Страница 29 из 109
Глава 6
Первую линию обороны немцам удалось взломать за не полные десять дней. Асфельд был захвачен 16 мая, Вильнев-Сюр-Эн — 18 числа того же месяца, а 19 — они вышли на окраину Краона, вырвавшись таким образом на оперативный простор. Ну как вырвавшись? Прорыв дорого стоил войскам Гота, чьи танковые дивизии за не полных две недели потеряли полторы сотни бронированных машин. Понятное дело, что часть из них ремонтники вернут в строй, но когда это будет, а воевать-то нужно здесь и сейчас.
Самое смешное при всем этом заключалось в том, что французы с момента начала наступления тоже не сидели сложа руки, у преодолев последнюю линию траншей, передовые части 11 танковой дивизии, шедшей в авангарде, тут же уперлись в передовые укрепления следующей линии обороны, которая проходя с северо-запада на юго-восток, прикрывала подходы к Парижу с севера. Атака же южнее Реймса и вовсе не имела никакого успеха, и за прошедшие дни немцы продвинулись едва на пару километров, демонстрируя темпы наступления, которым могли бы позавидовать разве что войска сражающиеся в Первой Мировой.
В общем со стороны Французского командования могло сложиться впечатление, что худшего удалось избежать: наступление остановлено, и можно вновь закапываться землю, ожидая прибытия дивизий из-за океана, тем более что в середине мая в Бресте как раз высадился "второй эшелон" экспедиционного корпуса в составе еще трех дивизий — двух пехотных и одной механизированной, доведя таким образом общую численность американских войск до ста с копейками тысяч штыков.
Однако, как это уже случалось не раз, вермахт в очередной раз показал, что в оперативном и стратегическом плане является самой мощной армией на континенте. Действуя в своей любимой манере, немцы не стали стучаться головой в закрытую дверь, и, вместо этого, вломились через открытое окно. Ну как открытое, скажем так: закрытое не в должной мере.
22 мая в стык 1 и 2 групп армий в районе города Сен-Кантен ударил уже хорошо знакомый французам танковый корпус СС, который не смотря на тяжелые потери в боях осенью успел восстановить свою численность, как в технике так и в личном составе, и теперь был тем самым скальпелем которым немцы рассекали французскую оборону на две неравные части.
Одновременно с СС-овцами, вновь пришла в движение танковая группа Гота, вот только направление удара ее было не на Париж, а, можно сказать, в противоположном направлении — на север, обходя город Лан с запада. Одновременно с этим немцы стали проявлять активность по всей линии соприкосновения, сковывая максимальное количество союзнических частей и мешая им перебрасывать подкрепления.
Теперь стратегический замысел ОКХ стал для Бийота и всего французского генштаба предельно ясным: немцы, наступая не "поперек" линий обороны, а "вдоль", попытались отрезать весь левый фланг второй группы армий, что не много не мало — два десятка дивизий. И надо сказать, что такая возможность виделась вполне реальной. Ожидая возможные прорывы и готовясь их отражать, французы отвели самые боеспособные, в том числе танковые и механизированные, части в глубь построения. Пехотные же дивизии, атакуемые с трех сторон танками, всю войну показывали совсем не блестящую устойчивость.
В этой ситуации валентными войсками, находящимися, кроме того, в нужном месте и обладающие соответствующей техникой, способными подрубить основание завернувшего на север клина стали три американские дивизии, стоящие в двадцати километрах западнее Реймса. Понятное дело, что для такой операции одного корпуса мало, поэтому их быстренько усилили тем, что попалось под руку: четвертым танковым корпусом в составе 5 танковой, 8 и 11 моторизованных дивизий. Впрочем, тут еще бабка надвое сказала кто кого усилил: не смотря на свой «весомый» пятнадцатитысячный состав, американская пехотная дивизия величиной в военном плане была гадательной, а танковая, хоть и насчитывающая колоссальные 24 тысячи человек и 375 танков, тем более. Не опытные офицеры, «зеленые» еще призывники и все такое, а вот французы пороху уже понюхали и, хотя укомплектованность их едва дотягивала до 80 % — проблемы с производством техники были не только у Германии — вполне были способны решать оперативные задачи.
Вот только командовать этой, по сути, армией, состоящей из двух полноценных корпусов, доверили почему-то американцам. Как так получилось, история умалчивает: возможно имела место банальная глупость, может в приказ во время неразберихи этих жарких весенних дней закралась ошибка, а может сыграл свою роль политический момент. Командующий всеми американскими силами в Европе Дуайт Эйзенхауэр уже 1942 году проявлял себя не только как генерал, но и как политик. Ну а заработать хорошую, что называется, прессу на пустом месте — что может быть лучше. В любом случае, можно с уверенностью сказать, что назначение это стало воистину судьбоносным.
Дело виделось в общем-то не сложным: оборону севернее Комиси после ухода танков на север занимали всего две пехотные дивизии, тем более вряд ли успевшие хорошо окопаться. Разбить врага едва появившись на театре военных действий, принести победу если не стратегического — подрезанный клин еще нужно будет удержать — то оперативного уровня, показать, что бравые американские парни вполне могут сражаться на равных с наводящими ужас на всю Европу бошами. И конечно же добыть победу должны были именно американские дивизии, иначе бы картина выглядела недостаточно совершенной. Отличный план, надежный как швейцарские часы!