Страница 8 из 8
Мне кажется, что если он сейчас лишь притронется ко мне, я потеряю создание — настолько напряжена.
И мои опасения сбываются. Стас кладёт мне ладонь на лодыжку. Я вздрагиваю, но продолжаю сидеть, обхватив колени и тупо глядя перед собой в стену.
Мужская ладонь движется вверх к колену, а потом дальше по бедру, соскальзывая на внутреннюю сторону.
Я судорожно всхлипываю и зажмуриваюсь. Кошмар начинается. Но оттолкнуть руку Стаса не решаюсь. А смысл? Если захочет взять причитающееся — возьмёт. Если не буду сопротивляться, всё закончится быстрее.
Но внезапно Стас убирает руку. Вижу, что хмурится, будто грозовая туча.
— Я не такой козёл, как ты можешь подумать, — встаёт, слегка пошатнувшись. — Спокойной ночи, девочка.
А потом уходит. Я же продолжаю сидеть в той же позе и дрожать, пока не слышу щелчок входной двери.
7
Стас
— То есть ты провёл первую брачную ночь у любовницы? — Демид откидывается в кресле и смотрит как на дебила, только что пальцем у виска не крутит.
— Ага.
— Ты придурок, Стаська.
— Спасибо за оценку, дядя Дёма.
— Не называй меня дядей.
— А ты меня Стаськой. Ты старше на семь лет, а не на семнадцать.
Бахурин кривит рожу и тянется за бутером, которые принесла Злата. Утро выходного дня в их семье — одна из приятнейших вещей. Они не любят тратить время на то, что не приносит им хороших эмоций, потому что когда-то потеряли целых десять лет.
Я часто приезжаю к ним утром в воскресенье, когда Дёме не надо в Управление (он у нас крутой дядька-ФСБшник), мы втроём на террасе пьём чай, потом просыпаются их малявки и прямо в пижамах окупируют наши колени.
Это как идиллический остров. Окно в другую жизнь.
— Слышала, Злата, — говорит Демид жене, что выходит к нам с подносом с чаем. — Этот полудурок провёл брачную ночь у любовницы.
— Я, кажется, просто уснул. Не помню точно, — пожимаю плечами и утаскиваю домашнее печенье с тарелки. — Может, в процессе отключился. Не помню.
— Фу! С каких это пор вы посвящаете в свои мальчишичьи разговоры девочек? Я предпочту не знать, в какой позе и на каком моменте ты отключился, Стас.
Злата откидывает за спину длинные белокурые волосы и усаживается в плетёное кресло напротив своего мужа. Смотрит на меня слегка брезгливо. Она умеет одарить взглядом как рублём.
— А вообще-то да, свинство — провести брачную первую ночь с любовницей.
— Ну а что мне было делать? — вскидываюсь, уже изрядно психуя. — Вы же уже в курсе, что и к чему с этой свадьбой. Девчонка мелкая, перепуганная. Блин, Злат, да она же в два раза младше тебя!
Демид прячет хмык в кулак, Златка воинственно сощуривается, а до меня доходит, что я херню сморозил.
— Хочешь сказать, — опасно спокойно и медленно чеканит она, — я — старая?
— О! Нет!
— Проваливай, Стаська.
— Зла-ат!
Глянув на меня как на инфузорию, жена Демида совсем не как леди выстреливает мне средний палец, забирает тарелку с печеньем и уходит с террасы.
— Для начала, — роняет уже у двери, — попытался бы с девочкой познакомиться, пообщаться. А там, гляди, и пума твоя нафиг не нужна будет.
— Кошка.
— Да пофиг.
Уже сидя за рулём в машине, я задумываюсь о её словах. Ася, конечно, не ребёнок, но мне действительно не совсем понятно, о чём с ней общаться. В бизнесе она вряд ли разбирается, светскую жизнь не вела. Что там интересно девятнадцатилетним девушкам?
И всё-таки, правильно я сделал, что ушёл вчера. Она меня привлекла, физиология сработала, но мозг прекрасно понимает, что она в шоке, напугана. Никакой брачной ночи бы не вышло. А если бы, не дай Бог, и вышло, то девчонка бы потом всю жизнь меня ненавидела.
Такое мне не надо. Не ублюдок же я последний.
— Станислав Валентинович! Доброе утро, а мы вас и не ждали сегодня, — Люда, моя секретарша, быстро нажимает на компе что-то и со слегка виноватой улыбкой выскакивает из-за стола.
— А я припёрся, ага. Люда, кофе и управляющего ко мне через двадцать минут. Кофе раньше.
— Поняла, Станислав Валентинович.
В офисе распахиваю окно и глубоко вдыхаю запах весны, до самого отказа, почти до боли в грудной клетке наполняя лёгкие.
Надо работать. Скоро сделка, нужно всё проверить ещё раз: документы, сметы, бизнес-план. Ещё раз, пусть уже и в двадцатый, проанализировать перспективу инвестирования. Вкладчик предлагает использовать частично другой материал, но у меня есть сомнения в его качестве.
Люда приносит кофе и запрошенные сметы. Раскладываю перед собой и делаю глоток обжигающего напитка. Взгляд падает на телефон. Может, надо позвонить домой? Но зачем? Что я девчонке вообще скажу?
Вот же головняк теперь. Обязательно в старости напишу мемуары женатого мужика с подобными раздумьями.
Наконец чувствую себя привычно, когда ухожу в работу с головой. Естественное состояние. Комфорт в теле и мыслях. Лёгкое похмелье чуть долбит в висках периодически, но это мелочи. Кофе, приготовленный Людмилой, снимает неприятный симптом.
— К вам посетитель, — сообщает секретарша по связи.
Хм, вообще-то никого не жду. Бросаю взгляд на часы — почти три.
— Пропусти.
Но, видимо, моей команды уже не особо и ждали, потому что дверь открывается одновременно с моим распоряжением.
— Привет, — Ева входит мягкой походкой от бедра и мило улыбается. — Соскучился?
А вот совсем сейчас не рад её видеть.
— Ева, что ты тут забыла? — откладываю бумаги.
— Я ехала из офиса, как раз занималась твоим заказом оформления торжества по сделке с китайцами. Слушай, у меня идея. Смотри!
Она выкладывает передо мной на стол небольшую коробку с прозрачным верхом, через который видно свёрнутый тёмно-синий матовый галстук.
— Нравится? А я надену такое же платье. Точь-в-точь, прямо в тон. Отлично будем вместе смотреться.
Интересно, это тупость или провокация?
— Ева, — убираю с плеча её ладонь и разворачиваюсь к ней вместе с креслом. — Ты серьёзно?
— Ну а что, я не могу сделать тебе подарок? Ты же мне делаешь.
— Я не об этом. Я женат, Ева, и не могу прийти на торжество с любовницей.
Улыбку с лица девушки сдувает, и она сцепляет зубы. Прекрасно же всё и так понимала, к чему этот забег с огорода?
— Ты говорил, что наша жизнь не изменится.
— Моя жизнь, Ева. Моя. О твоей я не говорил ничего. Не вправе. Ты ведь свободный человек.
Она отступает на шаг и складывает руки на груди.
— Ненавижу эту мелкую пигалицу!
Меня почему-то такое отношение задевает. Ася ей ничего не сделала, чтобы Ева её ненавидела.
— Ева, разговор окончен. Мне некогда сейчас.
Она забирает со стола коробку, тычет мне средний палец и, вильнув задом, уходит.
Что за дерьмо? Почему меня сегодня все облагают факами? И если Злате простительно, но этой козе я засуну её средний палец туда, куда она меня табуировала.
Голова начинает болеть сильнее, и я решаю валить домой. Хотел взять документы посмотреть, но передумываю. Если что, через почту открою.
По пути заезжаю в супермаркет, покупаю еду. Нервничаю. Девчонка вчера испугалась, хрен знает, как она сейчас и как себя с ней вести.
Открываю дверь ключами и вхожу в квартиру. Тихо. Ну не сбежала же она? Не посмела бы.
В кухонной зоне никого, в гостиной под телеком тоже. Поднимаюсь на второй этаж и иду в спальню. Коротко стучу в дверь и жду.
Мать твою, да я у себя дома, какого хрена? Это и моя спальня тоже.
Нажимаю на ручку и приоткрываю дверь.
— Привет, — бурчу девчонке, которая полулежит на кровати с планшетом в руках. — Как… э… какого хрена?!
8
Ася
Грачёв застывает на пороге, шокировано глядя на Леди.
— Это Леди, — отвечаю, пожав плечами.
— Леди?! — кажется, он вот-вот впадёт в истерику. — Какая на хрен Леди! Ася, почему на моей постели лежит двухметровая змея?!
Конец ознакомительного фрагмента.