Страница 4 из 15
-Ну, присядьте на минутку. Придите в себя. Я вас потом провожу, Лидия Сергеевна.
Ой, откуда он знает, как ее зовут? Это уже ни в какие рамки не лезет. Может видел ее бланк-запрос, там вроде есть имя и фамилия. Скорее всего тетка-библиотекарша ее потеряла и просила сотрудников сказать, если увидят … Ну а что еще … Больше ничего быть не может, ну, если без мистики. В мистику Лида не верила.
– Вы, наверное удивляетесь, что потерялись … это я хотел, чтобы так вышло.
Дядька замолчал, и Лида молчала тоже. Бред какой-то … зачем ему это надо. Что-то тут не так.
– Я не понимаю: вы хотели, чтобы я потерялась? Зачем? Что за дикость? Вы меня знаете или хотели со мной познакомиться? Глупая шутка, я такого юмора не понимаю. А откуда вы, собственно, знаете мое имя?
– О, сколько вопросов. Это хорошо. Вы в известной степени правы, я хотел с вами познакомиться. Лида, можно я буду вас так называть …
– Нет, нельзя.
Лида уже начинала всерьез злиться. Дядька ее не то чтобы пугал, скорее настораживал. Что ему все-таки от нее надо? Пусть быстрее говорит, что он от нее хочет и она наконец пойдет домой.
– Что вы от меня хотите, говорите быстро, мне пора домой.
– Лидия Сергеевна, быстро у нас с вами не получится. И домой, кстати, вам вовсе не надо. Вы предупредили мужа, что раньше девяти не вернетесь. Вы не беспокойтесь, я вам не причиню никакого зла. Мне просто надо с вами поговорить и потом вы сами решите, как поступить …
– Хорошо, я вас слушаю.
Лида внезапно успокоилась. Мужик не производил впечатления маньяка.
– Ладно, постарайтесь меня не перебивать, хотя я понимаю, что вам это будет нелегко. Так вот … вы думаете, вы в хранилище Иностранки? Так?
– Так, разумеется. Где я еще могу быть. Давайте без этих предисловий. И дело не в том, что обо мне муж волнуется, а просто хочу домой. Это ясно?
– Нет, Лида, вы уже не хотите домой. Вам стало интересно, что я вам хочу сказать.
Надо же, он упрямо называет ее Лидой, а она не реагирует … Конечно, он прав, она не уйдет пока не узнает, что он хочет.
-Так вот, Лида, это вам только кажется, что вы в Иностранке, в Москве. Вы перешли черту, и находитесь в некоем пространстве, назовем его пока 'капсулой'. Существуют и другие названия, вы потом сами выберите, какое вам по душе.
– Что? Что вы такое говорите, какая 'капсула'? Я никогда на слышала такого бреда. Вы все это серьезно говорите и действительно думаете, что я не понимаю, что вы мне голову морочите? Капсула … шмапсула. Что вы несете, а главное, зачем? Как вас, кстати, зовут.
– А, ну да, извините, что не представился. У меня по сути нет имени в вашем понимании этого слова. Впрочем, правда, без имени нам будет неудобно общаться. Называйте меня … ну, как вам нравится? Скажем … Андрей. Нормально? Сейчас мы остановимся, потому что пока вы не поверите, что вы не в Москве, а в 'капсуле', дальнейший разговор не имеет смысла.
– Андрей, пока вы мне не докажите, что мы, как вы говорите, в 'капсуле', ничего действительно не выйдет. Вы сами-то понимаете, как ваши слова для меня выглядят?
– Да, да, вы правы. Лида, послушайте меня … вспомните, как вы шли за библиотекарем вдоль стеллажа, вам показалось, что она идет слишком быстро, удаляется, исчезает, вы остаетесь одна, и свет гаснет … Так было?
– Так.
– Женщина эта вовсе не шла быстро, она шла нормально и никуда вас из виду не теряла. Сейчас она давно наверху с вашей книжкой. Она вообще ничего этого не видела и не догадывается, что с вами произошло. Когда вы потеряли ее из виду, произошел 'переход', и вы попали сюда к нам …
Господи, куда к вам? Лида замолчала. Ее переполняли мысли, тысячи вопросов, она пыталась выстроить их в своей голове в каком-то логическом порядке, но у нее не получалось. …
– Вот вы говорите, что библиотекарша 'ничего не заметила', но она в зале с книжкой, но меня-то там нет, книжку она мне не отдала.
– А с чего вы решили, что вас нет в зале? Вы в зале, взяли книжку … сидите работаете, скоро будете домой собираться. В этом-то все и дело. В Москве ничего совершенно не нарушено, ни с вами, ни с кем.
– Вы хотите сказать, что я раздвоилась? Вы это хотите сказать и считаете, что я вам поверю?
– Лида, я читаю ваши мысли. Простите. Сейчас вы, как это обычно с вами бывает, вспомнили рассказ Эме 'Сабины', там тоже женщина существовала в сотнях сущностей …
– Откуда вы знаете, что я вспомнила об Эме? Я же действительно вспомнила … это, наверное, просто совпадение, вы угадали.
– Нет, не угадал. Я 'вижу' ваши мысли. А насчет 'поверю' … да, вы мне в итоге поверите. У вас выхода не будет. Вы же разумная женщина, иначе мы бы с вами не разговаривали. Я – 'вербовщик', вернее, не простой 'вербовщик', я ношу более высокий титул, но сейчас это не важно. Я провожу с вами интервью, сейчас идет первая часть, самая для вербовщика сложная: убедить собеседника, что он в другой реальности, которую я называю 'капсулой', хотя это условное название.
– Ладно, идет … я приму, что мы, как вы говорите, в 'капсуле', если вы меня убедите. Предупреждаю, это будет трудно.
– Да, нет, Лида, нетрудно. Какое сейчас в Москве время года, какая была погода сегодня? Загадайте, что вы хотите видеть за окном?
– А что тут окна есть?
– Есть, я их вам покажу.
– Не буду я ничего загадывать, вы меня заставляете участвовать в мистификации.
– Не хотите даже попробовать? Пойдемте к окнам.
Лида пошла за Андреем по неожиданно светлому коридору и увидела широкие офисные окна, через стекло был виден летний пейзаж: поросший красными цветами газон, фонтан.
– Это что, какой-то зимний сад в помещении?
– Ну, Лида, разве я похож на человека, способного на такой дешевый трюк. Никакой это не зимний сад. Я его сейчас во что-нибудь другое переделаю. Хотите море?
Лида не успела ответить, как за стеклами совсем близко белыми барашками заплескались волны прибоя. Под взглядом Андрея они делались то больше, то меньше, самые высокие ударялись в стекло и рассыпались мелкими брызгами. Вода казалась зеленой, в ней отражались солнечные лучи, блики играли на поверхности, создавая ощущение зыбкого зеркала. Андрей смотрел на нее, не улыбаясь, не строя из себя фокусника. Было видно, что он хочет продолжать, а все эти метаморфозы для него не более, чем скучная процедура, с которой он хочет как можно быстрее покончить.
– Ладно, я поняла … мы в капсуле. Пусть будет так. Зачем мы с вами здесь. Кто вы? Можете вы мне сказать, кто вы?
– Вы хотите вернуться в библиотеку, или есть какое-то другое место, более для вас комфортное. Мне надо, чтобы вы были совершенно расслаблены.
– А мы можем пойти в какое-нибудь кафе?
– Пожалуйста. Выпьем кофе, может что-нибудь поедим. Вы же голодны.
Лида заметила, что пространство перед окном начало чуть искривляться, у нее создалось ощущение едва заметного кружения и они с Андреем уже сидели за маленьким столиком: темноватый небольшой зал, приглушенная музыка, перед ним чашка кофе, перед ней тарелка с едой и бокал с минеральной водой.
– Кто это нам принес? Где все … люди?
– Нет, здесь, Лида, людей. Только мы с вами. Так надо. Пространство, которое я образовал вокруг нас, принадлежит только нам. Других тут не может быть. Еду нам никто не приносил, я ее как бы 'сделал'. Впрочем, она реальная, без дураков. Вы ешьте, а я пока вам кое-что объясню. Вот вы меня все время спрашиваете, кто я? Откуда? Логичный, разумеется, вопрос, ожидаемый. Но ответить, учитывая ваши традиционные понятия об устройстве мира, совсем нелегко. Я, строго говоря, не человек … Андрей замолчал, давая Лида время переварить сказанное.