Страница 11 из 16
– А ну, выходи! Пока луна светит!
Оборотень робко, втянув голову в плечи, шагнул наружу, и зажмурился от страха. Почуяв, что ничего не происходит, открыл глаза, и они вдруг наполнились слезами. Огромный мужик бахнулся на колени перед магом и попытался поцеловать ему руку:
– Ваше магичество! Век за вас Гура молить буду! Вы ж не только меня, вы душу мою спасли! Я ведь специально сюда убегал, чтобы на людей не дай Гур напасть!
Кан смущённо выдернул руку и спросил:
– А когда полнолуние не влияло на трансформацию – разве не перекидывался?
– Редко, – потупился Брендей. – Когда праздники у нас были. Или война клан на клан. Я ж из клана оборотней. Но мамка у меня человеком была, и мне людское ближе. Вот и ушёл к людям. С тех пор ни разу не перекидывался, Гуром клянусь!
– Мы тебе верим, – похлопал правой рукой оборотня по плечу Аш-Шей. В это время его левая рука, не успевшая прирасти, вновь оторвалась и упала на землю.
Домовой поднял левую руку Аш-Шея, и протянул бессмертному:
– Держи, длинный!
– Вы простите, господин, что так получилось, – опять принялся извиняться Брендей. – Я ж себя не контролировал вовсе!
– Всё хорошо, – задорно улыбаясь, ответил бессмертный, – Прирастёт через пару дней.
Кан задумчиво почесал подбородок:
– Всё это замечательно, но теперь нужно придумать, что шевалье Нуришу говорить. Вряд ли его обрадует, что оборотень не убит.
– Почему не обрадует? – оживился домовой: – Наоборот обрадует! Жив виновник ущерба! Сто коров – это пятьдесят золотых убытку! Будет на кого повесить!
Брендей побледнел, но головы не опустил:
– Что ж, я готов отвечать за содеянное!
Аш-Шей глянул на юного мага, и тот покачал головой:
– Вины в этом урождённого оборотня из клана нету. Виновата ведьма, наложившая заклятие, – Кан повернулся к Брендею: – Кстати, кто она и где сейчас?
Брендей закашлялся, и ответил немного растеряно:
– Так я её того… Убил, значит!
– Тогда зло наказано, справедливый приговор приведён в исполнение! – развёл руками подмастерье. – Ты, Брендей, иди в гостиницу, и если что – тебя здесь не было. А уж мы придумаем, что сказать шевалье Нуришу!
– Спасибо, господин маг, – ещё раз поклонился огромный мужик, но Кан лишь рукой махнул и принялся отдавать распоряжения.
– Афан, тащи солому в центр круга. Сейчас сожжём барана,пусть там пепел будет!
Пока длиннорукий сгребал солому, подмастерье инструктировал Аш-Шея:
– Руку пока не прикладывай, пусть видят, как ты пострадал. А потом, когда прирастёт, скажем, магия помогла.
– Какой прохиндей! – ворчливо, но восхищённо проговорил, ни к кому не обращаясь, домовой. Кан погрозил ему пальцем и поджёг солому. Брендей в это время уже давно покинул сарай.
С утра все жители особняка увидели жутковато и вместе с тем эпичное действо. На рассвете, с первыми лучами солнца, из сарая вышел маг с посохом, навершие которого светилось чуть ли не ярче, чем само солнце. За ним следом шёл худой Аш-Шей с разодранным лицом и без одной руки. А руку эту нёс сзади третий член команды – маленький домовой Афан. Шевалье Тит Нуриш лично выскочил навстречу магу и дожидался величественно идущего Сая возле усадьбы. За дворянином стояли два десятка его дружинников и дворецкий. И все они вид имели бледный и испуганный, хотя и храбрились в меру своих сил.
– Шевалье! – провозгласил юный маг: – Все ваши коровы целы, и впредь будут целы! Оборотень побеждён… в тяжелейшей схватке. К сожалению, пострадал мой человек – лишился руки.
– Вижу, – воскликнул Тит, – И очень скорблю! Обещаю удвоить награду! Сейчас же Этьен отсчитает вам десять золотых монет!
– Благодарю, – коротко кивнул Кан, – И разрешите ещё немного воспользоваться вашим гостеприимством – я хочу попробовать всё же прирастить руку моего человека назад к туловищу!
– Конечно-конечно, – с некоторым ужасом, вперемешку с восхищением, закричал Нуриш: – Этьен! Проводи господина мага с его слугами в комнаты и проследи, чтобы никто не заходил туда, дабы не потревожить великую волшбу!
Как только трое друзей оказались в комнате, Кан тут же плюхнулся на кровать и заявил:
– Я спать, а ты, Аш-Шей, лепи руку обратно. И приклей её, что ли, пока сама не прирастёт?
– Каков наглец? – с некоей долей восхищения сказал Афан.
– Да, мальчик растёт, – удовлетворённо улыбаясь, произнёс бессмертный. – И вполне может быть, что мы когда-нибудь ещё будем им гордиться!
Но юный маг уже не слишком слушал их разглагольствования, и провалился в сон. Сказались бессонные ночи, проведённые в комнате юной дворянки…
Вечером, после ужина, несмотря на все уговоры остаться, Кан всё же откланялся и уехал в свою гостиницу. А карман уютно тяжелили сразу десять золотых монет.
– Я настоятельно рекомендую купить дом! – ещё в карете по пути в гостиницу заявил Афан.
– Это Саю самому решать, – пожал плечами Аш-Шей.
Оба соратника пристально уставились на Кана, но тот упрямо покачал головой:
– Пока я не узнаю о Крепости, и о том, кто напал на неё – никаких домов не будет!
– А из своего дома ты узнать не сможешь? – нахохлился домовой.
– В этом городке про Крепость никто ничего не слышал. Правда, я ещё с местными магами не разговаривал, но сомневаюсь, что и они знают. А потому надо идти дальше.
– Ты решил мстить? – криво улыбаясь, спросил бессмертный.
Кан неопределённо пожал плечами:
– Я решил обезопасить себя. Вдруг ты прав, и меня ищут, чтобы убить?
– Тогда не торопись уходить отсюда, – посоветовал Аш-Шей.
– Почему? – спросил юный маг.
– Любые поиски, да и жизнь в большом городе – это всегда большие траты. Здесь дефицит на волшебников, и работу получить легко. В больших городах магов много, и работу получить трудно. Заработай побольше денег, и езжай дальше. Тем более, здесь, на краю мира, вряд ли кто-то будет тебя искать.
На входе в постоялый двор их встретил Брендей, который глубоко поклонился друзьям. Аш-Шей остановился возле оборотня и о чём-то с ним зашептался.
– О чём это вы говорили? – подозрительно спросил Сай.
– Я попросил Брендея научить тебя управляться с клинком, и просто драться, – виновато улыбаясь, объяснил Аш-Шей. – В любом случае тебе это может очень понадобиться. А лучших бойцов, чем оборотни из кланов, ты в этом мире не найдёшь.
Кан пожал плечами и пошёл спать…
Глава 12
Денег теперь хватало, чтобы снять сразу три комнаты, и юный волшебник с удовольствием это сделал. А с утра Кан был разбужен Брендеем. Оборотень решил выполнить обещание, данное Аш-Шею, и заняться тренировкой юноши. Охранник вывел юного волшебника во двор, за сарай, и вручил палку, показав на деревянный макет человека:
– Тренироваться будешь здесь, господин маг, – буркнул Брендей. – И сейчас я скажу тебе вещь, которую никогда не скажут все эти учителя единоборств. Научить тебя никто ничему не сможет.
– Это как? – изумился юноша.
– А так, – пожал плечами мужик. – Ты всему можешь научиться только сам. Я покажу, как бить, но чтобы хорошо ударить, ты должен тренировать удар день за днём десятки тысяч раз. Только тогда у тебя что-то получится.
– Это касается всего! – с весёлой улыбкой проговорил Аш-Шей, вышедший с ними на импровизированный полигон: – Повторишь одно действо тысячу раз, станешь умелым. Сто тысяч – мастером!
Оборотень согласно наклонил голову, и тут же повернулся к Кану:
– Рукоять меча нужно взять так. Это первая позиция, и первый удар. Рубящий. Снизу вверх. Его нужно сделать тысячу раз правой рукой, а потом столько же левой. Сегодня. А завтра начнём комплекс силовых упражнений и другие удары.
Для волшебника начались месяцы тренировок и работы, которой на него навалилось очень даже много. Проклятия, крысы и тараканы, мелкие вредители, злые духи – Кан не отказывался ни от чего, и гора серебряных, и даже золотых монет понемногу росла. Он познакомился с местными волшебниками из орденов Акран и Кларус, и убедился, что уровень знаний и умений их был намного ниже того, который Сай получил в Крепости. Аш-Шей пояснил, что хорошие маги селятся в городах побольше. А в таких вот провинциальных дырах подвизаются те, кому в других местах ловить нечего. Наверное, потому местные волшебники не предъявляли претензий своему молодому коллеге, ставшему невероятно популярным среди местных жителей. Они тоже быстро почувствовали, что уровень у этого молодого мага – не чета их уровню, и даже объявили ему общее покровительство. При этом каждый орден старался переманить одарённого юношу себе.