Страница 189 из 192
Глава 43
Мы выстроились друг напротив друга, разделенные залитым водой кратером.
Благородные традиции против шальной свободы.
Старая школа против бездарного модерна.
Стремление сохранить и приумножить против яростной нужды сломать и перестроить.
Светлое прошлое против безумного будущего.
Лига экстраординарных дам и джентльменов против одурманенной босоты.
Не знаю, чем все закончится, но убежден в одном — мирного решения не будет.
Взмах руки — и поднятые со дна обломки сложились в мосты. Плеск воды стал сигналом к атаке, и без малого полсотни чародеев ринулись на врагов.
Манородные поначалу скалились и бросали ехидные взгляды — мол, слетелась стая фокусников, еще бы клоунов с собой взяли.
Когда же на них единым порывом обрушился стихийный смерч, стало уже не до шуток. Ведь среди нас нашлись такие умельцы управлять силами природы, что подобные трюки и вообразить непросто, не то что воплотить в жизнь.
Хрупкая девушка во фраке и цилиндре скрестила перед грудью руки, добела сжав в музыкальных пальцах крестовины от марионеток.
Вместо нитей из них брызнули потоки маны, подхватывая и переплетая меж собой огненные сгустки.
Несколько нервных пассов — и вот перед красавицей-брюнеткой взвилась фигура из первородного пламени, похожая на гибрид диснеевского джинна и сатаны.
Изрыгая из пасти клубы дыма, рогатый элементаль рванул на противников, громя щиты громадными кулачищами.
Смуглый старик в тюрбане заиграл на свирели, и вся вода в кратере слилась в огромного змея с чешуей из пенных бурунов.
Не успело существо броситься в бой, как следом, словно терракотовая армия, полезли слепленные из грязи воины в каменных доспехах, которыми командовал низкорослый блондин с железным протезом.
И големы колошматили лапами с такой скоростью, что те сливались в полупрозрачный серый ореол. И это — лишь вершина айсберга: когда все чародеи разрядили свои арсеналы, пошла такая свистопляска, что я с трудом осознавал, что вообще происходит.
Смешались все — люди, кони, конструкты, фамильяры — и единым фронтом потеснили предателей. Те какое-то время отступали вниз по главной улице под прикрытием барьеров, а затем предприняли робкую попытку контратаковать.
Их снарядили новейшим представлением о магии — спору нет. Взять хотя бы молнии, которых я ни разу не видел у соратников.
Вот только в погоне за научным подходом Тесла позабыла снабдить прихвостней элементарными понятиями о законах физики.
И когда ребятки в кепках принялись долбить разрядами големов, ничего, кроме смеха, эти жалкие попытки не вызвали.
Когда же молнии полетели в водяного змея, стало еще веселее. Потому что в то самое время, как по воде пустили ток, змей как раз сжал в пасти одного манородного.
И того скрючило так, что слетел щит, и в тот же миг жидкие щупальца заползли в нос и глотку и наполнили легкие до краев.
Впрочем, классической волшбы заговорщики тоже не чурались — особенно, когда времени на финты и выверты не оставалось.
И тогда попытки ударить тонкой огненной струйкой по объятому пламенем крылатому фениксу выглядели уже жалко.
А вот у защитников порой получались такие штуки, что впору записывать их в новомодное научное движение. Седобородый господин извлек из недр металлы и выплавил могучего трехметрового великана — этакого железного дровосека.
Леди в роскошном алом платье наполнила нутро доспеха паром и с его помощью привела гиганта в движение. Получился самый настоящий паровой автоматон — пусть и управляемый удаленно.
Вид «робота» так поразил стоящего перед ним бандита, что тот предпочел сразу накрыться куполом. Голем же поднял ногу, намереваясь раздавить человека, как букашку. И мелкий хлыщ перепугался так, что отвернулся и бросился наутек, сломя голову и совсем забав о подпитке барьера.
Тут-то беглеца и прихлопнули — только мокрое место осталось. Вернее, осталось еще много чего, но в подробности вдаваться не буду, чтобы не ставить тексту взрослый рейтинг.
— Прикройте! — рявкнул Пушкин. — Заряжаюсь!
Костяк нашей прорывной бригады в лице Генриха, Риты, меня и Ореста встали перед оружейником полукругом и подняли щиты.
Крепыш меж тем вскинул ладони так, словно нес на плече бревно… или гранатомет. На зов колдуна откликнулись сразу три стихии: из недр вытянулась толстостенная труба — ни дать ни взять пушечное дуло. В трубу хлынула вода и огонь, и напоследок ствол закупорило железное ядро.
«Казенник» мгновенно раскалился, жидкость обратилась в пар, и дополнительно разогнанный магией снаряд прошиб мерцающий электрический купол и разорвал на куски сразу двух манородных.
— Вот так-то! — Николай Григорьевич отбросил развороченный ствол и причесал косматые баки. — Кто больше?
— Позвольте попробую, — адмирал выхватил саблю и нацелил на сбившихся в кучку предателей.
По брусчатке зажурчал ручеек, растекаясь вдоль мостовой от дома до дома. И когда вода достигла противников, она истончилась настолько, что в ней не утонула бы и песчинка.
Сплошная блестящая поверхность не вызывала ничего, кроме вопросов, и мало кто понимал, чем размазанные по камням капли навредят врагам.
— Эк вы на старости лет иссохли, — усмехнулся Пушкин, как вдруг позади раздался нарастающий гул.
Обернувшись, мы увидели мчащий навстречу ледяной галеон, вырезанный едва ли не в полном размере. Ветер дул в паруса, словно сотканные из слюдяных крылышек, а наклоненный горизонтально бушприт громадным копьем метил точно в цель.
Все еще держа корабль под контролем, Кросс-Ландау накрыл нас ледяным трамплином, и фигура, подскочив выше крыш, обрушилась на головы ублюдков.
Если бы гады объединили усилия, то наверняка бы выжили. Но их постоянно отвлекали союзники, не позволяя действовать сообща.
И сила тарана оказалась такова, что троицу налетчиков, чудом успевших заслониться магией, раздавило собственными щитами.