Хотя, уверенности в этом не было. 'Головастик' долбанул полной мощью, так что могли и не выжить. Двоих же парней, которые шли к 'мальчику', просто разметало по сторонам кровавым фаршем. И на ветках придорожных елей, и на кузове УАЗика теперь висели липкие ошметки.
Семеныч уже успел придти в себя. Сидел, прислонившись спиной к стволу дерева, потирая затылок. Похоже, он так и не понял, что здесь произошло.
- Ну, ты и даешь, - покачал я головой, обращаясь к начавшему собирать трофеи перемазанному в крови спиллянину. 'Головастик' шустро обшаривал карманы людей, доставая на свет их содержимое. Кое-что прятал себе за пазуху, а ненужное отбрасывал в сторону. Постепенно он подбирался к комитетчику.
- А что мне было делать? - пожал тот плечами, убирая очередную флягу. - С ними по-другому нельзя. Ребята тренированные. Если не взять неожиданностью, вмиг задавят. На, вот. Полюбуйся, - он швырнул мне извлеченную из кармана нашего мрачного попутчика ксиву. - Ты, наверное, тоже ошибался на его счет?
Я раскрыл корочки. Вот, оказывается, почему литовец Вилкас Гинтаутас мной совсем не интересовался. Кто бы мог подумать, что он 'охотник'?
- Етит твою маковку! - вдруг послышался возмущенный возглас Семеныча. Он наконец-то обратил внимание на свой заляпанный УАЗик. - Это что же такое творится?! Это кто ж так нагадил-то?! Вот, сволочи!
- Да успокойся ты, - я снял с одного из американцев куртку и бросил ее водителю. - Протри пока стекла. А когда доберемся до реки, помоем твою ласточку. Будет как новая.
Оставшийся без куртки солдат неожиданно застонал. 'Головастик' мигом подскочил к нему, потрогал пульс, и вопросительно посмотрел на меня.