Страница 3 из 13
Что ж, один-ноль: задеть её у него успешно получилось. Внутри всё заклокотало от злости и несправедливости. Ведь прошло уже столько времени, а он никак не может успокоиться! Чёртов ботаник!
Выдавив улыбку, Александра шагнула ему навстречу:
– Я не могла оставить Вас без работы, Николай Вячеславович. А то чем же Вы будете заниматься в укромных и тихих уголках, пока красивые девушки доходят до нужной Вам кондиции у барной стойки.
Саша увидела, как он изменился в лице, превратившись из безобидного преподавателя в хищника, чья мужская честь оказалась задета её словами. Один-один, книжный червь!
Ник сощурил глаза, с силой сжав челюсти. Он схватил её за локоть и потащил к дальнему углу в коридоре. Прижав Александру к стене, Николай огляделся по сторонам. Убедившись, что вокруг никто не маячил, он прошипел:
– Поосторожнее с выражениями, девочка. Я всё-таки твой научный руководитель, не забывай.
Саша смотрела на него широко раскрытыми глазами – к такому повороту событий она точно не была готова.
– Не я всё это начала. Вы пристали ко мне как банный лист и до сих пор никак не отлипнете.
Господи, что делала? Разум понимал, что нужно просто попросить прощения и пойти на попятную, но характер бунтовался. Да и не тот смысл она хотела вложить в свою фразу, но, как говорится, слово не Воробей – отступать было поздно. Теперь оставалось ждать, как отреагирует Ник на бесстрашное заявление. Где же носит чёртового Андрея!
Бриллиантов прожигал её тяжёлым взглядом.
– Если бы ты тогда не вела себя как…
Он замолчал и посмотрел по сторонам. Справа увидел фигуру высокого брюнета, медленно шедшего по коридору, разглядывая двери с названиями аудиторий. Саша почувствовала облегчение. Слава Богу, хоть кто-то появился в этом крыле!
Ник отвлёкся от студента и повернулся к девушке, освобождая её личное пространство:
– Если бы тогда ты не вела себя, как дама лёгкого поведения, я бы не начал наше знакомство с такого неприятного момента.
Александра сверкнула глазами. Она вела себя как проститутка? Именно это он сейчас имел в виду? Руки автоматически сжались в кулаки. Призвав на помощь всё своё ангельское терпение, которым наградила её природа, Саша сквозь зубы произнесла:
– Можно я пойду? Приду в другой раз, когда Вы сможете адекватно оценивать ситуацию.
Она разозлилась, Бриллиантов видел это. Разозлилась, но изо всех сил старалась держать себя в руках. Это позабавило, а вместе с тем раззадорило – чёртова отличница! Медленно подняв руку, он коснулся большим пальцем её щеки:
– Ты и правда думаешь, что можно быть адекватным в твоём присутствии?
Александра поморщилась. Отведя голову, она увильнула от тёплых пальцев, и в этот самый момент мимо прошёл парень, который немногим раньше привлёк внимание Бриллиантова. Он скользнул по ним быстрым взглядом, явно подумав не о том, о чём нужно, и, ухмыльнувшись, направился дальше.
Ник отвлёкся буквально на секунду, но этого хватило, чтобы Саша успела отойти на безопасное расстояние:
– Я передам работу на кафедру через Евгению Львовну. До свидания.
Не оборачиваясь, она быстрым шагом пошла в сторону столовой.
– Не забывай, что в субботу утром лекция, на которой тебе нужно быть, – услышала Шереметьева голос за спиной, но ей было всё равно.
На сегодня её наконец-то оставили в покое. На сегодня… А впереди ещё был целый учебный год: лекции, семинары, зачёты и самое страшное – консультации тет-а-тет. Саша вздрогнула. Ей непременно нужно что-то придумать, чтобы избежать повторного разговора, произошедшего несколько минут назад, иначе красного диплома не видать как собственных ушей.
Глава 3. Тёплый приём
Чёрный «Фольксваген» бизнес-класса припарковался на стоянке около университета. Сидевший за рулём темноволосый парень заглушил двигатель и исподлобья осмотрелся по сторонам. Губы искривились в усмешке – словно какой-то воришка. Чёрт! Истинный параноик, ей-богу.
«Уверена, ты любишь отца. Пусть так и будет. Но только прошу, Кай, не забывай о том, что, в отличие от него, у тебя есть сердце. Когда достигнешь цели, понимаешь, что путь и был целью. Постарайся сделать правильный выбор и найти нужную цель в жизни…»
Горькая улыбка коснулась губ – у него осталось так мало воспоминаний о ней… Но она была по истине святой женщиной, ведь даже когда писала эти строки, не посмела очернить имя супруга. Не посмела облить того грязью, хотя наверняка догадывалась, что однажды покинет этот мир. Не по своей воле.
Закрыв глаза, Кай глубоко вздохнул. Почему она ничего не рассказала? Боялась, что он ей не поверит? Всё ведь могло сложиться по-другому. Хотя… Он мысленно вернулся в свои восемнадцать – чёрта с два всё было бы по-другому! Письмо породило бы сомнения, не больше, однако образ отца и то влияние, которое оказывал, быстро бы их рассеяли.
Не забывай о том, что у тебя есть сердце… Но даже здесь подвёл её. Да и не только её… Воспоминания снова зашевелились в голове. Он старался держать их на привязи, но они жили по своим правилам, то и дело напоминая, что в этом мире больше не осталось никого, кто смог бы поддержать или дать совет.
Картинки мелькали перед глазами, как в калейдоскопе. Если бы был немного аккуратнее. Если бы не отказался приехать… Если бы, если бы, если бы… Кай распахнул глаза и через лобовое стекло посмотрел на ясное небо. Сплошные «если»… Хватит! Пришло время возвращаться в суровую реальность. Жить настоящим, не прошлым. Смотреть в будущее. Мать твою, было бы это так просто!
Он заглушил двигатель и окинул взглядом высокое здание, рядом с которым припарковал машину. Оно впечатляло своей роскошью и очень походило на московские высотки – такое же красивое, современное, дорогое. Кай улыбнулся:
– Коррупция процветает везде. Этот город не стал исключением. Чему ты удивляешься, Архипов? Уже давно пора привыкнуть, – бормотал шёпотом он, выходя из машины.
Время близилось к обеду. Встречу с ректором назначили ровно на двенадцать часов, и опаздывать не хотелось. Нужно было произвести хорошее впечатление, ведь от этого могло зависеть, насколько радушно его примут. Пока шёл к главному входу, он по привычке подозрительно осматривал двор и прилегавшую к нему территорию. Похоже, занятия закончились совсем недавно, так как студенты один за другим выходили во двор, собираясь в кучки по интересам.
В памяти тут же всплыли короткие обрывки так и не закончившейся студенческой жизни, поскольку официальную учёбу в РГУФК (Российский Государственный Университет Физической Культуры) пришлось забросить, отучившись всего лишь полтора года. Академический отпуск – именно так называл то угарно-пьяное состояние, в котором пребывал несколько месяцев после ухода Леси, а потом началась борьба с отцом и места для учёбы в жизни не осталось.
Сообщив охране на пропускном пункте, что его ожидает Манохин, Кай беспрепятственно прошёл внутрь. Фойе напомнило огромный улей, в котором неустанно трудились пчёлы. Подойдя к доске с информацией, он отыскал блок о заочном отделении. Списки зачисленных на факультеты уже были сформированы. Досадно… Но, как говорится, надежда умирает последней.
Кай уже собирался отправиться на третий этаж, как вдруг его внимание привлекла группа шумных студентов-старшекурсников. Поведение и внешний вид тут же определили их социальный статус. Похоже, такие имелись в избытке даже в периферийных ВУЗах страны. «Хозяева жизни», отпрыски из обеспеченных семей, примерно таких, которая когда-то была у него самого. Может, не с таким авторитетом, но с не меньшим достатком. Губы Кая искривились в ухмылке. Несколько лет назад он бы быстро нашёл общий язык с такими, но точно не теперь.
Андрей громко смеялся над пошлой шуткой, которую отвесил друг-Серёга, когда почувствовал, как Валерик толкнул его в бок. Взгляд тут же устремился к незнакомцу. Снисходительно-смеющееся выражение отразилось на лице. Простые тёмные джинсы, футболка и куртка – типичный нищеброд. Так какого он так надменно пялился на их компанию?