Страница 31 из 34
Кострома стоял чуть дальше от места расправы. Увидев, с какой молнеиносной отточеностью она вырубила подельников, попытался кинуться на выход, но успел лишь развернуться. На лету подхватив, липкий от крови нож, Ольга махнула рукой. С хрустом вспоров ткань, клинок вонзился под лопатку. После такого попадания добивать не требуется. Страшная, с остановившимся, полубезумным взглядом, она работала как автомат. Подойдя к лежащему, вытянула из спины нож и развернулась к оглушенному Лосю.
Удар, короткий и быстрый, такой, что послышался свист воздуха, разрубил сухожилие на его левой руке. Боль вырвала его из забытья, но только для того, что бы вновь испытать болевой шок. Вторым ударом, она проткнула узел нервных окончаний. Результатом стал мгновенный паралич ног, и невыносимая боль в верхней части тела. Сколько времени продолжалось, обеспеченая моим изощренным знанием, месть?
Не знаю. Временами, даже мое тренированое к всевозможным тягостным сценам сознание, словно выключалось. Но, до самого последнего мгновения, полурастерзаное тело уголовника жило и чувствовало невыносимые муки. Она не подарила ему легкой смерти. Он умер только тогда, когда ее тоска стала нестерпимой.Поняв, что так ее не унять и добив, то, что осталось от мокрушника, Ольга склонилась над отцом.
Странно, я замечал, как смерть меняет людей. Одни вдруг приобретают благообразность, другие наоборот ее теряют.
Он лежал совершенно такой, же как был при жизни.
Смешной венчик пегих волос, чуть заметная лысина.
Я даже засомневался, неужели опыт меня обманул, и он жив. Но удар оказался смертельным. Просто, сделав все, что бы спасти дочь, он не изменил себе. Не знаю, какой отец был в жизни, но в том, как он умер, была любовь.
Она сидела, обняв его голову, невидя уставясь в пустоту. Но безумия не было. Девочка говорила с отцом, а он говорил с ней. Она уже знала, что ее мать не выдержав пытки умерла, что соседку даже не били, а просто припугнули. Не сердись на нее Оленька попросил отец. Она уже наказана. Не плачь, попросил он на прощанье. Его душа уносилась куда то вдаль, туда где мне еще суждено только было оказаться.
И тут я понял, теперь она знает обо мне все. Ее и мой разум, расплавленые вспышкой эмоций, слились в единое целое.
Я осторожно произнес какие то слова утешения. Но они были не нужны. Она изменилась. Боль в ее сердце не ушла, но появилась способность рассуждать. Просто, словно мы сто лет знакомы и близки, она спросила меня- Алеша и как теперь жить? Скажи?
- Оля побудь с отцом. А я все сделаю. Держись.
- Хорошо,- беззвучно прошептала она и словно легкое облачко возникло и исчезло. Я осознал, что опять один в ее теле.
Канитель с милицией, протоколами, допросами, очными ставками, продлились насколько дней.
Не знаю, смогла бы она перенести армейскую простоту наших ментов, заботы о похоронах, и прочие тягостные житейские мелочи. Наконец, признав самооборону, мусора отцепились.
Троих беглых уголовников списали. Поудивлялись тому как девчонке удалось совладать с ними, но и только.
Ее сознание вернулось в день похорон. Мы стояли над двумя холмиками со свежеостругаными крестами и молчали. Каждый думал о своем. Я знал, о чем думает Оля. Она слышала мои мысли. Все когда нибудь кончается, кончился и этот день. Прошло еще несколько. Она понемногу оживала. Иногда спрашивала меня о чем нибудь, иногда я задавал ей вопрос. Странное существование не тяготило. Я уступил ей право распоряжаться телом и вновь ушел в воспоминания.
Но, все это время, невысказанным вопросом, давило понимание того, что ничего еще не закончено. Рассправившись с исполнителями, она не решила всех проблем. И вот настал день решающего разговора. Однако, никаких споров и сложностей не возникло. Ты специалист, - коротко прошелестели ее мысли, - тебе и выполнять.
Я даю тебе это право. Вот и все. Она повзрослела. Но чего ей это стоило?
Дальнейшие мои поступки были почти автоматическими.
Я столько раз проходил этот путь в мыслях, что действовал,
не задумываясь.
Билет в Москву на чужой паспорт. Ни к чему давать моим врагам время. Загримировать ее, постаревшую от горя оказалось куда проще, чем после памятного бегства с Останкино.
И продремав три часа в бизнес классе я спускался в промозглую тьму московского вечернего тумана.
Осень уже выдула листву с деревьев, холодные лужи масляно блестели в свете фар, спешащих автомобилей. Начнем завтра. Коротко произнес я как будто начав отсчет перед последним броском.
Глава 9 Разбор полетов
Приехав снова в Москву, поразился, насколько тяжелый город для психики- столица нашей родины. Он на подсознательном уровне, как бы говорит.-Ты чужой, не место здесь тебе. Мне вспомнилась интересная методика, которую внушил мне работавший с нами психолог, и которой я успешно пользовался.
- Главное не противопоставлять себя окружающему пространству. Китайский принцип взаимопроникновения един во всех проявлениях. Стоит только подумать, что ты одинок, и затерян во враждебной среде и она, эта среда тут же начнет отторгать тебя. Начнет, словно разумный организм, бороться с чужаком. В чем беда и проблема почти всех эмигрантов? Они приезжают в чужой мир. В новую обстановку нужно входить, словно возвращаешься в давно оставленный, прочно позабытый, но родной мир.
Не важно, что ты здесь никогда не был. Важно твое отношение.
И, уж ни в коем случае, не льзя противопоставлять новое место тому, откуда человек ушел. Противопоставление неконструктивно.
Приходят к этим простым и несложным истинам, как правило, интуитивно. Разработчики спец методичек не стремятся к широкой известности. Это может показаться смешным, и в чем-то несерьезным разглагольствованием. Однако, все в этом мире смешно и несерьезно.
Самые сложные и закрученные события и хитросплетения политики, бизнеса и имеют в основе одну, максимум две изначальных причины. Остальное-камуфляж и сбивающая с толку маскировка.
Я все не мог успокоиться и пользуясь каждой свободной минутой, словно боясь не успеть, пичкал ее сознание все новой и новой пищей.
Если хочешь спрятаться в большом сообществе, стань как все. Пол часа в модной лавке, короткая стрижка, и вот уже неотличимая от сотен тысяч московских тинэйджеров, Ольга могла идти хоть куда не опасаясь быть узнаной. Конечно сверстники на раз вычисляли пижонящую старушку. В таком возрасте три года, это почти вечность, но в бандитах народ чуть старше, и не учуят. В удобной кожаной сумке, взамен ракетки, уместился завернутый в картон инструмент. Снятый приклад и глушитель преобразили его в совершенно компактную игрушку. Несколько дней, проведенных в московской сутолке, не пропали даром. Прежде всего, я, вышел на офис компании "Галеон", которая чуть заметно обозначала на российском рынке этот криминальный айсберг, и в коридорах узнал достаточно, что бы составить представление о новостях в фирме. Главой компании стал, некий Кривицкий Андрей Петрович. Он же, неоднократно судимый преемник Камаза, по кличке Сотник.
Уголовные моменты его деятельности, естественно не обсуждались, но, имея ноутбук,интеренет и базы данных, выяснить Ху из кто в серпентарии преступного мира, несложно. Остальную информацию я примитивно подслушал. Закупив на Горбушке несколько слепленых в Китае, но достаточно качественных, жучков и лазерный съемник звука, уже через день знал о настроениях в высших уголовных кругах. Конечно, имей я дело с солидной корпорацией, где безопасность возведена в культ языческой религии, такие примитивные способы, естественно бы не сработали. Но, поменявшие прикид урки, не поменяли образ мыслей. Поэтому, отгородив себя от окружающего "быдла", тонироваными стеклами джипов, они совершенно не следя за метлой, как принято говорить в их кругах, вели свобоные разговоры на самые горячие темы. В результате сложилась картина вопиющего скандала в благородном семействе.
Новости из Краснодара, вызвали замешательство. Не имея времени выяснить, что за непонятка там выросла Сотник сорвал зло на Максиме.