Страница 10 из 15
– Не забудь об утренней тренировке, – посмотрел серьёзно на Кая Пётр.
– Ты меня знаешь.
– Теперь уже знаю, – ответил загадочно мужчина и поспешил отойти к вновь прибывшим гостям.
Он увидел достаточно, остальное его больше не волновало. В этот момент заиграла музыка, и Алекс посмотрел на свою невесту:
– Позволишь?
Саша протянула ему руку, присев в грациозном реверансе. Не спеша они пошли прочь, мило улыбаясь друг другу, словно давние приятели.
– Гарсон, шампанского младшему брату новоиспечённого жениха! – воскликнул Дмитрий, подзывая к себе официанта. – Держись, Кай, – едва заметно прошептал он ему на ухо. – Ты молодец! Дыши. Всё просто отлично!
Бестужев взял фужер с подноса и залпом осушил его. Похлопав друга по спине, Граф прошептал:
– Вот так! Это правильно. Я буду у себя. Мой дом – твой дом, ты знаешь. Только держись!
Холодная улыбка, быстрый кивок, ледяной взгляд, а внутри полыхал пожар, который вот-вот мог растопить лёд и вырваться наружу. Выбиваясь из последних сил, Кай пытался держать его под контролем, но, видит Бог, делать это становилось всё сложнее и сложнее.
– Обещаю, – прошептал он, проведя фалангой указательного пальца по её скуле. – Я обещаю, что никогда не заставлю тебя страдать. Я сделаю всё – возможное и даже невозможное – только бы ты была счастлива. Я люблю тебя. Помни об этом всегда, слышишь? Помни. Всегда.
Он гнал мотоцикл по мокрому шоссе, крепко сжимая руль пальцами. Сбитые костяшки уже давно перестали чувствовать боль. Холодный ветер, яростно шумевший в ушах, не успокаивал, как раньше, отчего жуткие мысли роились в голове, толкая на безумные поступки. Кай не знал, какая сила до сих пор сдерживала его, чтобы не наделать глупостей; чтобы не поставить жирную точку в будоражащей кровь драме, главным героем в которой был он сам.
Кровавые разборки, подпольные бои, младший Ястреб и его теперь уже далеко не праведный гнев, даже убийства – всё это можно было сдержать, побороть, затолкать внутрь на время, но то, что произошло на приёме… Это было похоже на агонию, которую ничем не унять, чью боль ничем не заглушить. Её невозможно было терпеть. Она выжигала изнутри, сводя с ума, обнажая душу, лишая всего: смысла жизни, земного притяжения, надежды, света…
– Александра Шереметьева, невеста твоего брата и его будущая жена.
Сквозь ревущий ветер раздался полный безнадёжного отчаяния дикий крик, который тут же поглотил громкий рёв двигателя мотоцикла. Однако легче не стало. Хлеставший по щекам дождь смывал слёзы, мешал видеть дорогу, но ему было всё равно. Он выжал максимальную скорость, надеясь, что скоро всё закончится, прекратится, и эта боль уйдёт, а вместе с ней – страдания и, возможно, он сам…
Дмитрий дремал под монотонную болтовню диктора на канале «Россия-24», когда громкий стук в дверь заставил очнуться ото сна. Парень не сразу сообразил, что происходит. Лишь когда удар повторился вновь, он встал с дивана и направился в прихожую, по пути бросив быстрый взгляд на часы – три ночи.
Открыв замок и толкнув дверь, Граф увидел Бестужева. Он качался из стороны в сторону – бледный, измождённый и до нитки мокрый. Приём закончился как раз вовремя, и гости успели разойтись прежде, чем небо обрушило на землю потоки воды, но, судя по внешнему виду, Кай не торопился скрыться под крышей.
Капли ручьём стекали с его волос на мертвенно-бледное лицо, смывая кровь на левом виске. Она капала на чёрную куртку и белую рубашку, оставляя на ней грязные разводы. Красные глаза были полны боли и отчаяния. Окинув друга беглым взглядом, Дмитрий увидел сбитые в кровь руки.
– Где тебя носило?
Но Кай не мог ответить ничего внятного. Он качал головой, глядя на Графа, а на лице лихорадочно мелькали эмоции. Словно по щелчку, Бестужев пришёл в себя и, войдя в огромную прихожую, быстрым шагом направился в гостиную. Закрыв дверь, Дмитрий последовал за ним.
Кай метался по просторной светлой комнате, как раненый зверь, сжимая и разжимая кровавые кулаки. Замерев в проходе, Орлов наблюдал, как друг поднял голову к потоку, и с его губ сорвался громкий крик. Упав на колени, Кай обхватил голову руками. Скрестив их на затылке и закрыв лицо локтями, он качался вперёд и назад, не замечая ничего вокруг. Таким Дмитрий видел его лишь однажды – в ноябре прошлого года, когда ему сообщили о смерти Александры.
– Кай?..
Но тот его не слышал. Эмоции рвались наружу, а мозг снова и снова рисовал образ Саши, заглядывавшей своими блестящими от радости глазами прямо в душу, которой, как казалось, уже давно нет. Он пытался освободиться от чувств, отпустить их, но они не уходили.
Прошли минуты, прежде чем Кай поднял голову и посмотрел на Орлова:
– Дай мне телефон.
– Кай…
– Дай мне чёртов телефон, Граф! – рявкнул тот, вставая на ноги.
Когда мобильный оказался у него, трясущейся рукой Бестужев стал набирать чей-то номер. Вытерев тыльной стороной ладони мокрую щёку, он стал ждать ответа.
– Давай же ответь мне! Ответь! Ну же!
– Кай, остановись, слышишь?
Но Бестужев судорожно продолжал набирать одну и ту же комбинацию цифр.
– Я… Я больше не могу, – шептал, как в бреду, он. – Я не хочу.
– Кай…
– Отвали, Граф! Давай отвечай! Ты меня слышишь? СЛЫШИШЬ ТЫ?
Спустя пару минут безуспешных попыток Кай убрал мобильный от уха. Рука медленно опустилась вниз. В комнате царила безмолвная тишина. Секунда, другая – он уронил телефон на пол и резко повернулся к барной стойке. Мгновение – руки с грохотом опустились на гладкую поверхность, одним движением сметая всё на пол. Из горла вырвалось низкое рычание.
– Александра Шереметьева, невеста твоего брата и его будущая жена.
– Будь ты проклят! Сука! Мразь!
Тяжело дыша, Кай подошёл к стене и упёрся в неё лбом.
Раз… Два… Три… Четыре…
Картинки прошедшего вечера мелькали перед глазами и на каждой из них была она – сияющая, счастливая, радостная.
Сто двадцать один… Сто двадцать два. Сто двадцать три…
– Привет.
– Привет… – повторил глухим голосом Кай и медленно повернулся к другу: – Граф… У тебя есть выпить?
Он нахмурился. На лице отразился болезненный спазм, и по щеке покатилась предательская слеза, выдававшая то, что творилось у него внутри и с чем справиться в одиночку больше не было сил.
– Бывают ситуации, когда наличие рядом того, кто внушает тебе надежду, просто необходимо, как воздух. Не обязательно просить, если ты так этого боишься, достаточно только намекнуть.
– Мне… Мне нужна помощь, Граф. Я… Помоги.
Дмитрий улыбнулся и, пройдя к бару, достал оттуда бутылку с коньяком:
– Пришла пора открыть карты, Кай, ты прав. У меня появились вопросы, на которые я наконец хочу получить ответы, а потом мы вместе подумаем, что делать со всем тем дерьмом, в которое ты влез.
Глава 10. Новая жизнь
Саша проснулась от ярких лучей утреннего солнца, заглядывавших в окно. Открыв глаза, девушка приятно потянулась и посмотрела по сторонам. Её новая комната была великолепной. Здесь всё кричало о роскоши. Огромная двуспальная кровать, на которой спала, явно превышала стандартные размеры и казалась просто полигоном для авиаучений, а не местом отдыха. С противоположной стороны стены находился письменный стол и большой белый шкаф-купе с зеркалом во весь рост. В нём уже висела одежда. Много одежды: дорогой, стильной и, чего уж кривить душой, невероятно красивой.
Рядом с кроватью стоял массивный резной комод. На нём – всё необходимое для косметического ухода: крема, гели, лаки. Она ещё раз огляделась вокруг – коллекционные картины, белоснежные арки, богатая люстра и мягкий кремовый ковёр, так и манящий ступить на него босой ногой, наслаждаясь приятной лаской мягких ворсинок, – всё это заставляло замирать от восторга.