Страница 105 из 114
Элисон тщательно осмотрела его и снова вернулась на проселочную дорогу. Следующий аэродром, который она знала, находился отсюда милях в пятидесяти, в глубине Эверглейдского болота. Она решила остановиться где-нибудь по пути, чтобы выпить чашку кофе и съесть бутерброд.
– Туристка, – с легкой усмешкой произнес старик, шаркая ногами по проходу и собирая мусор со столов в ведро.
– Что? – спросил Ронни Джо.
– Туристка, – повторил старик, кивая головой в сторону девушки, только что вставшей из-за столика и направляющейся к своей машине. – Хотела выпить кофе и съесть бутерброд.
Но в этой забегаловке бутерброды не готовили, ее посещало слишком мало туристов, так что не стоило возиться. Правда, у них были пироги, которые им привозили два раза в неделю. Девушка съела пару кусочков, остальное оставила.
– А говорит она хорошо, – сказал старик. Те редкие туристы, которые забредали сюда, обычно говорили с ярко выраженным северным акцентом. – Девушка с юга, – пробормотал старик. – Из Каролины, а может быть, из Вирджинии.
– Что? – спросил Ронни Джо, поднимая взгляд от газеты.
Что это сказал старый Фрэнк? Но старик уже прошаркал по проходу к радиоприемнику, тихонько работающему позади стойки.
«Он сказал: „Хорошо говорит… может быть, из Вирджинии“», – подумал Ронни Джо и посмотрел сквозь запыленное окно на девушку, садящуюся в машину. Туристка, очень хорошо, на бампере машины знак агентства по прокату автомобилей. Ронни постарался припомнить все поступившие вчера ориентировки. Девушка в наемном автомобиле. Девушка из Вирджинии… Нет. Он потряс головой. Тут ничего нет, а кроме того, он еще не выпил вторую чашку кофе. Но Ронни на всякий случай запомнил номер ее автомашины, а когда она исчезла в клубах пыли, он взял фуражку, подошел к своей патрульной машине, сунул голову в окно и посмотрел на список номеров разыскиваемых машин.
«Черт побери», – подумал Ронни, запрыгнул на водительское сиденье, схватил микрофон и рванул с места вдогонку за туристкой, говорившей с приятным южным акцентом.
Радарный «зонтик», защищающий воздушное пространство Соединенных Штатов, предназначен для обнаружения высоколетящих целей, но радары не в состоянии обнаруживать низколетящие цели. Пользуясь этим, самолеты контрабандистов с грузом наркотиков регулярно проникают на территорию Соединенных Штатов из Центральной и Южной Америки и с островов Карибского моря. Чтобы перекрыть эти лазейки, а также в ответ на просьбу Вертера, которая превратилась в запрос ФБР, а потом и в приказ Пентагона, 552-е авиакрыло Самолетной системы дальнего радиолокационного обнаружения и управления (АВАКС) организовало постоянное воздушное патрулирование своих «Боингов Е-3А» над Мексиканским заливом и на границе. Оснащенные импульсными РЛС нижнего обзора для обнаружения движущихся целей, Е-3А могли обнаружить и опознать любую движущуюся цель, как бы низко она ни летела. «Фантомам» Национальной гвардии и истребителям ВВС F-16 был дан приказ перехватывать все самолеты, обнаруженные системой АВАКС и покидающие пределы США без заполнения флайт-планов. Те самолеты, которые заполняли флайт-планы, перед вылетом тщательно проверялись специально подобранными группами агентов ФБР.
В середине дня Вертер и Мельник собрали совещание на базе ВВС Хомстед. Все катера береговой охраны были выведены в море, антенны их радиолокаторов постоянно вращались в поисках любых скоростных кораблей, выходящих от побережья Флориды в открытое море. Управление изоляции воздушного пространства таможенной службы в Майами предоставило в распоряжение Вертера летающие лодки «Электрас» P3AS, оснащенные такими же РЛС нижнего обзора, что и самолеты ВВС системы АВАКС. Вертолеты, поднятые с базы ВВС Хомстед, прочесывали болота на юге Флориды в поисках «Боинга 707», который, по твердому убеждению Вертера, лежал где-то там. Вертер сидел за столом, крутясь от одного телефона к другому, согласовывая действия, отдавая приказы, умоляя, требуя. Вертер не имел никакого представления о масштабах незаконного пересечения границы США по воздуху и по морю в районе полуострова Флорида. Границу пересекали честные люди и преступники, контрабандисты и рыбаки, держащие путь на Багамы и острова Карибского моря или, наоборот, в США. Какими бы совершенными ни были радары, как бы ни старались служащие таможни, было ясно, что границу США нельзя перекрыть непроницаемым железным занавесом. Он сидел, покусывая губы и барабаня пальцами по столу, потом снова схватил телефонную трубку. «Мне нужен ураган», – пробормотал Вертер.
Харди стоял возле ангара, наблюдая за вертолетом, кружившим над травяным полем аэродрома. На какое-то время вертолет завис в воздухе, потом снова двинулся вперед, но уже медленнее. Харди помахал ему рукой, и вертолет улетел.
Харди вернулся в ангар, где его ожидал Мейсон.
– Это что-нибудь значит? – спросил Фредди.
Харди покачал головой, вряд ли это могло что-то означать. Президентский самолет лежал в Скалистых горах, и вертолеты не могли туда долететь, так что им понадобится несколько дней, чтобы добраться до обломков пешком. Они еще не должны ничего знать, поэтому нет причин паниковать из-за какого-то вертолета, который мог разыскивать все что угодно: наркотики, сбежавших подростков, или даже пантер, которых уже почти не осталось во Флориде. Харди снова покачал головой, но все-таки этот вертолет ему не очень понравился, в любом случае, это был плохой знак. Слава Богу, что солнце хорошо сушило траву.
– Пошли, проверим погоду, – сказал Харди, они с Фредди прошли в контору и включили радио. Сводка погоды была хорошей, над Карибским морем обещали ясное небо. Харди удовлетворенно кивнул. – Вылетаем с наступлением темноты.
Харди стоял и думал о президенте. Действие наркотического газа уже закончилось, и президент перенес это довольно хорошо. Когда Харди утром зашел к нему, президент уже проснулся, но выглядел усталым. Когда Харди провожал его в ванную, ноги президента сначала подкашивались от слабости, но он быстро пришел в себя. Потом президент слегка позавтракал и затем все время дремал, привязанный к кровати. Харди взглянул на часы: можно покормить его, растворив в кофе таблетку валиума. Усталость и таблетка сделают свое дело, и президент проспит несколько часов.
Проблема, стоявшая перед Вертером и Мельником, заключалась в том, как задержать Харди, когда они обнаружат его. Если им удастся отыскать Элисон и по ее следу выйти на Харди, или если они все-таки обнаружат в болоте президентский самолет, который тоже может вывести их на Харди, то тогда появится шанс схватить его до того, как он улизнет из страны. Но, как они уже успели убедиться, и Харди и Элисон легко могли раствориться в этих дебрях Флориды, а в Эверглейдских болотах, простиравшихся более чем на пять тысяч квадратных миль, запросто можно было спрятать самолет так, что его невозможно будет обнаружить с воздуха. Вертолеты ВВС и Управления гражданской авиации постоянно кружили над болотом в надежде все-таки отыскать что-нибудь, но шансы были слишком малы. А что касается Элисон, то она просто исчезла.
Гораздо больше надежд было на то, что радары засекут Харди при попытке покинуть страну, и тогда возникнет главная проблема. Если Харди попытается вывезти президента морем, то тут все ясно, быстроходные катера и вертолеты береговой охраны смогут перехватить его, но что они сделают, если он воспользуется самолетом? На каком бы самолете он ни полетел, скорость его все равно будет выше, чем у вертолетов, а если бросить на перехват реактивные истребители, то что они смогут сделать? Сбить его? Тогда они будут вынуждены или действительно сбить его, или им придется его пропустить.
И в этот момент Мельник вспомнил о «Харриере».
Штурмовая эскадрилья морской пехоты, которой командовал полковник Джо Фостер, базировалась в Черри-Пойнт, Северная Каролина. В 1985 году летчики эскадрильи пересели с Дугласов А-4 «Скайхокс» на новенькие реактивные самолеты вертикального взлета и посадки «Хокер Макдоннел Харриер». Самолет был создан в Англии и выпускался в США по лицензии. Это был первый и самый эффективный реактивный самолет, предназначенный для борьбы с партизанами в джунглях. Ему не требовалась взлетная полоса, «Харриер» мог направлять выходящие газы вертикально вниз, что позволяло ему садиться, взлетать и зависать, как вертолету. А после взлета выходящие газы снова направлялись в горизонтальной плоскости, и он мог лететь с обычной скоростью реактивного самолета.