Страница 9 из 26
Сам луч пульсировал, словно внутри световых труб проносились огромные плотные сгустки, раздвигавшие границы круглых стен. Затем все прекратилось, камень без дополнительных спецэффектов обратился в тонкую взвесь-пыль. И она медленно, скорее под действием мороси, стала опускаться на землю.
Оглушающая тишина.
И только вывеска: скрип-скрип… скрип.
Наконец-то я обрел возможность двигаться. Даже отпрыгнул назад, отчего-то затравленно обернулся, посмотрел по сторонам. Ничего. Хотя все и так было очевидно, учитывая исследовательский дрон, который продолжал исправно транслировать картину отсутствия движения и других проявлений жизни вокруг.
Крио опустилось почти до четырех сотен.
Неужели мертвяки попрут? Или кто-то хуже?
Ведь «это «Ж-ж-ж» — неспроста!», — не к месту или к нему вспомнился Винни-Пух.
Отчего-то подлости ждал от кракена, точнее, от его остатков. Приготовился, как мог. Проверил артефакты. И даже «Ледяного Кровопийцу» активировал, включая «облегчение прицеливания». Но полуразрушенная фигура гигантского осьминога оставалась неподвижной. Щупальца не двигались, не подрагивали, как в фильмах ужасов. Переводил крестик прицела и на скорбящую девушку.
Время почти остановилось, секунды растягивались, но часы продолжали тикать. Ничего не происходило.
Все кончилось?
Едва не выдохнул облегченно: «пронесло!», а злая потусторонняя сила, словно желая понадсмехаться, дождалась именно этого момента. Она нашла свое воплощение в крохотных фигурках моряков. Если ранее на каменных лицах были запечатлены все грани переживаемого ужаса — от дичайшего страха до смирения перед неизбежностью, то теперь тринадцать фигур плотоядно усмехались. Простые рабоче-крестьянские морды отчего-то стали похожи на кривые отражения неких дьявольских злобных созданий.
Разом и слитно, они, повернув головы, посмотрели в мою сторону. Все вместе погрозили пальцами и также одновременно прыгнули, приземляясь на фонтанный бордюр, выстроились почти в идеально ровный ряд. Вспомнился Стивен Кинг и крохотные солдаты, устроившие Вьетнам доброму американскому гражданину, вот и мне, какой-нибудь сюрприз приготовили сучьи демоны.
Почти автоматически прицелился в самого упитанного, но тот, будто почувствовал нечто в последний миг, когда я только опускал тетиву, он перекатом ушел в сторону. Теневая стрела, заряженная лютой стужей, ушла в молоко. Ее оперение возникло в обшивке корабля, которая, не выдержав перепада температур, стала отваливаться огромными кусками.
Впрочем, твари хоть и видели меня отлично, но решили приступить к уничтожению человека не сразу. Требовалось перекусить для начала, заморить червячка. Или в их гастрономическом топе я занимал далеко не первое место. Вся гвардия, как саранча, набросилась на демонические туши, громко чавкая, рыгая и плюясь, принялась поглощать мою добычу. Рвали тела руками, отбирали у друг друга куски мяса пожирнее, хрустели костями. Не гнушались ничем. Резвый толстяк-живчик-паркурщик первым добрался до вещей Макса, порылся, победно взревев воздел над собой артефакт в виде когтя! И хрумкая, сожрал магический предмет, как чипсину!
Падла!
Я надеялся, что все же Альфред отдаст их мне, как человеку, отомстившему за гибель инквизитора. Да и воображаемые миллионы стояли перед глазами от Билли Бомса за туши. Выходило все зря!
Проснулась злоба. И такая дикая, что хотелось самому зубами рвать тварей, крошить их кулаками, топтать ногами. С трудом удалось сдержать деструктивный порыв. Но ярость начала заволакивать взор, всегда думал — очередное расхожее выражение, на деле — действительно, эдакое туннельное зрение. Когда не видишь больше ничего, кроме цели, и не обращаешь внимания ни на что.
Монстры же постоянно изменялись, росли, покрывались шипами, зарастали волосом и броневыми пластинами, отращивали когти и клыки. Отследить все метаморфозы и трансформации не удавалось. Но в тварях практически ничего не осталось от гуманоидов.
И мысль-молния — сейчас они покончат с тушами и займутся мной. И еще одна. Самобичующая. Всю дорогу размышлял, какой я продуманный, а таймер не врубил, когда купол поставил маг, и не уточнил у него точное время действия. «Около часа» — понятие растяжимое или сжимаемое. Помощь… Будет ли она?
Скорее всего, хрен по всей роже!
И что делать?
А плевать на трофеи! Раз пошла такая пьянка…
С матюгами про себя закинул в вакханалию предпоследний огурец — кислотную гранату, учитывая ее ограниченный радиус действия, ни секунды не раздумывая, отправил в полет и последнюю.
Ни грохота, никаких тебе спецэффектов, кроме полупрозрачного марева над злосчастным фонтаном и сдвоенного громкого «чавк!».
Затем все пространство перед фонтаном заволокло ядовито-желтым туманом, он в несколько секунд сгустился, казалось, превратился в плотную жидкость, а еще он не позволял рассмотреть действие поражающего элемента — кислоты.
Но накрыло всех.
Десять секунд ожидания не расслабили. Я продолжал сжимать в руках лук и всматриваться в ядовитый туман. Будто сморгнул, когда тот исчез. Был и нет. А на месте брусчатки и части фонтана оказались шахта в виде вертикально уходящего вниз пересечения двух идеальных окружностей. Именно туда сейчас сбегала вода от Скорбящей матери, основной ее объем провалился до этого.
Кончились суки?
В этот момент с каким-то клекотом, похожим на ястребиный из ямы вылетел вращающийся шар. Здоровенный мяч, который, с брызгами упав на поверхность, замер на месте. «Распрямился».
Сейчас смог разглядеть. Мда…