Страница 93 из 124
Мы с Викой, миновав стадию неудержимого и искрометного секса, перешли к более взвешенным и серьезным отношениям. Теперь, задержавшись до глубокой ночи, мы не гремим на кухне холодильником и чайниками с кастрюлями. Мы едем на Московский или Витебский вокзалы и покупаем пирожки. С мясом и повидлом. А уж потом я везу ее домой.
Но и здесь не все гладко. Потому что Лишова, в моей рубашке, с ногами забравшаяся в большое черное кожаное кресло, и читающая мой конспект по вышке, вышибает у меня сознание напрочь.
Из других видов извращений мы практикуем Вику, которая лежа в постели, на животе, читает работу Ленина «Как нам реорганизовать Рабкрин». Возвращаешься ты утром с пробежки, ожидая увидеть сонную, теплую и милую улыбку. И натыкаешься на это. Тут и Железный Дровосек дал бы слабину. И я хватаю Лишову на руки и тащу в душ, на ходу объясняя, что это лечится только холодным душем. Она при этом орет, что у нее через час семинар, и она из за меня ничего не знает. Но не влияет.
Правда, так бывает редко. У нее родители уезжали в Москву по делам. Она и оставалась у меня. А так, только иногда удается затащить. Все остальное время она учится. Я даже чувствую неудобство. Все-таки я вполне знаю математику и матпрограмирование, которое она одолевает с трудом. Да и политэкономию я уже учил однажды. Так что бывает и так, что мы просто сидим и разбираемся с таблицей производных. Да и остальные тоже, как я понял, так же грызут науку. Плюс, девчонки ваяют, совместно с университетом, что то глобальное. Как я подозреваю, часть чьей то докторской. В обмен на будущую аспирантуру.
Поэтому, большую часть времени, я предоставлен сам себе. И тоже занимаюсь изучением основ кредитных правил.
Это все происходило и происходит на фоне чемпионства «Зента». Он выиграл у «Днепра» и стал чемпионом. Вызвав в городе немыслимый ажиотаж. Проходя институтскими коридорами, ловил фразы типа, девочки, я вчера на Марата, Брошина видела! Или, — жаль, без Казаченка. Он заслужил.
Еще в городе начались гастроли московского ЛенКома, с «Юноной и Авось». В ДК ЛенСовета, на Петроградской. Это была массовая акция. Ходил пол-группы. Так-то я не фанат этой рок-оперы.
Естественно, раз в городе с гостролями московский ЛенКом, то было и выступление группы "Карнавал" с Барыкиным. Только в ДК им. Газа.* Я Вику туда притащил. Было смешно, в первом отделении, какие то артисты читали со сцены Маяковского и еще что то патриотическое. А во втором отделении был настоящий рок-концерт высшего класса. Ну, один состав этого "Карнавала" — Лезов, Шахназаров, Крис Кельми… Очень крутая команда. Вдобавок этот концерт нас спас.
Внезапно объявился Иво. Нет, так-то мы регулярно пересекались, да и сидели то там, то тут за рюмкой. Но сейчас он объявился по поводу. Позвонил мне. Но я был в концерте. А Сурков влип.
Он приятно проводил время с Иркой, тут приезжает Иво. И просит Серегу подержать у себя дней десять дикобраза. Вот, он, Сурков. Зовут Гвидон.
Какой то моряк контрабандой привез в Питер эту зверушку. Не просто так, а под заказ. А заказчик в отъезде. Пусть у тебя поживет, Серега? Ну и оставил, вместе с клеткой.
Эта диверсия чуть не порушила учебный процесс у нас на потоке. Гвидона нужно кормить по часам, заявила Приходько. Утреннее и вечернее кормление доверили Суркову, хотя, есть подозрение что и Ирка тоже участвует. А на дневное кормление я отвез Вику с Иркой. Потом добавилась Ленка.
Восемь студенток финэка, влезают в Жигули одиннадцатой модели. Не считая водителя. В первый раз меня принял гаишник возле Инженерной улицы. Едет тачка, дном асфальт скребет. Кажется, бедный гаишник решил, что поехал крышей. Ну а как? Останавливаешь ты тачку, явно неисправную. А тут, откуда не возьмись, куча девиц. И все это воздушное, звонкое и порхающее, кружит вокруг и на разные голоса упрашивает. Отпустите нас, товарищ лейтенант, там дикобраз голодает. В общем, я, конечно, ему сунул трешник. Но он был практически в невменяйке. На следующий день история повторилась, только со старшим лейтенантом. А потом меня уже и не останавливали. Дескать, че там- обычное дело, студенты дикообраза кормить едут. В Питере чего только не бывает.
Когда я, сочувствуя Суркову, как бы невзначай задался вопросом, а дикобразы съедобны, Лишова меня чуть не пришибла. В массах бродила мысль скинуться и выкупить страдальца.
Короче, жилье Суркова на время превратилось в филиал зоопарка, полный посетителей. Только лучше, потому что смотрите как ему нравится, когда ему чешут мордочку. И он уже дает лапку!
Мы сидели с Сурковым, избавившемся от экзота, в «Фигле».
— Я не знаю, Дух, как ты там у себя в институте с ума не сошел? Столько девок — это уже край.
Несмотря на мрачность посыла, Серега не выглядел недовольным.
— Зато Ивик нам теперь по гроб жизни должен. — мы чокнулись и выпили, он задумался и сказал- Идея! Раз мы с тобой, Душина, сваливаем, пусть нам Иво, Ирку и Вику, контрабандой пришлет? В гробах. Как усопших родственников? Тело после таможни поменяет, на живую Ирку. Ну, в мешок там зашьет, для конспирации.
Я засмеялся. И не только потому, что было очевидно, что Сурков сейчас будет генерить. Я вдруг понял, что знаю способ, как нам с Викой не расставаться. Три-четыре месяца — фигня. Да и Ирке с Сурковым тоже.
А следом я вдруг понял, что грядут неприятности. Очень здоровская жизнь наладилась. Так не бывает.
Поздним вечером мне позвонил Фред. И предложил завтра встретиться в Жигулях. В пол четвертого. Я попросил изменить место.
— Давай, Андрюха, в Минутке?
— Не любишь Жигули? — засмеялся Фред. Подумал, и сказал — тогда давай в четыре. В "Снежинке". Мне по дороге будет.
* — мало кто обращал внимание, но группа "Карнавал" одна из самых значимых в истории русского рока. И дело не в музыке как таковой. Формально являясь работниками ЛенКома, ребята организовали в театре судию записи. И там записывались большинство знаковых советских рок-альбомов. "Воскресение", ДДТ, Бригада, Звуки Му, — несть им числа.