Страница 19 из 117
Обсуждение довольно быстро зашло в тупик, но сразу же после этого девушки постановили избавиться от неудобного элемента (меня), от чего и покинули дом втроем, отправившись к портному с обещаниями, что они обязательно вернутся, а может быть, даже с компромиссом.
Обнадеженный я вышел на крыльцо сделать им ручкой и удержаться от того, что порядочные люди на крыльце не делают, но был несколько смущен видом нашего арендодателя, сидящего около своей хаты напротив. Дед Маул выглядел неважно. Охая и постанывая, он совершал некие телодвижения, пытаясь то ли встать со ступенек, то ли сесть поудобнее.
— Дед, ты чего? — заинтересованно спросил я участливым голосом человека, не желающего, чтобы владелец его дома двинул кони в такой неудобный момент.
— Спину прихватило, — просипел смуглый пенсионер, — Хотел у твоей беловолоски исцеление прикупить, да усвистели они резво. Ничего, внука дождусь…
— Давай поможем твоему горю, — не стал мелочиться я, пуская в деда «жар души», а затем еще и второй. Оба исцеляющих приёма отыграли критическим эффектом, от чего у старика вмиг расправилось всё самым бодрым образом. Даже белые редкие усы встопорщились!
— Это как?! — восхищенной руганью вопросил меня недоверчиво щупающий себя дед, осторожно и успешно пытающийся встать.
— Исцеление обычное, — пожал я плечами, радуясь тому, сколько добра и как дешево я принес уже людям за это прекрасное утро. Вот это настоящая жизнь! Комфорт, приятная компания, никаких рисков, средиземноморский климат, пахнущий морем воздух и добрые дела, которые мне ничего не стоят! Вот она — стезя Героя, а не та фигня, которой я страдал раньше!
— «Исцеление обычное» …, - пробормотал старец, тут же теряя заряд бодрости и снова пригорюниваясь на крыльце, — Эх ты, голова полосатая…
Замолкать он не стал, а поведал мне довольно грустную историю. Море и целители — как лужа и кошки. Не любят друг друга. А с чего бы? А потому, голова ты полосатая, что почти все целители служат богам. Среди последних удивительно мало тех, кто любит разнузданных морских волков, что на суше творят разную дичь, а потом вкалывают где-нибудь на деревянной посудине. Друидам важны леса, жрецов интересует как паства, так и высокие моральные ценности среди людей для проповедования, алхимику нужна лаборатория, а что можно сварить на корабле, качаемом волнами?
Вот и выходит так, что люди моря или те, кто кормятся с него, проживая поблизости, «простое исцеление» видят редко. И за большие деньги. Ну а если какая сердобольная девочка-жрица в Симпута-Пьянка приезжает, то удирает с визгом через пару дней. Да и толку с её двух-трёх слабеньких «исцелений» в день?
В итоге местные выкручиваются иначе. Они, все побережные эльфы, гонят «звездный ром» — алкогольный напиток 35–45 градусной выдержки, имеющий в составе нечто наподобие слабенького зелья здоровья. А когда его разводят водой, как полагается при выдаче дневного норматива на корабле, так доза становится совсем крошечной. Зато эффект накопительный. Результатом служит то, что моряки, пока плаванье проходит без разных травм и происшествий, народ довольно здоровый, только вот когда без них обходится? Ну а уж под старость, так совсем труба, организм вырабатывает устойчивость к «звездному рому», от чего надо жрать его ведрами или обходиться совсем уж подручными средствами. Вот такая вот загогулина, полосатая ты башка.
История повергла меня в глубокую задумчивость своими широкими перспективами, которые я и собрался излить в неподготовленные умы своих партнерш.
Но они успели первыми.
Они снесли мне яйцо.
Нет, так просто показалось с перепугу, когда лучащаяся от радости гномка, сверкающая всем своим блендамедом, вручила мне здоровенное яйчище, тут же заставляя удариться в панику с мыслями о том, что я понятия не имею как размножаются гномы! А ВДРУГ?!
— Что это?! — жалобно проквакал я, сидя как дурак на кухне с здоровенным белым яйцом на коленях. Оно было слегка шершавым и подозрительно теплым.
— Это тебе, — ни разу не утешительно укрепила Тами мою тревогу, от чего мандраж даже слегка подскочил, пробивая потолок.
— Подробности, — потребовал я, стараясь, чтобы голос не дрожал, — Мне нужны подробности!
— Это яйцо попугая. Или обезьянки, — мудрая Саяка позволила мне выпустить из себя три-четыре кубометра отработанного воздуха в одном облегченном вздохе, — Мы точно не знаем. Но знаем, что с этим ты будешь настоящим капитаном пиратов!
— Ура! — неубедительно пискнула из-за их спин Матильда.
— Ладно, — начал успокаивать собственный пульс я, — Спасибо. Очень тронут. Стоп. Обезьяна… из яйца?
— Это «яйцо фамильяра», — пожала плечиками Саяка, — Очень дешево нам досталось. Тот матрос спешил на свой корабль, а ему нужно было рассчитаться с долгами! Капни на него кровью, чтобы привязать к себе. Тогда оно начнет подготовку к… вылупливанию.
— Вообще-то, нам сначала нужны деньги, — сварливо начал я мстить за пережитое, — На которые мы купим корабль. Еще нужны навыки управления им. Потом зарегистрироваться в пираты, а вот только потом…
— Мач! Не нуди! — хором закричали эти три бедствия, от чего пришлось если не подчиняться произволу, то разумно и молча грызть собственный палец для добычи красной жидкости.
А еще они как-то вместе и по-женски нашли общий язык, от чего мне было доложено, что Матильда пойдет на огромные жертвы и не будет себя вести как обычно. То есть, спонтанно раздеваясь в самый неподходящий момент. Она даже себе новую одежду выбрала, такого фасона, чтобы все были довольны.
Одежду я оценил. Действительно, любой половозрелый мужчина сразу станет довольным. Жрица отказалась от своих длиннополых одеяний, из-под которых так умело сверкала всем, чем можно и нельзя, заменив их на свитер и юбочку вполне скромных цветов. Трикотажные. Мирного такого синего цвета. Юбка вообще была на вид верхом пристойности, доходя до середины бедер, а свитер был покромсан в безрукавку, открывающую блондинке пузо и немного грудь, но не православно по центру, а с боков.